Оригинал материала
Право на правду. Новый обвиняемый по статье о "фейках"
35-летний Всеволод Королев – один из восьми петербуржцев, которых преследуют по статье о "фейках" о российской армии. В начале июля прошлого года у него дома прошел обыск, а 13 июля Королева поместили в СИЗО. На допросе в суде один из свидетелей по его делу изменил показания, а двое других толком ничего не помнят о событиях, описанных в деле.
Всеволода Королева обвинили в "фейках" о Вооруженных силах РФ. По версии следствия, он опубликовал два поста в социальной сети "ВКонтакте" с якобы недостоверной информацией о действиях российской армии в Буче, Бородянке и Донецке.
Подписывайтесь на инстаграм и телеграм Север.Реалии. Там мы публикуем контент, которого нет на сайте!Всеволод окончил с отличием философский факультет (РХГА) Русской христианской гуманитарной академии. Работал корреспондентом журнала "Дискурс", писал стихи, в течение года был волонтером в одном из петербургских психоневрологических интернатов, а незадолго до ареста Королев начал заниматься документалистикой и выпустил фильмы в поддержку арестованных за "фейки" Марии Пономаренко и Саши Скочиленко.
Саша Скочиленко – художница, музыкант и бывшая сотрудница петербургского издания "Бумага". Она обвиняется в "фейках" о российской армии из-за того, что заменила ценники в супермаркете "Перекресток" на листовки с описанием действий российских военных в Мариуполе. Королев снял фильм "Саша, мы с тобой" на соматик-фесте "Любовь сильнее войны и смерти", который проходил в поддержку Скочиленко.
Находясь в СИЗО, Всеволод Королев рассказал корреспонденту Север.Реалии о том, почему он не смог молчать о войне и почему ему было так важно снять фильм о преследуемых за "фейки".
– Когда я услышал про вечеринку в её (арестованной Саши Скочиленко. – СР) поддержку, я сразу знал, что на неё пойду. Ну, а тогда почему бы и не поснимать? Это ведь фильмы про то, что просто хочется жить, – объясняет Королев в письме корреспонденту Север.Реалии. – Мы волонтёрим, ходим на суды к друзьям, знакомым, а иногда и незнакомым, которых обвиняют непонятно в чем. А иногда просто танцуем, чтобы не сойти с ума от боли. Мне было важно показать в фильмах мой мир, и я считаю, что это мне удалось. В какой-то момент частью моего мира стала Саша, с которой я лично не знаком.
– Почему вы рассказывали о войне в соцсетях, несмотря на риски уголовного и административного преследования?
– Люди имеют право знать правду. Мне важнее не высказываться даже, а важно, чтобы меня услышали. Информация есть то, на основе чего люди принимают решения. Свойства системы, выстроенной Путиным изначально, заключались в отсечении любой информации некомплементарной по отношению к людям, обладающим властью. Если в качестве аналогии рассматривать государство как организм, то критика со стороны общества выполняет роль иммунной системы. Перманентное нарушение принципа равенства перед законом (как у Оруэлла: все равны, но одни равнее других) парализует работу правоохранительных органов, перенаправляя их продуктивную энергию с контроля за соблюдением закона на обслуживание интересов правящей группы. Вследствие этого часть их реальной работы оказалась заменена имитацией, связанной с преследованием тех, кто продолжал выполнять свой гражданский долг. Замещение реальных сигналов удобными привело к погружению системы в облака воображаемого: на основании все менее релевантной информации принимались все более глобальные решения, что привело к кризису. В частности, вторжение в Украину планировалось исходя из той информации, которая устраивала Кремль и не входила в резкое противоречие с действительностью как Украины, так и России и мира. Возвращаюсь к вопросу: многие из тех, кто смотрит телевизор и доверяют тому, что там говорят, собрались на войну. А я уверен, что по телевизору заблуждаются. Причём делают это агрессивно, потому что другое мнение по отношению к происходящему давно оказалось вытеснено с гостелеканалов. Отсутствие полноценного другого субъекта диалога лишает возможности осуществлять корректировку суждений. Изначально "и море и Гомер – все движется любовью" (строчка из стихотворения Осипа Мандельштама "Бессонница. Гомер. Тугие паруса…" – СР) – но любовь, не находящая в себе выхода, обращается в свою противоположность. Это логика агрессии: злоба идёт от того, что и мир, и объект любви не такие, какие должны быть. Необходимо эту волну ненависти остановить – прежде всего в себе, потому что она ведёт в никуда.
– Вы не жалеете, что не уехали из России после начала войны?
– Я точно знаю, что, если бы уехал тогда, то корил бы себя и был бы несчастен от того, что сделал не все, что мог. При этом никаких вопросов или обид к тем, кто уехал, у меня нет – человек имеет право быть счастливым. Просто я вот такой. Сейчас я бы подумал [об отъезде], потому что в плохие минуты кажется, что то, что я делаю, вообще никому не надо. У меня есть любимый концерт Егора Летова в Мурманске, где он цитирует китайскую поговорку: "Можно привести коня к водопою, но нельзя заставить его пить". Но если отвечать именно на вопрос, то – нет, не жалею.
– Вы уже несколько месяцев находитесь в СИЗО "Кресты". На ваш взгляд, изолятор или тюрьма может исправить человека?
– Сюда в "Кресты" заезжает много молодых людей, у которых не было в жизни счастья. Иногда тюрьма могла бы им помочь, но при условии, что она реально стала бы местом перевоспитания. Вместо этого по тюрьмам ездит "Вагнер" (основанная бизнесменом Евгением Пригожиным частная военная компания "Вагнер" как минимум с июня 2022 года вербует заключенных для участия в войне в Украине, где они потом массово погибают. – СР) и предлагает сбежать от ответственности на войну. Я считаю, что это подло и безнравственно.
– Чего лично вам не хватает в СИЗО?
– Прежде всего персонала. Структурно здесь абсолютно те же проблемы, что и в интернатах – недаром Гоффман (исследование социолога Эрвина Гоффмана о том, как меняется идентичность людей, которые оказываются в закрытых учреждениях. – СР) писал о тотальных институтах. "Кресты" на данный момент крупнейшая тюрьма в Европе, и это в то время, когда абсолютно ясно, что для нормального функционирования учреждения необходимо их разукрупнение. А о чем говорить, если нас пять тысяч человек, а здесь три стоматолога, а корпусных (должность сотрудников ФСИН в изоляторе. – СР) на этаже в три раза меньше, чем должно быть, – они просто физически не успевают. Поэтому чисто по-человечески у меня нет претензий к сотрудникам, но по факту все происходит очень медленно. Сложности на каждом шагу: передать лекарства, попасть на прием к врачу. Да тут даже на алюминиевую ложку надо писать заявление! Мне вот так и не выдали, а в остальном всё хорошо.
– Что самое страшное вы наблюдаете с началом войны?
– У Толстого в "Войне и мире" есть очень точное наблюдение о том, как меняются люди. Мне страшно бывает слышать, что говорят люди по отношению к другим людям, как они с ними готовы поступать. Это бездна, из которой очень тяжело выбраться.
– Какой приговор вы ждете?
– Я надеюсь, что он будет законным и справедливым.
Дело Королева уже рассматривается по существу в суде Петербурга. Показания против обвиняемого дали три свидетеля. Один них – Василий Марчук – сотрудник Центра "Э" МВД по Санкт-Петербургу (управление, которое отвечает за работу по "экстремистским" статьям. – СР). Именно Марчук обнаружил во "ВКонтакте" Королева пост, который лег в основу обвинения.
На суде Марчук не смог вспомнить ни вопросы, которые он ставил перед проводящими экспертизу специалистами, ни содержание постов Королёва, ни когда проводил допрос двух других свидетелей по делу.
Выяснилось, что в протоколах осмотра страницы Королева Марчук в нарушение установленного порядка не фиксировал многие свои действия, совершенные в процессе осмотра. Полицейский не смог объяснить, почему он не делал соответствующие записи в протоколе. Есть и другие несоответствия: скриншоты, приложенные к акту осмотра и якобы сделанные во время составления акта осмотра, по факту были сделаны в другое время, что зафиксировано на самих скриншотах. Согласно данным из акта осмотра, он проводился со стационарного компьютера, при этом скриншоты сделаны с мобильного телефона. Полицейский не смог дать объяснений всем этим нестыковкам.
Кроме Марчука в суде допросили еще двух свидетелей: жителей Петербурга Михаила Баранова и Владимира Шатохина, показания которых почти слово в слово дублируют друг друга.
– Ранее уже обращалось внимание суда на дословное повторение показаний свидетелей Шатохина и Баранова, что невозможно, учитывая, что они не знакомы, имеют существенную разницу в возрасте, при этом Баранов в суде опроверг свои показания, данные в ходе предварительного следствия. Все это дает основания полагать, что показания свидетеля недостоверны, – говорит адвокат Королева Мария Зырянова.
Изначально на допросе у следователя и Баранов, и Шатохин говорили, что они сами обратились в полицию из-за постов Королева во "ВКонтакте". Но на суде Баранов изменил показания и заявил, что самостоятельно он никуда не обращался. И это полицейские потребовали от Баранова, чтобы он пришел в отдел полиции. А до этого они пришли к свидетелю Баранову домой – из-за лайка Баранова, который он оставил под одной из записей Королева.
– После проставления лайка в сети "ВКонтакте" ко мне домой приехали правоохранительные органы. Показали все эти записи, что мой лайк стоит. Сказали, что нужно явиться к следователю. Это и является обращением. А так – ходить в отдел, чтобы сдать человека, – я не стал бы этого делать. То есть такого не было, – пояснил Баранов во время одного из судебных заседаний.
Шатохин на допросе в суде не вспомнил, что именно он просил проверить полицейских в своем заявлении, также не назвал ни одной фамилии или имени сотрудников, которые принимали у него заявление против Королева. На вопрос адвоката "помогал ли ему формулировать ответы следователь" Шатохин сперва ответил отрицательно, но после добавил, что его обычную речь все-таки перевели на "казенный язык".
В деле нет ксерокопии паспорта Шатохина, а также в протоколе допроса у свидетеля другая дата рождения, что дает адвокату Марии Зыряновой основания полагать, что в судебном заседании присутствовал полный тезка реального свидетеля обвинения.
– В материалах дела имеется две разные даты рождения Шатохина, ни одна из них не совпадает с той, что он назвал в суде. Имеются и другие существенные противоречия по личности свидетеля между данными из материалов дела и тем, что Шатохин указал в суде. К протоколу допроса не приложена копия паспорта. С учетом имеющихся несоответствий есть основания полагать, что допрашиваемый в суде человек – полный тезка того свидетеля, которого допрашивали на этапе предварительного следствия. Между показаниями, имеющимся в деле, и показаниями, которые Шатохин дал в суде, также много несоответствий (семейное положение, имя супруги, название страницы "ВКонтакте", хронология событий, да и сами события). При этом суд не оглашал протокол допроса, представленный обвинением в качестве доказательства вины, не предъявлял Шатохину протокол, чтобы убедится, что это его подпись, – комментирует Зырянова.
В марте 2022 года, спустя несколько дней после начала военного вторжения России в Украину Госдума в короткие сроки приняла поправки в законопроект о фейках об армии, согласно которым за распространение недостоверной информации о Вооруженных силах РФ может грозить до 15 лет лишения свободы. Больше всего уголовных дел по этой статье возбудили из-за записей в соцсетях или сообщений в мессенджерах.
С принятия законопроекта о фейках в России возбудили 187 уголовных дел, по ним проходит 149 человек. Против некоторых россиян возбудили дела сразу по нескольким эпизодам.
В июле прошлого года в Москве суд вынес первый реальный срок по статье о "фейках" об армии. Муниципальному депутату Алексею Горинову дали шесть лет и 11 месяцев колонии за выступление на заседании совета депутатов. Пока самые большие сроки получили муниципальный депутат Илья Яшин и автор телеграм-канала "Протестный МГУ" Дмитрий Иванов – им дали по восемь с половиной лет колонии.