В твоей семье этот кот жить не будет

Ветеринары тайно спасают животных, когда владельцы требуют их усыпить. Зачем?

В 2019 году на ветврача из Челябинска Баграта Агажанова пожаловалась в прокуратуру юрист и зоозащитница Анна Разинова. В своем заявлении она написала, что Агажанов нарушает договор с клиентами ветклиник: не усыпляет животных, как хотят того хозяева, а тайно лечит их и находит им новый дом. Так поступает не он один — в России много ветеринаров, которые отказываются делать животным эвтаназию, даже когда об этом просят их хозяева. «Холод» рассказывает несколько таких историй.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

Кошку Софу хотели усыпить в 2016 году, когда не смогли найти для нее хозяев — единственной из всего помета. «Принесли котенка в переноске, подписали договор и убежали», — вспоминает ветеринар Баграт Агажанов. Тогда он был ассистентом врача, и ему доставалась вся «грязная работа» — включая эвтаназию.

Агажанов вспоминает, как открыл переноску и увидел там очень красивого серого котенка, месяцев трех-четырех: «Набираю шприц с анестезией, а она начинает мне лизать пальцы».

Он предложил врачу не усыплять кошку. «Она посмеялась, говорит: “Ну не усыпишь ты эту, а что будешь делать?”. Я сказал, что домой заберу. “А других?”. “Тоже заберу, знакомым пристрою”, — вспоминает Агажанов. — Врач так посмотрела на меня, мол, ну, еще молодой, очерствею, но согласилась».

После работы Агажанов купил корм, лоток, наполнитель, игрушки и забрал кошку к себе — сейчас, семь лет спустя, Софа по-прежнему живет у него. Ее нередко можно увидеть в инстаграме ветеринара, на который подписаны более 67 тысяч человек. Там Агажанов учит ухаживать за животными, отвечает на вопросы читателей. А еще рассказывает, как спасает животных, которых хозяева решили усыпить, чтобы от них избавиться.

Всегда тепло и всегда мягко

Родители Баграта Агажанова тоже работали ветеринарами, поэтому помогать животным он начал с детства, еще когда жил в селе Октябрьском Челябинской области. Правда, без энтузиазма. «Сам я хотел стать поваром, — рассказывает Агажанов. — Но папа сказал: “Принесешь диплом ветеринарного врача, и тогда поговорим”». После пар в ветеринарной академии Агажанов шел работать поваром и продолжал мечтать о собственном ресторане.

Планы изменились в 2013 году, после того как студентов академии повезли на экскурсию в новую частную ветеринарную клинику. «Я из деревни, у меня было представление только о работе сельского ветеринарного врача: коровы, козы, навоз, матерящиеся доярки, бухающие техники, — вспоминает Агажанов. — Мне так работать не хотелось. Но когда увидел частную клинику, отношение к людям, оборудование, классных животных, то сказал себе: “Я хочу открыть свою клинику”».

После учебы Агажанов переехал в Челябинск и устроился ассистентом ветеринара в клинику «Умка». На работе можно было учиться и набираться опыта, но зарплата, по словам Агажанова, была всего восемь тысяч рублей в месяц — этого едва хватало на еду, но не на съемное жилье. У родителей тоже не было возможности помочь. Тогда он поселился в крематории при клинике.

«Мне дали простой хирургический набор, чтобы я учился оперировать, держать в руках инструмент, шить, — вспоминает Агажанов. — И вот я там жил, сжигал трупы. Когда узнавал какой-то новый вид шва, отрабатывал его на “препаратах” — так называются трупы животных. Я люблю говорить на эту тему так — у меня всегда было тепло и всегда было мягко. Ну, это шутка».

По словам ветврача, этот опыт помог ему «встать на ноги»: «За очень короткий срок в восемь месяцев я стал оперирующим ветеринарным врачом. Обычно требуется три-четыре года практики».

На второй год работы Агажанова в клинику принесли кота с острой задержкой мочи и песком в уретре из-за мочекаменной болезни. По его словам, владельцы не хотели заниматься животным: лечение было сложным и стоило дорого, поэтому решили усыпить. «Они ушли, а я его сразу прооперировал, был долгий период восстановления, капельницы, — вспоминает Баграт. — Потом пристроили, он до сих пор живет». Кота, по словам Агажанова, назвали Беззубик — из-за сходства с персонажем мультфильма «Как приручить дракона».

Она просто старая

По закону владелец не может усыпить здоровое животное. Решение об эвтаназии принимается после постановки диагноза, если питомец перестает питаться, теряет вес и интерес к жизни, испытывает боль, которую невозможно облегчить. Существует специальный чек-лист, по которому определяют, пришло ли время усыплять питомца.

Ветврачи, с которыми поговорил «Холод», утверждают, что всегда проговаривают это и отказывают в усыплении, если его критерии не соблюдены.

«Пришел мужчина, принес собаку на эвтаназию, ей было лет 10, — вспоминает одну из таких ситуаций Лидия Куликова (фамилия изменена), ветеринар из Краснодара. — Мы начинаем оформлять документы, но я смотрю на собаку и понимаю, что она абсолютно нормальная. Я спрашиваю, почему хотят эвтаназировать животное, может, она болеет, как-то мучается. На что мужчина ответил, что она просто старая. Мы начали ругаться. Мужчина кричал, что пойдет и бросит собаку под колеса машины и я буду за это ответственна». Лидия отказала мужчине, и он ушел, хлопнув дверью.

По словам ветеринаров, чаще всего на усыпление все же приносят неизлечимо больных животных. Но бывают и другие случаи: например, животное можно вылечить, но на это нет денег. «Врач составляет смету по расходам на лечение, и, увы, не все готовы справиться с озвучиваемыми суммами. Это частая ситуация», — рассказывает врач-терапевт Александра Горелова (фамилия изменена) из Москвы.

Также, по словам Гореловой, иногда на эвтаназию приводят животных, которые просто мешают владельцу. Например, недрессированных, некастрированных котов и кошек, которые метят, или грызунов, мешающих спать. «Самая печальная история — питомца не воспитали, — говорит она. — Животное не виновато, а его приносят и требуют усыпить».

Иногда владельцы решают усыпить животных из-за переезда, рассказывает Куликова из Краснодара. «Я только пришла работать в ветеринарию, была ассистентом ветврача. К нам принесли на усыпление абсолютно здорового, симпатичного кота-британца, — вспоминает она. — Хозяин, молодой парень, сказал, что переезжает в другой город, взять с собой кота не может, а на улицу выкидывать не позволяет совесть».

Ветеринары уточняют, что врачи не обязаны отговаривать владельца от усыпления и могут просто отказать: врач помогает животному, а не занимается «психологической поддержкой» человека. Тем не менее врачи часто предлагают скидки и пытаются помочь.

Например, если владелец готов отказаться от питомца, то между ним и работником ветклиники заключается договор о безвозмездной передаче животного, после которого его пристройством занимается клиника. «Мы забрали кота, и он по сей день живет своей счастливой толстой жизнью у врача ветклиники», — рассказывает Куликова.

Фотографии счастливых мордашек

Если владелец решил оставить животное клинике, то оно может жить прямо в ней, пока не найдут новых владельцев. Больных животных держат отдельно, в инфекционных стационарах. «[Животные] содержатся в стационаре или в прямо в ординаторской, отдыхают вместе с персоналом, — рассказывает Александра Горелова из московской ветклиники. — Кошки поддерживают в тяжелую смену — садятся на колени, мурчат и греют». Если в клинике много посетителей, то питомцев временно отправляют в вольер, чтобы они не выбежали на улицу.

Многих животных сотрудники клиник забирают себе. «Уборщицы, врачи, ассистенты — у них всех дома много питомцев, от которых отказались прежние хозяева, — подтверждает Горелова. — Когда я впервые пришла на работу в ветеринарную клинику ассистентом, я лично забрала домой прекрасную кошку Бусю. Ей было 13 лет, ее принесли на эвтаназию. Причин отказа мы не знали. Конечно, спустя неделю мы поняли, в чем дело. Буся ходила в туалет как в лоток, так и на шкаф, под стол, у входной двери — везде, где ей хотелось. Отучить мы ее не смогли, все же ей было 13 лет, но научились минимизировать минусы жизни с ней и ни о чем не жалеем». Буся прожила еще шесть лет и умерла своей смертью.

«У моих родителей живет собака Амур, — говорит Агажанов. — Его щенком принесли на эвтаназию: из-за перенесенной вирусной инфекции у него периодически возникали приступы эпилепсии. Так как моя специализация — неврология, я назначил необходимую терапию, и теперь он живет у родителей. Судороги [случаются] раз в полгода, а раньше были каждый день».

Если животных пристроили новым хозяевам, сотрудники ветеринарных клиник часто помогают: советуют кинологов, дают рекомендации по содержанию, рассказывают о важности стерилизации и вакцинации. Новые хозяева часто посещают клинику, из которой взяли питомцев, поэтому врачи могут мягко отслеживать их дальнейшую судьбу.

«Это достаточно эмоциональный момент, здесь есть привязка, ты все еще чувствуешь ответственность за то, что решил помочь, — объясняет ветврач Лина Сергеева (фамилия изменена) из Санкт-Петербурга. — Я пристроила только двоих, но все равно держу связь с новыми владельцами, оказываю им помощь и очень радуюсь, когда мне присылают фотографии этих счастливых мордашек. Это греет душу». По словам Лины, в этом присутствует «момент облегчения и чувство выполненного долга».

В большинстве случаев хозяева соглашаются передать животных клинике, но есть и «принципиальные владельцы». «Непонятно, почему владелец настаивает на эвтаназии, когда она не нужна, — удивляется Горелова. — Мы не разбираем животных на донорство, не выкидываем на улицу, не ставим эксперименты. Отказ от питомца в пользу клиники — бесплатная процедура, хозяин ничего не теряет, а питомец получает шанс на полноценную, счастливую жизнь».

Александра считает, что в этот момент некоторые владельцы испытывают что-то вроде ревности: «С такими сколько не разговаривай, все бесполезно». Тогда, чтобы спасти животное, врачи могут пойти на нарушение договора.

Животное засыпает

«Усыпление проводится в два этапа: сначала наркоз, а потом внутривенно вводится препарат, который останавливает сердце, — поясняет ветврач Лина Сергеева из Санкт-Петербурга. — Во время введения в наркоз животное может прекратить дыхательную деятельность на время и может показаться, что животное уже погибло».

«Что можно не усыплять, а в наркоз погрузить, мне кто-то из коллег сказал, — вспоминает Агажанов. — Что раз уж ты такой молодец, коли при владельцах наркоз, чтобы даже вопросов не было».

«Была история, когда взрослый серьезный дядька привел вместе с сыном кота на эвтаназию, — продолжает Агажанов. — Сыну на вид было лет 12, он умолял отца не усыплять кота, который разодрал шторы и диван. Коту было полтора-два года, кастрированный и здоровый. Отец был какой-то невменяемый, подписал договор и вышел, когда увидел, что кот уже под наркозом. Тогда я его сыну тихонько сказал: “Я не буду усыплять кота, но в твоей семье он жить больше не будет”».

Мальчик потом не раз спрашивал про самочувствие кота, а Агажанов присылал ему фотографии. «Он писал мне, что однажды сам станет ветеринаром и тоже не будет усыплять животных», — говорит Агажанов.

Всего от эвтаназии Баграт Агажанов, по его словам, спас больше 20 животных, а пристроил более 100. «Только я не отговаривал от усыпления и не говорил владельцам: “Давайте пристроим”, — уточняет он. — По одной простой причине — у меня была ситуация, когда в разговоре владелец согласился не усыплять питомца и ушел. В этот же день он пришел на усыпление в другую клинику, где работали мои знакомые. Я сделал вывод, что он и так в состоянии стресса, потому что понимает, что совершает правонарушение и в принципе не по совести поступает, поэтому, если он пришел своими ножками ко мне, чтобы я усыпил питомца, отговаривать его я не буду. Мы вводим наркоз, животное засыпает, мы говорим, “все”. Многие владельцы подписывают отказ от тела животного и не хотят присутствовать на эвтаназии».

Поначалу Агажанов раздавал животных своим знакомым, но когда спасенных стало много — решил рассказывать о них в своем инстаграме и быстро набрал подписчиков. Вскоре о нем написали в региональных СМИ.

Почему другие могут, а ты не хочешь?

В 2019 году кто-то из подписчиков прислал Агажанову ссылку на пост, где говорилось, что на него написали заявление в прокуратуру. Сперва Баграт не придал этому значения, но вскоре ему позвонила мама. «Я говорю, что не в курсе, о чем идет речь, смену доработаю и буду разбираться, что там творится, — вспоминает он. — По итогу мама настолько сильно распереживалась, что ей вызвали скорую».

Заявительницей оказалась петербургская зоозащитница и юристка по правовым вопросам обращения с домашними животными Анна Разинова. Она просила проверить законность действий ветврача и провести проверку по факту незаконного присвоения животных , а также некачественного оказания услуг.

Через сутки Агажанову начали звонить журналисты. В соцсетях запустили хештег #Багратмыстобой, с поддержкой ветеринару выступил директор Большого Московского цирка Эдгард Запашный и депутат Владимир Бурматов, в то время возглавлявший комитет Госдумы по экологии. Бурматов даже позвонил Агажанову:

«Мы просто пообщались о том, зачем я это делаю, — вспоминает разговор ветврач. — Я говорю, ну как я усыплю собаку, кошку, котенка. Не могу. А он спрашивает: “Почему другие могут, а ты не хочешь?”».

Через пять дней Разинова забрала заявление. «В принципе я этого и добивалась. Тема дошла до власти, со мной согласились, что в действиях Баграта есть нарушения, что любые действия даже с самыми благими намерениями не должны нарушать закон», — писала Разинова в соцсетях. Зоозащитница не ответила на вопросы «Холода».

В одном из интервью Агажанов рассказал о своей мечте — ветеринарной клинике, после чего с ним связался инвестор. Вместе они открыли уже две частных клиники — в Москве и Челябинске.

Донор по кличке Амур

В своей клинике Агажанов работал недолго. «Мы не сошлись в вопросах управления», — объясняет Агажанов.

В тот период он впал в депрессию. «Выгорел так, что при слове “ветеринария” я впадал в истерию, начинал плакать и вообще вел себя не очень адекватно», — вспоминает он начало 2021 года.

Возвращение к ветеринарии вышло случайным. «Я жил в деревне, у родителей. Грубо говоря, кидаю навоз, и тут маме, тоже ветеринарному врачу, принесли собаку с пироплазмозом — клещ укусил, — вспоминает Агажанов. — А если в деревне клещ укусил, то это, грубо говоря, все — на радугу собаке».

По просьбе матери он оказал собаке первую помощь и поставил диагноз: эритропения, уменьшенное количество эритроцитов в крови. «Она лежала и не могла встать, — продолжает ветеринар — Я сказал хозяину, что собаке срочно нужно переливание, иначе она умрет. Хозяин сказал, что у него нет возможности отвезти собаку в город и денег нет, хотел усыпить. Я предложил сам провести переливание крови. Он на меня посмотрел удивленными глазами — в деревне людям-то не всем переливают, а я собаке собрался».

Агажанов успокоил владельца, написал ему список покупок в аптеке и подготовил донора — когда-то спасенного им Амура. После переливания собака соседа встала, начала есть и пить, вилять хвостом. «И вот честно, я получил такой эмоциональный заряд, и хозяин был очень благодарен, всем рассказывал, какой я крутой специалист, что меня это мотивировало, — вспоминает Агажанов. — Я потихоньку начал консультации проводить, приемы».

В октябре 2022 года ветеринар приехал в Москву. С собой он взял «маленький розовый чемодан жены, кастрюльку и набор выездной ветеринарной службы». Сейчас Баграт проходит обучение у невролога и планирует работать в крупной ветеринарной клинике.

Несмотря на то что многие из коллег Агажанова уехали из страны из-за войны, сам он хочет остаться в Москве. «Не потому что я люблю все, что в стране творится, а скорее потому, что и так много хороших мозгов уехало, — поясняет он, — Может, прозвучит как-то пафосно, но как я оставлю животных в этой ситуации?».