«Святой архипелаг»: Соловки выстоят

Кадр из фильма «Святой архипелаг»

В марте в российском прокате появился документальный фильм Сергея Дебижева («Два капитана 2», «Последний рыцарь империи») «Святой архипелаг». Со слоганом «Соловки — из бесконечности в вечность». Кинообозреватель Полит.ру Кирилл Сафронов, для которого Соловецкие острова — особое место, делится горькими впечатлениями.

В этом году — 100 лет с момента основания СЛОНа (Соловецкого лагеря особого назначения). Именно этот советский «стартап», бизнес-схема которого сводилась к использованию рабского труда заключенных, в 1929 г. масштабировался в систему ГУЛАГа, через которую прошли от 15 до 18 млн человек (1,5 млн из которых погибли).

В этом же году — выход фильма Сергея Дебижева. Талантливого режиссера, в 2014 г. выпустившего докфильм про Ивана Солоневича — автора книги «Россия в концлагере». «Последний рыцарь империи», кстати, недвусмысленно рассказывал о трагедии революции и всего, что за ней последовало.

Как же так вышло, что в «Святом архипелаге» из 98 минут — всего 5–7 про СЛОН? Неужели нельзя было немного сократить бесконечные однотипные открыточные пейзажи и благостную банальную болтовню о безбожности Лапласа-Дарвина-Фрейда?

С 2012-го по 2016-й каждый август я проводил на Соловках 2 недели в работе. На Секирной горе — ШИЗО (штрафной изолятор) времен СЛОНа. Там я познакомился с Юрием Алексеевичем Дмитриевым — петрозаводским историком, обнаружившим захоронения заключенных, в том числе и у подножия Секирной горы.

В «Святом архипелаге» даже кладбища, которое обустроил Дмитриев, нет! Хотя об ужасах Секирной горы и рассказывает закадровый голос. В этот момент на экране яма. Как же так? А так. Еще до того, как Дмитриева посадили (подробно я писал об этом здесь), монастырские экскурсии на Секирную гору почти никогда не заходили на кладбище (свои группы туда заводили только несколько экскурсоводов), в основном туристам рассказывали про дореволюционную историю этого места.

Один из спикеров в «Святом архипелаге» довольно точно формулирует отношение к соловецким новомученикам — «удобрения для веры». По смыслу (не по форме) он даже, наверное, прав: многие неглупые люди сегодня обсуждают, что среди первых христиан было много мучеников, но они, вроде, не очень с нами связаны. А российские новомученики — это как раз наш духовный камертон. Те, о ком мы обязаны помнить и на кого можем равняться (ну, стремиться хотя бы). Но все-таки не «удобрения», да? Не я это слово вставил в фильм. И не я из контекста вырвал.

Видно, что авторы стремились минимизировать закадровый текст (думаю, чтобы фильм меньше напоминал телеформат), но получилось плохо. Священники же говорят с мирянами проповедями в основном. А проповедь длится минут пять хотя бы. Но чтобы добиться эффекта серьезного документального фильма, фразы героев надо беспощадно резать. Вот спикеры и вещают вырванными из размышлений абзацами, что чаще всего звучит откровенно банально. Про трансгуманизм какой-то, про мамону, про Маяковского. Для меня очень мощно из общего ряда героев выбивался Георгий Георгиевич Кожокарь — основатель и руководитель кресторезной мастерской на Соловках. Может быть, потому, что я с ним разговаривал и точно знаю, что он деятельный глубокий человек. Поэтому на абзацы, что он произносил в фильме, я насаживал дополнительное содержание из предыдущих бесед с ним. Т. е. я хочу на всякий случай подчеркнуть: я не считаю героев фильма пустыми банальными людьми, но почти все они так выглядят из-за того, что говорят ошметками мыслелозунгов.

Вообще, в этом фильме много неправды. Начиная от связующего дедушки с книгой, кадры с которым используются для отбивки каждой главы. Он сидит в темном большом помещении со свечой и внимательно, настороженно даже вчитывается в книгу. В это время закадровый текст зачитывает текст из Книги Бытия (про то, что Бог сотворил небо и землю, и проч). Ну как вообще это может прийти кому-то в голову? Почему этот герой делает то, что он делает? Кроме того, что режиссеру надо как-то главы отбивать, конечно. Зачем старец сам себе читает вслух? Почему не у себя в келье? Почему начало Книги Бытия? Нипочему.

Прием с таймлапсом (когда камера долго-долго снимает один кадр, а на монтаже очень-очень увеличивается скорость — скажем, облака быстро движутся) понятен, да. Но нельзя же только на нем одном выехать?! Ну, зритель если не с первого, то со второго раза понял, что время вокруг движется чудовищно быстро. И только монахи, которые то бензопилой прорубь в виде креста вырезают, то свечки делают, то в снежки играют, живут в нормальном человеческом ритме. Коптер (вид сверху) не спасает. Ну, хорошо, когда на минутку вдруг появляется Москоу-Сити — это почти круто. Но больше же ничего нет! Есть только кровавый закат революции (который как раз ведет к эпизоду про СЛОН). Но тут я уже по смыслу не очень понимаю. Москоу-Сити как Вавилонская башня и — заодно — храм капитализма и мамоны — это плохо. Революция — тоже плохо. А что же хорошо?

И тут вдруг мне всё объясняет наместник Соловецкого монастыря Порфирий. Дело, оказывается, в том, что у России есть все шансы стать «Ноевым ковчегом» для народов Земли (судя по всему, все 98 минут сняты именно для этой фразы). Потому что только в России ценности. Серьезно?! А как вам ценность «культура», например? Может, стоило бы вспомнить и рассказать про Зосиму, Савватия и Германа, которые монастырь создали? Или про митрополита Филиппа, который столько всего для него сделал? Или про о. Павла Флоренского, который, будучи заключенным СЛОНа, придумал йод? Про узника Лихачёва? Про то, как Горький побывал в СЛОНе и написал текст о том, что в принципе там всё ОК? Или мы сегодняшние так сильно себе нравимся, что нам вообще никто больше не нужен? Или, попадая на Соловки, ты автоматически и Зосима, и Савватий, и Герман, и Филипп, и Флоренский сразу? Ну, раз «из бесконечности — в вечность»? Нет. Содержания в фильме нет в принципе. Я бы и писать о нем не стал (как молчу о всяких новинках российского проката, потому что они не стоят слов), если бы речь не шла о Соловках. Дарованных не только ряженым туристам, но и мне (возможно, этого не заслужившему), и Дмитриеву (о деле которого Соловецкий монастырь промолчал), и новомученикам (игнорирование которых, как я уверен, напрямую связано с происходящим сегодня).

В общем, посмотрите лучше «Власть Соловецкую» (1988 г., реж. Марина Голдовская), узнаете намного больше всего интересного. Потому что Голдовская делала фильм для зрителя. А «Святой архипелаг» — для тех, кто дал на него деньги. Жаль, что компромиссы превращают духовность в идеологию, а содержание в пропаганду. Впрочем, Соловкам не привыкать. Выстоят!