Это не про Си. Владимир Милов о том, как Россия хотела стать партнером Китая, а стала сырьевым придатком

Read this article in English

Несмотря на помпезное освещение российской пропагандой, визит Си Цзиньпина в Москву получился удивительно пустым по содержанию. Ничего не значащее коммюнике с повторением многократно сказанного ранее, ворох подписанных декларативных бумаг, а в качестве апофеоза попыток Кремля представить отношения с Китаем более успешными, чем они есть, — заявление Владимира Путина о «скором достижении» договоренностей по новому контракту о поставках газа по «Силе Сибири – 2», не подкрепленное вообще ничем: ни в каких совместных документах это не упоминается, китайская сторона об этом молчит.

У России вообще очень смешная история вранья по поводу «Силы Сибири – 2» — очень хочется доказать всем, что первый газовый контракт это не разовая локальная история де-факто передачи в пользование Китаю двух восточносибирских месторождений, а начало какого-то глобального газового разворота на Восток. Но дело с «разворотом» не заладилось. Восемь лет назад, в мае 2015-го, по горячим следам первого (и пока последнего) крупного газового контракта с Китаем «Газпром» объявил о подписании с китайской CNPC «основных условий» поставок 30 млрд кубометров газа по так называемому западному маршруту, проходящему через Алтай (это он позже стал называться «Силой Сибири – 2»).

Глава «Газпрома» Миллер тогда хвастался, что якобы подписанное соглашение включает «более десятка статей, которые носят юридически обязывающий характер» и что определены «срок строительства газопровода, минимальные годовые контрактные количества, суточные контрактные количества, основные параметры спецификации качества поставки газа в Китай, координаты точки, где газопровод пересечет российско-китайскую границу».

Уже спустя год с этими «основными условиями» случился крупный конфуз, когда глава CNPC Ван Илинь заявил в эфире «России 24», что знает о «согласовании» всех этих условий лишь из прессы. Ну, а сегодня становится окончательно понятно, что заявления «Газпрома» о согласовании большого числа деталей о поставках газа через Алтай все эти годы были банальной ложью, потому что теперь газопровод через Алтай вообще никто не собирается строить, а Путин и «Газпром» говорят о совсем другом маршруте — через Монголию (китайская сторона и это ни разу не подтвердила).

С учетом этого, доверия российским заявлениям о «продвижении» переговоров по «Силе Сибири – 2» нет никакого. Китаю просто не нужно столько дополнительного газа из России — он практически закрыл все собственные потребности на десятилетия вперед и собственной добычей, и импортом СПГ, и трубопроводным газом из Центральной Азии и Мьянмы.

А что у Путина есть в портфеле, кроме газа? Да в общем ничего. Обратите внимание на немаловажный момент, о котором не так уж много говорят: за прошедшие с начала войны 13 месяцев никакие китайские инвесторы не объявили о приходе в значимые проекты в России. Нам обещали, что на фоне выхода западных компаний их заменят китайские — но этого не происходит. Почему? Всё вместе — от рисков вторичных санкций до депрессии российского внутреннего рынка (много тут сейчас не заработаешь), до новых драконовских мер военного регулирования движения капитала — ограничения на валютные операции, необходимость получения специальных разрешений на покупку-продажу российских активов и т.д. Головной боли много — выгоды мало.

Есть и другая, более фундаментальная проблема. В отличие от Запада, который у нас любят поносить все кому не лень, страны Азии — и Китай прежде всего — никак не заинтересованы становиться такими же донорами развития России, каким были страны Запада в последние три десятилетия. Сколько бы в России ни изображали Запад неким коварным врагом, в реальности всё наше развитие и модернизация, начиная с 1980-х, осуществлялись за счет западного капитала, технологий, знаний. Готова ли Азия стать аналогичным по масштабам донором российской модернизации? Однозначно нет. Ни одна из азиатских стран не заинтересована в появлении на рынке нового мощного конкурента в производственной сфере в виде России, никакие иллюзии по этому поводу неуместны.

Готова ли Азия стать аналогичным по масштабам донором российской модернизации? Однозначно нет

Самой яркой в этом плане является попытка сделать с китайцами совместный высокотехнологичный проект — создать новый широкофюзеляжный самолет CR929. 11 лет назад, когда этот проект возник, нам обещали, что тандем России и Китая создаст конкурента Boeing и Airbus. А что в итоге? Сначала россиян поставили перед фактом, что участвовать в маркетинге самолета на китайском рынке им не дадут — становилось неясным, какой смысл тогда в российском участии в проекте. В прошлом году тогдашний вице-премьер Юрий Борисов признал, что китайцы постепенно уходят от сотрудничества с Россией в этом проекте: «Проект идет не в том русле, которое нас устраивает… Китай всё меньше и меньше заинтересован в наших услугах… Наше участие всё уменьшается и уменьшается». А недавно вице-премьер Денис Мантуров заявил, что Россия снижает свой статус в проекте от полноценного партнера до всего лишь поставщика агрегатов и компонентов. Самолет будет, но без нас.

По сути дела России остается только роль ограниченного поставщика сырья — причем по бросовым ценам. Хотя они не раскрываются, но простой расчет, исходя из известных объемов трубопроводных поставок по «Силе Сибири» (15,5 млрд кубометров) и выручки ($4 млрд) позволяет оценить стоимость поставок газа в Китай в районе 260 долларов за тысячу кубометров — при том что СПГ в Азии в среднем торговался в районе $1200 за тысячу кубов, а цены в Европе (TTF Hub) в среднем по прошлому году превышали $1300. С огромными скидками поставляется и уголь: по словам гендиректора СУЭК Максима Басова, на азиатских рынках, включая Китай, «наш дисконт по сравнению с аналогичной продукцией из Австралии может достигать 50 и более процентов».

Экономическое сотрудничество с Китаем выстраивается предельно однобоко. Мы продаем в эту страну в основном дешевое сырье — часто по ценам существенно ниже международных, а получаем взамен ширпотреб и промышленные товары не самого лучшего качества по ценам выше привычных (не в последнюю очередь из-за логистики — Китай существенно дальше традиционных европейских поставщиков от западной части России, где сосредоточена основная экономическая активность).

Может ли Китай помочь Путину обходить западные санкции? Частично это происходит, но здесь есть предел: в последнее время наши чиновники и коммерсанты громко жалуются на сложности в работе с китайскими контрагентами — китайские банки глубоко интегрированы в мировую финансовую систему, и, например, если российский банк отключили от SWIFT, с ним просто не будут работать.

Оглушительная пустота по итогам визита Си Цзиньпина показывает: относительно легкий потенциал переориентации экономических потоков на Китай выбран, и эти отношения уперлись в определенный потолок. В основном Россия пытается развивать их путем наращивания физических объемов поставок сырья — но ценовая конъюнктура на этом рынке часто самая неблагоприятная, и российской экономике и бюджету это ничего не даст. Кстати, поставки газа по «Силе Сибири» освобождены от всех налогов, так что наращивай их, не наращивай — увеличивающемуся бюджетному дефициту всё это никак не поможет.

Самое важное, что Китай четко дает России понять: мы не планируем помогать вам развиваться так, как помогал вам Запад. В отношении России мы будем заниматься только поддержанием жизни, но не более, донорства от нас не ждите, а как конкурент на рынке технологичных товаров вы нам не нужны.

Это не значит, что Китай откажется от сотрудничества с Россией — Путин нужен Си Цзиньпину как «плохой полицейский» против Запада, который готов идти на такие радикальные атакующие действия в отношении западных демократий, на которые стремящийся поддержать собственный благообразный имидж Китай не готов. В российской терминологии это называется «не пойдете на мои условия — позову бандитов» (в роли бандитов выступают Владимир Путин и его клика). Китаю нравится, что Путин сковывает огромные ресурсы Запада на борьбу с российской агрессией против Украины.

Китаю нравится, что Путин сковывает огромные ресурсы Запада на борьбу с российской агрессией против Украины

С другой стороны, китайские партнеры эталонно прагматичны, и принимать на себя полную ответственность за спасение абсолютно негодной и неэффективной путинской системы (которая не может ни умело воевать, ни управлять экономикой, развалила и разворовала всё, что только можно себе представить) не планировали и не планируют. Это же относится к обсуждаемым поставкам китайского оружия для России: это будет серьезным ударом по международной репутации Китая, но войну Путину выиграть не поможет. По крайней мере, Китай в этом не будет уверен до тех пор, пока сам не будет управлять ситуацией — а управлять ходом боевых действий, как мы знаем, Путин желает только лично.

Отсюда и пустой визит. Си Цзиньпин наверняка хотел выслушать Путина и узнать, какой у него вообще план выхода из той ситуации, в которую он себя завел. Судя по выхолощенным итоговым коммюнике, Путин пекинского хозяина не убедил. Поэтому определенная минимальная поддержка «полезного бандита, прыгающего на Запад», продолжится, но не более того. Спасение и обеспечение процветания путинской России в планы прагматичного Си Цзиньпина не входит.