Мобилизовали даже Чебурашку. Как война деформировала кинопроцесс в России

Эксперты Национальной премии киноведов и кинокритиков России «Белый слон» на фоне войны решили отказаться от присуждения ежегодных призов. Вместо этого они выбрали лучшие и худшие фильмы, отмеченные «Белым слоном» за 25 лет существования премии. Зато по расписанию вручен михалковский «Золотой орел», хотя церемония прошла менее помпезно, чем обычно. The Insider рассказывает, как война изменила российское кино и почему в итоге лидером проката стал фильм о Чебурашке.

По итогам 2022 года эксперты Национальной премии киноведов и кинокритиков России «Белый слон» выступили с заявлением: «В этом году мы собирались отметить 25-летие нашей премии. Но трагические события прошлого года заставили нас не только отказаться от праздничной церемонии, но и поставить под сомнение своевременность вручения премии фильмам 2022 года. 24 февраля разделило нашу жизнь на „до“ и „после“. Фильмы, снимавшиеся в относительно мирное время, к своему завершению в большинстве случаев оказались неактуальными».

В противоположность «Белому слону», другая премия, учрежденная Национальной академией кинематографических искусств и наук России, хоть и провела церемонию присуждения «Золотого орла» с пониженным градусом помпы — и прежде всего из-за отсутствия своего главного спонсора и вдохновителя Никиты Михалкова, буквально на днях выписавшегося из больницы, — тем не менее сохранила фирменный стиль имперскости и назвала главным фильмом года драму о шахматном противостоянии Карпова и Корчного «Чемпион мира» (режиссер Алексей Сидоров).

Учредители премии «Белый слон» откровенно признали:

«Мы делали попытки сохранить премию. Собирали и рассылали фильмы, провели пробное рейтинговое голосование по результатам года. Оно показало деформацию кинопроцесса, отсутствие фильмов-лидеров, размытость критериев оценки. В науке отсутствие результата расценивается как научный результат. Наш долг как профессиональных экспертов констатировать этот печальный итог киногода».

Михалковские академики привычно собрали в единый пучок несколько высокобюджетных, как правило, профинансированных государством «патриотических блокбастеров» (по крайней мере, четыре из пяти фильмов, претендовавших на главную награду), и выбрали из них самый злободневный.

Константин Хабенский в роли Виктора Корчного, кадр из фильма «Чемпион мира»

«Чемпион мира» сюжетно из советского времени, в нем присутствуют не просто силы зла, а силы зла в виде «коллективного Запада», который не только помогает бывшему советскому шахматисту Виктору Корчному в карикатурном исполнении Константина Хабенского окончательно стать «подонком и отщепенцем», но и пытается сорвать, в том числе с помощью парапсихологических технологий и прочей дьявольщины, победу советского претендента на мировую шахматную корону Анатолия Карпова в легендарном матче 1978 года в филиппинском городе Багио.

«Коллективный Запад» помогает бывшему советскому шахматисту Корчному в карикатурном исполнении Хабенского стать «подонком и отщепенцем»

Создание фильма, как известно, процесс продолжительный, технически емкий. Нельзя в кино с непосредственностью пропагандистского ТВ взять и откликнуться на события 24 февраля. Особенно если фильм претендует на большой охват зрительской (и прежде всего молодежной) аудитории, искушенной голливудским контекстом. Особенно если в рамках этой конкуренции — пусть теперь в связи с введением санкций и преимущественно ментальной — надо потратить на производство фильма (да и на его выход в прокат) немалые деньги.

Тем более что все попытки такой злободневности в российском кино до сих пор заканчивались неудачами — как фильм о грузино-южноосетинском конфликте 2008 года «Август. Восьмого» (2012, режиссер Джаник Файзиев) с бюджетом в $19 млн и с возвратом разве что половины этой суммы (и это притом что фильм прокатывался не только в России, но и в других странах СНГ, да и ситуация в прокате была не такой удручающей, как сегодня).

Или более скромная по охвату событий и масштабу обобщений лирическая комедия «Крымский мост» (2018), сделанная семейным подрядом пропагандистов Симоньян — Кеосаян, которую за первый год проката в России посмотрели лишь 300 тысяч человек, а рейтинг на «Кинопоиске» и сегодня держится на убийственно низкой отметке 2,9 балла из 10.

Разумеется, перепрограммирование отрасли идет. И может даже показаться, бюрократически неповоротливо. Удивительно, но за весь прошлый год Минкультуры выпустило, пожалуй, только один директивный документ на тему новой повестки (и то в завуалированной форме), объявив сбор заявок на предоставление субсидий (до 100 млн рублей), «связанных с производством игровых национальных фильмов социально значимой тематики о глобальных геополитических и социальных изменениях в истории современной России».

За весь прошлый год Минкультуры выпустило только один директивный документ на тему новой повестки

При этом ситуация со стороны выглядела вполне пародийно: министерское объявление было датировано 1 августа, а крайний срок подачи заявки — 11 августа. Словно был объявлен бег в мешках на короткую дистанцию с хорошим призовым фондом. И оставалось только хорошо поломать голову, чтобы за десять дней заработать 100 миллионов патриотических рублей.

С другой стороны, перепрограммирование киноотрасли без излишне резких шагов планомерно идет с 2012 года. Постепенно вымываются функции поддержки искусства — в сторону поддержки пропаганды и пиара «государственных» ценностей (в их понимании чиновниками и депутатами). И этот процесс прежде всего связан с именем Владимира Мединского, ставшего министром культуры в том самом году.

И тут у нынешнего министра Ольги Любимовой вполне надежное и проверенное временем наследие, построенное на системном насаждении скрытой цензуры (а теперь уже и совсем не скрытой) и воспитанием сервильной самоцензуры (что оказалось еще важнее и, к сожалению, даже эффективнее). Практически исключающей обращение к сколь-нибудь острым темам современности.

У нынешнего министра культуры проверенное временем наследие, построенное на насаждении скрытой цензуры

Обратим внимание, что если есть в современном российском кино последнего десятилетия фильмы, связанные с событиями на подводной лодке «Курск», терактами в Беслане или на Дубровке, то они, как правило, исследуют не сами события, а их психологические последствия (и то лишь намеком выраженные), как это происходит, например, в фильмах «Стыд» (2013, режиссер Юсуп Разыков) или «Разжимая кулаки» (2020, режиссер Кира Коваленко). А если такая связь выражается без всякого завуалирования напрямую, как в картине «Конференция» (2020, режиссер Иван Твердовский), то фильм получает гарантированный отказ государства в финансовой поддержке.

Афиша фильма «Разжимая кулаки»

На болезненную прежде всего для россиян и злободневную тему фильм «Курск» (2018, режиссер Томас Винтерберг) в широкой коалиции снимают европейцы, практически «коллективный Запад».

К слову сказать, лучшие российские кинорежиссеры, отмеченные международным признанием, — такие, как Андрей Звягинцев, Кирилл Серебренников, Василий Сигарев, Кантемир Балагов, Кира Коваленко, — снимали в последние годы свои фильмы без господдержки (или не снимали вовсе).

Лучшие российские кинорежиссеры, отмеченные международным признанием, снимали в последние годы свои фильмы без господдержки

В затяжном открытом конфликте с Министерством культуры сейчас находится Александр Сокуров, а почему в течение десяти лет не выпустил ни одного фильма Сергей Лобан, режиссер лучшего, по мнению большинства кинокритиков, фильма предыдущего десятилетия «Шапито-шоу» (2011), остается только догадываться.

И если конкретные следствия «специальной военной операции», развязанной Россией в Украине, в сфере нынешнего кинопроизводства пока не очевидны — прокат уже может продемонстрировать первые «достижения» новой реальности.

Главные кинофестивальные хиты прошлого года — «Жена Чайковского» Кирилла Серебренникова (участие в МКФ в Каннах) и «Сказка» Александра Сокурова (участие в МКФ в Локарно) до зрителей в кинотеатрах (да и не только в кинотеатрах) так и не дошли и до сих пор не имеют четкого релиза. Как и еще одна «громкая» картина «Капитан Волконогов бежал» Наташи Меркуловой и Алексея Чупова, участвовавшая в официальной программе МКФ в Венеции в позапрошлом году и получившая по итогам 2021 года премию «Белый слон».

Кадр из фильма «Капитан Волконогов бежал»

Можно, конечно, связать эти события прежде всего с политической позицией того или иного режиссера или актера. Антивоенные высказывания тех же Серебренникова и Сокурова общеизвестны. Наверное, очевидно и то, что при действующем сегодня в России политическом режиме Серебренников и Звягинцев вряд ли вернутся в страну. Но, как это ни парадоксально, политическая связка в нынешних обстоятельствах далеко не все объясняет.

«Капитан Волконогов…» и «Сказка» не вышли в прокат по инициативе их продюсеров и режиссеров — возможно, из опасения провокаций (притом что у фильма Меркуловой и Чупова прокатное удостоверение есть, а Сокуров его не хочет получать из принципиальных соображений).

Зато Минкульт настоятельно рекомендовал не обращаться за прокатником создателям куда менее известного пока фильма о Сергее Есенине «Декабрь» (в связи с чем был даже отменен октябрьский релиз картины). Притом что его режиссер — тот самый Клим Шипенко, который снял достаточно успешные фильмы «Текст» и «Холоп». И который в октябре 2021 года вместе с Юлией Пересильд полетел в космос, снимая фильм «Вызов» (съемки его сейчас завершаются), что, конечно, в обстоятельствах мирного времени принесло бы Шипенко славу официального российского режиссера № 1.

Но престиж страны (первые кинематографисты в космосе!) оказался менее весомым аргументом, чем страх перед силовиками, которые, не дай бог, сочтут, что чекисты в картине о Есенине получились слишком кровавыми (а в этом как раз и причина запрета).

Престиж страны оказался менее весомым аргументом, чем страх перед силовиками

Напрямую с влиянием силовиков связан и запрет 12-серийного комедийного сериала «Товарищ майор», снятого для онлайн-платформ другим именитым режиссером Борисом Хлебниковым («Аритмия»). Съемки сериала закончились еще в 2021 году, по печальному стечению обстоятельств в марте прошлого года ушел из жизни исполнитель главной роли Евгений Сытый. А дата премьеры по-прежнему не определена.

Кадр из сериала «Товарищ майор»

Что, впрочем, не вызывает удивления, когда читаешь по-своему ерническую аннотацию сериала: «Сан Саныч Кулешов — майор ФСБ, служащий в отделе прослушки. Долгие годы Саныч был частью бездушной государственной машины. Он не задавал лишних вопросов и делал свое дело. Дожив до 50 лет, Кулешов вдруг понял, что люди нуждаются не в слежке, а в помощи. Сан Саныч становится героем, но — тайным. Он появляется там, где его не ждут, и „причиняет добро“, даже если его об этом не просят».

Но с киногоризонтов пропадают не только фильмы, но и люди. Особенно молодые и мужского пола. Недаром уже в наши дни чиновники от культуры решили провести тотальную проверку в театрах на предмет присутствия на рабочих местах актеров призывного возраста. А то как-то странно, что лица многих из них то и дело возникают в социальных сетях на фоне стамбульских или берлинских пейзажей.

Есть самый парадоксальный пример (к сожалению, из этических соображений мы не можем назвать имя этого 25-летнего кинорежиссера). Он уехал из страны еще в марте. Как раз выходил в прокат его фильм, снятый в жанре черной комедии (на премьере режиссер отсутствовал), а его предыдущая нашумевшая работа еще через какое-то время после этого была премирована на международном кинофестивале хоррора. Это, похоже, все и решило: через несколько месяцев вынужденного пребывания в Батуми режиссер получил контракт одного из подразделений голливудского мейджора Columbia Pictures.

Есть и открытые примеры такого рода. Например, еще в октябре прошлого года стало известно, что Кантемир Балагов готовится снимать полнометражный англоязычный дебют в США. Картина расскажет о сложных отношениях отца и сына из диаспоры кабардинских мигрантов Нью-Джерси.

И последнее для понимания, что кинематографистам — и молодым, и имеющим известное имя в кинематографе — нужен открытый мир, а не национальные скрепы в тюремную клеточку. 22 декабря Тимур Бекмамбетов продал своим партнерам кинокомпанию Bazelevs (входящую в число компаний, гарантированно финансируемых федеральным Фондом кино в числе других семи студий-мейджоров — на этот раз российского кино) и теперь сосредоточится исключительно на американском продакшене.

Кинематографистам — и молодым, и имеющим известное имя в кинематографе — нужен открытый мир, а не национальные скрепы

Кантемира Балагова, кстати, продюсирует Александр Роднянский, тоже член всевозможных киноакадемий и лауреат кинофестивалей с мировым именем, который в том же октябре прошлого года был объявлен в РФ иностранным агентом, а еще раньше выдавлен из страны.

И это событие обвалило еще одну очень важную для российской киноотрасли смысловую и организационную конструкцию: впервые за 30 с лишним лет в Сочи не состоялся кинофестиваль «Кинотавр», генеральным продюсером и владельцем бренда которого является Роднянский.

А ведь именно с «Кинотавра», особенно в допандемийный период (когда фестиваль проходил в июне), собственно, и начинался в российском кино новый сезон. Когда определялась линейка лидеров кинопроцесса, проводимые на фестивале круглые столы и питчинги давали импульс продюсерской мысли, а сопровождающая просмотры и деловую часть программы гламурная жизнь на полгода вперед обеспечивала материалом глянцевые обложки и светские колонки.

Хорошо понимая ключевое для отрасли значение «Кинотавра», а также «идя навстречу» продюсерам, завалившим министерство вопрошающими письмами, министр Любимова даже выделила 60 млн рублей для создания в спешном порядке кинофестивального аналога «Кинотавра», но вскоре отказалась от этой затеи.

Министр культуры РФ Ольга Любимова

Видимо, новые претенденты не смогли доказать свою состоятельность, либо идея гламурного кинопраздника на берегу Черного моря в период проведения «специальной военной операции» оказалась уж слишком фривольной. Да и небезопасной по сегодняшним временам.

В результате напоминанием о любимом несколькими поколениями «Кинотавре», показы которого обычно проходили в Зимнем театре в Сочи, стало проведение в декабрьской Москве в кинотеатре «Художественный» куда более скромного по своим возможностям и задачам кинофестиваля «Зимний», который в английской транскрипции неизбежно начинается с буквы Z.

Продюсером нового фестиваля стала Наталья Мокрицкая, директор сети кинотеатров «Московское кино». Она же — продюсер еще одного «патриотического блокбастера» «Первый Оскар» (2021, режиссер Сергей Мокрицкий), который (правда, совсем уж безуспешно) тоже рассматривался Национальной академией кинематографических искусств и наук России наряду с картиной «Чемпион мира» в числе претендентов на лучший фильм минувшего года.

Фильм рассказывает о создании в годы Второй Мировой войны советскими документалистами легендарного фильма «Разгром немецких войск под Москвой», который в американской версии «Москва наносит ответный удар» действительно в 1943 году получил премию «Оскар» в числе еще трех документальных фильмов, освещающих разные геополитические аспекты той войны.

Кадр из фильма «Разгром немецких войск под Москвой»

Когда фильм только снимался (в том числе и в США), он назывался «Наш первый Оскар». Потом слово «наш» куда-то стыдливо задевалось, но сама связка с главной кинонаградой Америки спрятаться, разумеется, никуда не могла. Ведь в этом и был главный посыл картины: смотрите, как мы завоевали их!

Но к моменту выхода фильма в прокат на языке официальной риторики все американское надо было уже не горделиво завоевывать, а гневно отрицать. В том числе и на уровне кинопремии «Оскар». Недаром именно в 2022 году Россия в лице Никиты Михалкова впервые почти за шесть десятков лет публично отказалась участвовать в оскаровской гонке.

В 2022 году Россия в лице Никиты Михалкова впервые публично отказалась участвовать в оскаровской гонке

Чего не было даже в 1980 году, когда советские танки утюжили Афганистан, половина мира в знак протеста бойкотировала московскую Олимпиаду, а американские киноакадемики при этом наградили золотой статуэткой фильм Владимира Меньшова «Москва слезам не верит».

Но сегодня не до смысловых парадоксов времени. Ревнители традиционных фобий подсчитывают количество героев нетитульной национальности в картине «Первый Оскар» (а заодно и в среде реальных фронтовых кинооператоров), а владельцев кинотеатральных сетей куда больше занимают финансовые убытки, связанные с уходом с российского рынка голливудского контента (закрытие 30 процентов кинозалов уже произошло).

Спасителем кинопрокатного отечества в этой отчаянной ситуации объявляется старый добрый Чебурашка, который в новых обстоятельствах стал героем полнометражного фильма-фэнтези и даже собрал ввиду отсутствия реальной конкуренции за месяц проката 17 млн зрителей.

Кадр из фильма «Чебурашка»

И вроде бы все прекрасно: импортозамещение в действии. Однако нельзя забывать, что Чебурашка — это герой из советского прошлого, а технологии, в которых снят одноименный фильм, сплошь голливудского образца.

По той же формуле сработаны и «Чемпион мира» (советский герой плюс проверенные штампы голливудского байопика), и все предыдущие российские фильмы на спортивные и военные темы, которые в силу их однотипности вслед за основоположником направления — фильмом «Легенда № 17» (2012, режиссер Н. Лебедев) — для верности можно было бы даже не называть, а нумеровать — «Легенда номер 18», «Легенда номер 19» и так далее.

Именно поэтому 57 критиков и киноведов решили подвести не итоги года, а итог 25-летия премии «Белый слон», лучшие и худшие фильмы за историю премии.

Свое заявление российские кинокритики и киноведы завершили словами:

«В 2022 году мы не выносим оценок и не выбираем лауреатов. Одновременно мы подводим итоги 25-летия нашей работы: пересмотрев списки лауреатов премии с позиций сегодняшнего дня, называем лучшие российские фильмы минувшей четверти века. Наша огромная печаль выражена и в этом решении».

Лучшие фильмы «Белого Слона»

«Окраина», 1998, реж. П. Луцик

«Кукушка», 2002, реж. А. Рогожкин

«Хрусталев, машину!», 1999, реж. А. Герман

«Настройщик», 2004, реж. К. Муратова

«Про уродов и людей», 1998, реж. А. Балабанов

«Елена», 2011, реж. А. Звягинцев

«Свободное плавание», 2006, реж. Б. Хлебников

«Телец», 2001, реж. А. Сокуров

«Аритмия», 2017, реж. Б. Хлебников

«Груз 200», 2007, реж. А. Балабанов

«Магнитные бури», 2003, реж. В. Абдрашитов

«Кочегар», 2010, реж. А. Балабанов

«Солнце», 2005, реж. А. Сокуров

«Шапито-шоу», 2011, реж. С. Лобан

«Изображая жертву», 2006, реж. К. Серебренников

«Мелодия для шарманки», 2010, реж. К. Муратова

«Овсянки», 2010, реж. А. Федорченко

«Первые на Луне», 2005, реж. А. Федорченко

«Старухи», 2003, реж. Г. Сидоров

«Возвращение», 2003, реж. А. Звягинцев

«Коктебель», 2003, реж. А. Попогребский, Б. Хлебников

«Левиафан», 2014, реж. А. Звягинцев

«Страна глухих», 1998, реж. В. Тодоровский

«Страна Оз», 2015, реж. В. Сигарев

«Я тоже хочу», 2012, реж. А. Балабанов

Худшие фильмы «Белого слона»

(Фильмы, которые более половины опрошенных экспертов с позиций сегодняшнего дня оценили негативно. Это именно не худшие фильмы последних 25 лет, а фильмы, получавшие премию «Белый слон» в разных номинациях, которые сегодня киноведы и кинокритики (члены экспертного совета) решили оценить заново.)

«Матильда», 2017, реж. А. Учитель

«Сибирский цирюльник», 1999, реж. Н. Михалков

«Дирижер», 2012, реж. П. Лунгин

«Одесса», 2019, реж. В. Тодоровский

«9 рота», 2005, реж. Ф. Бондарчук

«Брестская крепость», 2010, реж. А. Котт

«Последняя сказка Риты», 2012, реж. Р. Литвинова

«Про любовь», 2015, реж. А. Меликян

«Рай», 2016, реж. А. Кончаловский

«История одного назначения», 2018, реж. А. Смирнова

«24 часа», 2000, реж. А. Атанесян

«Брат 2», 2000, реж. А. Балабанов

«Дневник его жены», 2000, реж. А. Учитель

«Белые ночи почтальона Тряпицына», 2014, реж. А. Кончаловский

«Коллектор», 2016, реж. А. Красовский

«Прогулка», 2003, реж. А. Учитель