Оригинал материала
Всевидящий "Окулус" и сроки за слова
- Новые приговоры за так называемые "фейки" о российской армии.
- В Оренбурге судят полицейских, избивших человека и угрожавших ему изнасилованием.
- Россия автоматизировала цензуру в интернете – к чему это приведет?
Текст скопирван
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:53:12 Скачать медиафайлСРОКИ ЗА СЛОВА
Шесть лет колонии за пост в Telegram об ударе по драмтеатру Мариуполя – такой приговор вынес 15 февраля суд в Барнауле по обвинению журналистки Марии Пономаренко в "публичном распространении заведомо ложной информации об использовании Вооруженных Сил". Это далеко не первый в России приговор за слова о войне. Самый большой срок – девять лет колонии – получила в начале февраля этого года блогер Вероника Белоцерковская. Впрочем, ее судили заочно: Белоцерковская не живет в России, и в колонию ее не отправят, в отличие от политиков Ильи Яшина и Алексея Горинова, которые уже отбывают сроки по статье о "военных фейках".
На видеосвязи с нами – участники Сахаровского движения "Мир. Прогресс. Права человека" правозащитник Лев Пономарев и бывший депутат муниципального округа "Красносельский" Москвы Елена Котеночкина.
Елена, вы ведь тоже подследственная по делу о "фейках" об использовании ВС и как раз должны были бы оказаться под судом вместе с Гориновым, потому что преследовали вас за тот самый диалог на мартовском заседании Совета депутатов о войне в Украине. Вас как-то тревожат следователи, пытаются с вами связаться?
Эти люди должны быть освобождены, им должна быть выплачена компенсация
Елена Котеночкина: Видимо, плохо пытаются. Я не думаю, что я им сейчас нужна. Этим делом в отношении меня и Горинова нарушен депутатский индемнитет, потому что нам инкриминируют высказывания во время обсуждения на заседании Совета депутатов. Это незаконно. Есть решение рабочей группы ООН по произвольным задержаниям. Недавно правозащитники выступили с требованием немедленно отпустить Горинова. Я полагаю, что все уголовные дела, связанные со статьей 207.3, будут каким-то образом коммуницированы, и в отношении них не потребуется дополнительного решения рабочей группы. Эти люди должны быть освобождены, им должна быть выплачена компенсация.
Алексей Горинов предложил депутатам не согласовывать проведение местных праздников, потому что в Украине гибнут дети под обстрелами ВС РФ. И "распространение фейков" – это о том, что гибнут дети. Тем не менее тогда на сайте ООН уже была размещена информация о том, что действительно были сотни погибших детей. Но эта информация не соответствует сводкам Минобороны, поэтому считается "фейком".
Марьяна Торочешникова: Эти статьи в марте 2022 года так спешно внесли в Уголовный кодекс РФ для того, чтобы как можно меньше людей знали о том, что на самом деле происходит в Украине? Или для того, чтобы оказать какое-то дополнительное давление на людей, которые могли бы организовать в России какие-то протесты?
Елена Котеночкина: Скорее второе – это элемент давления и угрозы для гражданского общества. Ведь очевидно, что информации много, ее легко можно взять в интернете, использовав VPN. С 24 февраля больше 5 тысяч получили административные аресты или штрафы, заведено уже свыше 400 уголовных дел за "дискредитацию". И мы видим результаты – протеста в России нет.
Марьяна Торочешникова: Лев Александрович, Сахаровское движение выступило с инициативой просить об обмене Алексея Горинова на кого-то, кого можно обменять, и вы обратились с этой просьбой к Европарламенту. А это тот орган, который может принимать решения, связанные с обменом кого бы то ни было, а тем более российских политзаключенных?
Это элемент давления и угрозы для гражданского общества
Лев Пономарев: Европарламент – это государственно-общественная структура, поэтому не он принимает решения, их принимает исполнительная власть. Но Европарламент очень хорош с точки зрения лоббирования наших идей. Почти 100% Европарламента осуждают войну России против Украины. Поэтому мы хотим набрать там подписи и дальше обращаться в Евросоюз. Я начинаю с Горинова, потому что ему 61 год, у него только одно легкое, он болел и сейчас подвержен бронхиту. Это опасно, он может не дожить до конца срока. Конечно, есть Навальный, который выделяется на всем этом фоне, и его надо менять. Но я уж не знаю, на кого можно поменять Навального: разве что сначала Путина взять в заложники где-нибудь на международной конференции, а потом менять на Навального.
Марьяна Торочешникова: Елена, а что вам ответили в Европарламенте?
Елена Котеночкина: До 40 депутатов Европарламента подписали обращение к главе европейской дипломатии Жозепу Боррелю о том, чтобы он держал на контроле ситуацию с Гориновым, Яшиным, Кара-Мурзой. Они ведут переписку с Гориновым, и, я думаю, в ближайшее время будут рассматривать вопрос по политзаключенным. В нашем обращении есть предложение, например, обменять его на Марата Касема, руководителя "Sputnik Литва", задержанного в Латвии. Это чистой воды пропагандист. И таких лиц в Европе много. Более сотни человек с начала войны были арестованы по подозрению в шпионаже и нарушении экономических санкций: они могли бы составить обменный фонд для политических заключенных в России.
Марьяна Торочешникова: Просьба о такого рода обмене обладает практическими последствиями?
Елена Котеночкина: На мой взгляд, это будет зависеть от политической воли Путина и российских властей. Юридических механизмов для такого обмена не существует, нет международных договоров, которые бы способствовали ему. Одно дело – осужденные по уголовным статьям, а статей за преследование по политическим соображениям и за слова – таких аналогов нет в международном уголовном законодательстве. Здесь возможен только такой политический жест. И я думаю, что европейцы как раз будут этому способствовать. Посмотрим, как Путин и наши власти "своих не бросают".
Уж не знаю, на кого можно поменять Навального: разве что Путина взять в заложники
Марьяна Торочешникова: Число политзаключенных еще будет расти, или уже всех, кого можно, пересажали?
Елена Котеночкина: Поскольку Путин и его войска несут огромные потери и их успехи далеки от ожидаемых, очевидно, что они откроют внутренний фронт в России. У меня было подозрение, что если обмен начнет получаться, то Путин будет еще больше брать в заложники, но на самом деле у нас уже больше политзаключенных, чем могли бы отловить в Европе шпионов. Я думаю, репрессии будут возрастать. Мы не призываем людей в России жертвовать собой, но очевидно, что в какой-то момент, когда режим ослабнет, люди все равно выйдут на улицы.
Марьяна Торочешникова: А что могут сделать западные политики для тех, кого в России в течение последнего года штрафовали и сажали за слова о войне?
Лев Пономарев: Сейчас не так много, но на будущее "коллективный Запад" еще многое может сделать. У нас есть санкционные списки, их надо увеличивать, в них надо вносить родственников. Кстати, в нашем движении есть план, каким образом менять власть в России – конкретно, шаг за шагом.
Марьяна Торочешникова: Осторожнее! Тут уже веет экстремизмом.
Лев Пономарев: Молчу! Мы публично обращаемся к Западу, чтобы он понимал, что после решения первой задачи – победы Украины – есть второй этап. Ясно, что НАТО не может войти в Россию, а вот принудить ее к демократии... Демократические государства, объединенный Запад уже сейчас должны начинать эту программу. Нужна большая информационная программа в помощь, допустим, тому, что делаете вы, спутники должны крутиться и транслировать россиянам, что такое демократия и почему она лучше.
В какой-то момент, когда режим ослабнет, люди все равно выйдут на улицы
А людям, которые находятся в России под санкциями, даже увеличивать санкции и говорить: "Если вы смените режим, то будете прощены, санкции будут уменьшаться, вас не будут судить в уголовном суде". Первое требование объединенного Запада для правительства, которое сменится, – освободить политзаключенных.
ИЗБИЛИ И УГРОЖАЛИ ИЗНАСИЛОВАНИЕМ
Суд в Оренбурге рассматривает дело о пытках в отделе полиции. В октябре 2021 года на тот момент 18-летний Геннадий Швецов рассказал правозащитникам проекта "Команда против пыток", что его избили и угрожали изнасилованием сотрудники полиции, подозревая в краже мобильного телефона. Сами полицейские все обвинения отрицают. И вот теперь это дело рассматривается в суде.
ВСЕВИДЯЩИЙ "ОКУЛУС"
Подведомственный Роскомнадзору Главный радиочастотный центр на этой неделе объявил о запуске в России системы "Окулус" – поисковика запрещенного фото- и видеоконтента. Еще 8 февраля о нем рассказали журналисты-расследователи нескольких изданий, изучившие масштабную утечку Радиочастотного центра после взлома хакерской группой "Киберпартизаны". "Окулус" называют частью системы тотальной слежки за россиянами. А сотрудники Радиочастотного центра, как выяснилось, не только ищут в сети запрещенный контент и так называемые "фейки" про российскую армию, но и, к примеру, составляют справки на потенциальных иностранных агентов для Минюста.
С нами глава юридической практики "Роскомсвободы" Саркис Дарбинян. Так ли страшен и всемогущ этот "Окулус"?
Саркис Дарбинян: Это действительно страшная штука! При его реализации, я думаю, он сдвинет российскую цензуру на совершенно новый уровень. Это попытка автоматизации цензуры. Раньше сотрудникам Роскомнадзора и ГРЧЦ с помощью неких квазиобщественных организаций, вроде известной "Лиги без интернета", приходилось ручками все это молотить, а дальше уже писать жалобы, после чего контент блокировали, а в отношении лиц, которые это размещали, принимались меры административного или уголовного характера.
"Окулус" может сдвинуть российскую цензуру на совершенно новый уровень
Теперь это можно поставить на поток, и система сможет выявлять запрещенные фотографии и видео в видеопотоках, в том числе в стримах, и анализировать огромное количество информации, что при некоторых манипуляциях можно превращать и в протоколы об административных правонарушениях, и в заявления о возбуждении уголовных дел и блокировке web-сайтов. Роскомнадзор и сейчас веерно их раскидывает, а так поток увеличится в два раза.
А если еще будут дополнительно включены другие алгоритмы... Как мы узнали из этой "утечки", это система "Вепрь", которая будет не просто выявлять этот контент, но еще на основе искусственного интеллекта анализировать поведение пользователей и работать по этому, в том числе в профилактических, в превентивных целях, маркируя и размещая пользователей по степени их общественной опасности.
Марьяна Торочешникова: Российские власти рассчитывают как-то связать "Окулус" с камерами уличной видеофиксации и системой распознавания лиц, чтобы эффективнее бороться с инакомыслящими, вводить цензуру и штрафовать всех поголовно?
Саркис Дарбинян: В Москве эту черту уже давно перешли. Если раньше вы еще понимали, что в интернете вас могут подслушивать, следить, и вы могли выключить телефон, выйти из дома и потеряться в большом городе, то с введением этой системы теперь за вами следят и онлайн, и офлайн. Трекинг происходит от выхода из подъезда до конечной точки назначения. К сожалению, эти системы начинают работать вместе.
Марьяна Торочешникова: А система распознавания лиц действует только в Москве и Санкт-Петербурге или уже повсеместно?
С введением этой системы теперь за вами следят и онлайн, и офлайн
Саркис Дарбинян: Во время пандемии многие регионы захотели купить эти системы. Но это достаточно дорогая технология, и сейчас это могут себе позволить только крупные города. Но они уже распространяются и на Дальнем Востоке, и в Казани, и в Новосибирске. Думаю, со временем эта история покроет всю страну. Вот теперь все точки пограничного контроля будут оснащены этой технологией.
Марьяна Торочешникова: Вам скажут: "А что плохого в такой слежке? Американское Агентство национальной безопасности уже давно следит за гражданами". Чем этот "Окулус" отличается от того, что происходит в других странах?
Саркис Дарбинян: Приватность имеет значение. Таким образом у вас полностью крадут право на тайну частной жизни. И если в демократических странах это может привести к каким-то последствиям в виде спама или мошенников, то в недемократических иногда ведет к отъему жизни. Естественно, если вы ЛГБТ-активист в Чечне, то у вас возникают совершенно другие проблемы, чем у гражданина во Флориде. Когда есть возможность опереться на инструменты правовой защиты, такие как суды и правоохранительные органы, конечно, это все равно беда, но беда другого характера.
Марьяна Торочешникова: Кстати, суд в США пару лет назад как раз признал незаконной такую слежку за гражданами. Даже Сноуден удивился.
Саркис Дарбинян: Четыре города, Калифорния... Многие из них ввели мораторий на использование технологий и до сих пор изучают, как это будет влиять на права человека, и никто не торопится вводить систему распознавания лиц на федеральном уровне.
Марьяна Торочешникова: Как российское законодательство сейчас регулирует использование систем, подобных "Окулусу"?
Таким образом у вас полностью крадут право на тайну частной жизни
Саркис Дарбинян: Есть закон о персональных данных, и там есть так называемые "законные основания" или "законная цель" обработки персональных данных. Но формулировки этого закона настолько размыты, что отсылают на иные случаи обработки персональных данных в случаях необходимости осуществления оперативной деятельности, а также деятельности правоохранительных органов. И вот под эту формулировку загоняют все.
Этот вопрос вставал, когда принимали "пакет Яровой". Было много шума, что вся переписка должна храниться на серверах со всеми логами, IP-адресами, датами, наименованием устройства. Тем не менее это было принято, закон уже много лет работает. Многие российские компании уже построили удаленный пульт управления ФСБ, которая имеет возможность перехватывать все эти данные уже без каких-либо запросов. Именно поэтому Россия уже давно относится к странам с неадекватной защитой персональных данных, с точки зрения Евросоюза, и никто особо не позволяет осуществлять трансграничную передачу в Россию.
Марьяна Торочешникова: "Сетевые свободы" назвали 2022 год рекордным по количеству и объему всевозможных утечек. Там и Госуслуги, и "Почта России", и что только не протекало. А каковы могут быть последствия утечек из системы "Окулус"?
Саркис Дарбинян: Мы мало знаем о том, как она работает. Но мы видели в течение 2022 года: огромное количество госкомпаний "потекло". Государство не умеет охранять персональные данные. И если данные о пользователях будут аккумулироваться в "Окулусе" и станут доступны третьим лицам, то, конечно, они очень сильно обогатят и без того уже насыщенные базы данных, которые можно купить в DarkNet.
2022 год был показательным: изменился тренд взломов. Если раньше взламывали в основном ради денег, то теперь все хакеры, все ботнеты мира, которые были направлены на Россию, уже ставят себе задачи взламывать и выкладывать в общественный доступ, то есть причинить наибольший вред России и ее гражданам. И, уверяю вас, там уже скоплено огромное количество информации почти о каждом гражданине. Это же было около 100 миллионов человек, почти вся Россия. Каждая такая утечка безвозвратно обогащает эти базы данных: изъять их вы уже не сможете. И конечно, это колоссальная угроза для всех нас.
2022 год был показательным: изменился тренд взломов
Марьяна Торочешникова: А как можно максимально уберечься от этого "Окулуса", от слежки, цензуры в интернете?
Саркис Дарбинян: Поменьше выкладывайте информации о себе, своих фотографий и видео в открытых пабликах, помните про настройки приватности в соцсетях, используйте для выхода в Сеть VPN, шифрованные туннели. Тогда большая часть проблем для вас исчезнет.
Марьяна Торочешникова: Грозятся, что "Окулус" сможет залезать и в закрытые паблики.
Саркис Дарбинян: Если человек не сильно выбирает друзей, возможно. Я пока не очень понимаю, как работают эти алгоритмы, но очевидно, что их возможности велики.