Море Эйнштейна — 3. Книга Абрахама Пайса

«Subtle is the Lord…» — этим знаменитым высказыванием Эйнштейна, выбитым на мраморной доске над камином в актовом зале Принстонского института перспективных исследований, озаглавил свою книгу о великом ученом Абрахам Пайс. На русском языке она вышла под названием «Научная деятельность и жизнь Альберта Эйнштейна» [1] (переводчики Виталий и Ольга Мацарские). Порядок слов здесь не случаен: именно научная деятельность имеет приоритет в иерархии ценностей Пайса, биографические факты подаются им достаточно сдержанно, а байки и анекдоты, которыми Эйнштейн охотно делился с Зелигом, в книге Пайса редкость. Доведись Альберту увидеть книгу Пайса, он был бы доволен: именно такой он и хотел бы видеть свою биографию, написанную специалистом, умело рассказывающим о том, как Эйнштейн шел к своим открытиям, какое значение имела для науки та или иная идея ученого.

Пайс описывает представления, существовавшие в физике в те времена, когда Эйнштейн начинал свою деятельность, показывает, как он изменил эти представления своими идеями и открытиями и какое наследство оставил следующим поколениям ученых. О герое своей книги Пайс пишет так: «Именно наука составляла смысл жизни Эйнштейна; ей он был предан, в ней находил убежище, она была причиной его обособленности. Чтобы понять, каким человеком был Эйнштейн, необходимо прежде всего проследить за ходом его научного мышления и творчества. Но этого мало. Эйнштейн обладал, кроме того, даром превосходно излагать свои мысли на немецком языке, он любил музыку, интересовался философией. Его глубоко волновали судьбы человечества. (В последние годы жизни он называл ежедневное чтение газеты New York Times инъекцией адреналина.) Он был мужем, отцом, отчимом. Он был евреем. Он стал легендой. Обо всем этом рассказано в книге» [1, с. 9].

Абрахам Пайс родился в Амстердаме в 1918 году в еврейской семье. О драматических событиях своей молодости он довольно скупо пишет в книге об Эйнштейне: «В 1941 г. под руководством Леона Розенфельда защитил в Утрехте докторскую диссертацию. Вскоре после этого мне пришлось скрываться в Амстердаме, но в конце концов меня схватили и бросили в гестаповскую тюрьму. Тех, кого не успели казнить, освободили незадолго до победы» [1, с. 12].

После войны в 1946 году Пайс получил приглашение поработать в Институте перспективных исследований в Принстоне, где уже давно обосновался Альберт Эйнштейн. Однажды профессор пригласил молодого сотрудника проводить его домой. Так начались регулярные прогулки и беседы, закончившиеся только незадолго до смерти великого физика. О них Пайс вспоминает так: «Я заходил к нему в кабинет или сопровождал его (часто вместе с Куртом Гёделем) во время предобеденных прогулок до Мерсерстрит. Дома у него я бывал реже. Как правило, виделись мы раз в несколько недель. Разговаривали всегда по-немецки, на языке, позволявшем уловить все оттенки мыслей Эйнштейна и оценить его индивидуальность» [1, с. 13].

Постепенно Пайс всё лучше узнавал своего собеседника, читал его статьи и книги, и интерес к нему как к исторической личности рос по мере узнавания, а желание рассказать об Эйнштейне становилось всё неотступнее. Пайс пишет: «Так и получилось, что я начал изучать его научную деятельность и жизнь от конца к началу. Постепенно я стал понимать основную трудность, с которой сталкиваешься при изучении истории науки: надо на время забыть, что было потом. Размышления над статьями и архивом Эйнштейна, беседы с людьми, которые его знали, личные воспоминания — вот что помогло мне написать эту книгу. Не боясь показаться неблагодарным или неучтивым, признаюсь, что изучение научных трудов дало мне неизмеримо больше, чем что-либо иное» [1, с. 16].

Отдавая предпочтение научной деятельности Эйнштейна, Пайс тем не менее вплетает в свое повествование биографические очерки о своем герое, пишет о его детстве, школьных годах, студенчестве, поисках работы, службе в патентном ведомстве в Берне, женитьбе на Милеве Марич, профессорстве в Праге, Цюрихе, Берлине, разводе с Марич и женитьбе на двоюродной сестре Эльзе, эмиграции в США, работе в Принстоне и многом другом. Он не оставляет в стороне и политические установки Эйнштейна, его философские и религиозные взгляды, отношение к еврейству и сионизму, войне и миру и другим «вечным вопросам».

Безупречное знание немецкого языка позволило Пайсу подчеркнуть еще одну сторону дарования Эйнштейна — виртуозное владение словом: «Эйнштейн заслуживает того же комплимента, которым он удостоил Ньютона, — он был „художником слова“. Его талант владения немецким языком уступал лишь дару ученого. Я имею в виду не только умение сочинять забавные стишки, но и высокое качество его прозы. Он был большим мастером нюансов, которые очень трудно передать при переводе. Изучающий труды Эйнштейна должен читать их по-немецки» [1, с. 23].

Один из авторитетнейших исследователей наследия Альберта Эйнштейна Джон Стэчел, главный редактор первого тома Собрания документов Альберта Эйнштейна [2], писал о книге Пайса, что ее «биографические материалы образуют наиболее точное описание жизни Эйнштейна из до сих пор написанных» [3, p. 551].

Книга состоит из восьми частей. После «Вводных замечаний» следуют разделы для научных достижений Эйнштейна в различных областях физики: «Статистическая физика», «Специальная теория относительности», «Общая теория относительности», «Дальнейший путь», «Квантовая теория», «Конец пути», «Дополнения».

Уровень обсуждения физических идей и результатов у Пайса достаточно высок, предполагает знакомство читателя, по крайней мере, с основами университетских курсов физики и математики.

Соглашаясь с высокой оценкой биографической части книги Пайса, должен сделать несколько замечаний. Обычно точный в библиографических деталях Пайс допускает досадные сбои, когда речь идет об особенностях научного ландшафта именно в Германии или Швейцарии. Я уже упоминал об этом в своей статье об ошибках в биографиях Эйнштейна [4].

Говоря о предложении, сделанном Эйнштейну Максом Планком и Вальтером Нернстом в Цюрихе, Пайс пишет: «Весной 1913 г. в Цюрих приехали Планк и Нернст; целью их визита было узнать у Эйнштейна, не хочет ли он переехать в Берлин. Ему сделали сразу несколько предложений: стать членом Прусской академии наук с персональным окладом, наполовину финансируемым прусским правительством, наполовину — физико-математическим отделением из внешних фондов; профессором Берлинского университета с правом преподавания, но без обязательной учебной нагрузки; и директором будущего физического института» [1, с. 229].

Здесь неточно указано время поездки — как мы знаем, она состоялась не весной, а 11 июля, сразу после пленарного заседания академии. Но это мелочь. Главное, тут опять фигурирует «профессор университета», т. е. должность, назначение на которую осуществляется совсем по другой технологии по сравнению с тем, что предлагали Планк и Нернст.

И еще в одном месте Пайс показывает незнание специфики научного роста в немецкоязычном регионе Европы. Говоря о неудачной попытке защиты второй диссертации Эйнштейна, он пишет: «По каким-то причинам Эйнштейн не выполнил одного требования: он не приложил к заявлению еще не опубликованную статью. Поэтому удовлетворение его прошения было отложено до того времени, когда он сочтет возможным ее представить» [1, с. 117]. Можно подумать, что Эйнштейн из-за рассеянности или лени не представил новую диссертацию, нарушив правила. А на самом деле в правилах защиты диссертаций и в Швейцарии, и в Германии был пункт, позволявший защищаться «по совокупности работ», если научные достижения кандидата были выдающимися. Эйнштейн после триумфальных работ 1905 года имел все основания рассчитывать, что его случай подпадает под это правило, и не его вина, а консерватизм и узость взглядов профессоров Бернского университета не позволили ему сразу получить вторую докторскую степень и звание приват-доцента.

Но это мелочи по сравнению с богатством научного и биографического содержания книги Абрахама Пайса. Ему удалось не только нарисовать яркий и убедительный портрет Эйнштейна-ученого, показать непростой, часто извилистый путь его мысли, но и представить читателю Эйнштейна-человека, независимого, остроумного, любящего смех и шутки, не только человека мыслящего, но и человека чувствующего. Свое восхищение Эйнштейном Пайс выразил короткой, но многозначительной фразой: «я никогда не встречал человека свободнее его» [1, с. 24]. Поясняя свою мысль, Пайс подчеркивает, что, в отличие от других, тот был хозяином своей судьбы в полном смысле этого слова.

Но с одним заключением Абрахама Пайса я согласиться не могу. Он пишет: «Эйнштейн не был ниспровергателем. Им никогда не руководило стремление свергнуть авторитеты. Не был он и бунтарем, ибо любая власть, кроме власти разума, представлялась ему слишком нелепой, чтобы тратить силы на борьбу с ней (вряд ли можно назвать воинственной его оппозицию нацизму)» [1, с. 24].

По крайней мере в молодости, сразу после окончания Политехникума в Цюрихе, Альберт очень даже воинственно нападал на Пауля Друде, заметив некоторые нелогичности в его электронной теории проводимости. Из-за бунтарства Эйнштейна сорвалась защита первой диссертации, уже переданной в Цюрихский университет 23 ноября 1901 года, но отозванной первого февраля следующего года [5], так как молодой соискатель ученого титула позволил себе бунт против самого Больцмана! Поэтому мнение Бенеша Хофмана и Элен Дюкас, выраженное в заголовке их книги, — «Альберт Эйнштейн, творец и бунтарь» [6], — я полагаю, ближе к истине, чем оценка Абрахама Пайса.

Отмечу в заключение разговора о книге Пайса, что ее русский перевод, сделанный Виталием Мацарским и его супругой, безупречен как с точки зрения физического содержания переводимого текста, так и со стороны его литературной формы.

Евгений Беркович

Окончание следует

1. Пайс А. Научная деятельность и жизнь Альберта Эйнштейна. — М.: Наука, 1989.

2. The collected papers of Albert Einstein. Volume 1: The Early Years, 1879–1902. — Princeton: Princeton University Press, 1987.

3. Stachel J. Einstein from «B» to «Z». — Boston-Basel-Berlin: Birkhäuser, 2002.

4. Беркович Е. Когда книги пишут «в приступе какого-то мазохизма или слабоумия» // Семь искусств, 2022, № 4.

5. Беркович Е. Почему не состоялась защита первой диссертации Эйнштейна? // Семь искусств, 2022, № 12.

6. Хофман Б., Дюкас Э. Альберт Эйнштейн: творец и бунтарь. — М.: Прогресс, 1983.