Зеленский в первый день войны провел переговоры с восемью мировыми лидерами. Министр обороны Украины мог попасть в плен

Что происходило 24 февраля 2022 года. Рассказывает «Украинская правда» — подробно

Министр обороны Украины Алексей Резников проснулся 24 февраля около четырех часов утра от звонка главнокомандующего ВСУ Валерия Залужного. «Алексей Юрьевич, они напали», — вспоминает Резников первые слова, услышанные от главкома. «Понял, буду через 20 минут», — ответил министр.

В пять утра Резников приехал в здание Минобороны. Там все дежурные сотрудники уже были в бронежилетах, шлемах, с автоматами. «Украинская правда» пишет, что фактически с первых минут после сообщений о начале вторжения здание Минобороны начало напоминать «большой термитник», где солдаты, используя мешки с песком, строили участки «большого оборонительного контура». То же самое происходило в других ведомствах, «которые с подачи российской пропаганды начнут называть центрами принятия решений», пишет «Украинская правда».

По словам Резникова, атмосфера в приемной Залужного была другой — там принимали доклады командиров и отдавали приказы. «Было больше активности, но в моей памяти не запечатлелось какого-то особого изменения, которое произошло бы с Залужным. Он был сфокусирован и собран всегда, с тех пор как я с ним познакомился. <…> Для него ничего не изменилось. Он готовился всю жизнь к этому нападению, и вот этот момент настал», — вспоминает Резников.

На другом конце Киева примерно в это же время председатель Верховной рады Руслан Стефанчук проснулся от звуков взрывов. Вскоре ему позвонил глава МВД Денис Монастырский, сообщивший о начале вторжения, а затем секретарь Совбеза Алексей Данилов, который рассказал, что Владимир Зеленский собирает заседание Совета национальной безопасности и обороны Украины.

Стефанчук также должен был собрать депутатов Верховной рады, так как для вступления в силу указа Зеленского о введении военного положения его должен был одобрить парламент. Депутаты в партийных чатах договорились, что из соображений безопасности соберутся не в сессионном зале, а в помещении под скульптурой «Родина-мать» в Киеве. По словам Стефанчука, один из депутатов, которого он называет «хайпожором», начал вести прямой эфир, в котором рассказал, где пройдет заседание Рады. В итоге депутаты решили собраться в здании Рады на улице Грушевского.

К 6:30 утра депутаты начали приезжать к парламенту. Бывший президент Украины и лидер «Европейской солидарности» Петр Порошенко рассказал, что его разбудила супруга Марина. Он сказал ей уезжать, но она отказалась. Порошенко из своего дома в Козине, городе в Киевской области, отправился в офис партии, а к семи утра приехал в Раду. Там он увидел много испуганных людей, которые обсуждали возможную эвакуацию.

«Я сказал, что если вы эвакуируете парламент, то я, во-первых, не поеду. А во-вторых, вы имеете на это право, но это будет очень мощный сигнал всем бежать из Киева. Кто хочет ехать, пусть едет, но чтобы никто об этом не знал. Потому что мы должны быть здесь, чтобы показать, что мы решительно настроены и Киев сдавать не собираемся», — рассказал Порошенко.

По мнению первого заместителя председателя Рады Александра Корниенко, отсутствие массовой эвакуации «показало людям, что органы власти остаются в Киеве и будут стоять и бороться».

Заседание Рады началось в восемь утра. Данилов попросил депутатов поддержать введение военного положения, отметив, что украинские военные «сейчас ведут бои, ведут сегодня оборону, все находятся на своих местах». После этого все 300 присутствовавших в зале депутатов проголосовали за. Среди них были и члены пророссийской партии «Оппозиционная платформа — За жизнь». Те из них, кто пришел в парламент в этот день, вели себя «максимально незаметно», отмечает «Украинская правда».

«Я их не замечал. Тише воды, ниже травы! Головы не подняли, не квакнули, не кукарекнули», — вспоминает Порошенко.

Стефанчук попросил у депутатов права определять время и место проведения следующих заседаний. Как он позже объяснил, это было необходимо для того, чтобы юридически обеспечить возможность работы Рады при любом развитии событий, в том числе если бы Киев был окружен. Депутаты поддержали это предложение, а также то, что голосование будет проходить не через электронную систему, а в ручном режиме.

Завершая заседание, Стефанчук сказал, что те из депутатов, кто уедет, будут считаться предателями. Он также договорился со своими заместителями о порядке действий на случай своей смерти.

На Банковой улице, где находится офис президента Украины, «главные действующие лица» разъехались по домам около часа ночи 24 февраля, но уже в четыре утра начали возвращаться. Глава офиса Андрей Ермак позже вспоминал, что приехал домой примерно в два часа ночи, но уже через час-полтора получил сообщения от разведки и военных о начале боевых действий. Он поехал обратно.

«Украинская правда» отмечает, что Владимир Зеленский, который еще вечером 23 февраля убеждал страну, что полномасштабного вторжения не будет, должен был чувствовать наибольшую ответственность. Ему необходимо было добиться, чтобы «убаюканная страна пробудилась, собрала все силы и выдержала удар». Журналисты рассказали, что, с кем бы из чиновников или военных они ни говорили, почти у каждого из них сохранились воспоминания о том, как утром 24 февраля президент его разбудил, вызвал, отправил на задание или поставил задачу.

За первый день войны у Зеленского состоялись восемь телефонных разговоров с мировыми лидерами: Джо Байденом, Олафом Шольцем, Борисом Джонсоном, австрийским канцлером Карлом Нехаммером, Реджепом Эрдоганом, шведским премьером Магдаленой Андерссон, главой Европейского совета Шарлем Мишелем и Эммануэлем Макроном.

В мирное время на организацию каждого такого разговора требовались недели, но теперь «дипломатическое время» сжалось, отмечает «Украинская правда». Первый такой разговор у Зеленского состоялся около семи утра, когда он напрямую позвонил британскому премьеру Борису Джонсону. Позже Зеленский расскажет, что он общался с мировыми лидерами в том числе с помощью мессенджера WhatsApp.

В 6:42 Зеленский запишет свое первое обращение за время войны. Он расскажет о введении военного положения. Через полтора часа выйдет новое обращение президента — последнее, где он в классическом деловом костюме. Потом он будет выступать перед гражданами в армейской футболке, которая станет «неотъемлемой частью его имиджа», пишет «Украинская правда».

Вскоре в офис президента приехала парламентская делегация во главе со спикером Верховной рады Стефанчуком. Депутат Сергей Рахманин рассказал, что Зеленский «не выглядел растерянным». По словам Порошенко, у депутатов состоялся «содержательный» разговор с Зеленским. Они договорились, что теперь они не оппоненты, а у них есть один враг — Владимир Путин. Порошенко отмечает, что такое предложение высказал Зеленский.

«И по крайней мере пока Киев был в полуокружении, эта договоренность сохранялась», — отметил экс-президент.

По словам участников встречи, прервалась она внезапно. В зал зашла охрана и потребовала пройти в укрытие. «Вошли ребята из охраны президента и сказали, что идет какое-то движение в сторону Банковой, поэтому президент должен уже уйти», — рассказал Стефанчук. По его словам, они также договорились, что спикер парламента будет находиться в десяти минутах до центра столицы.

«Так у нас начался месяц, как мы его называем, каруселей вокруг Киева: постоянно перемещались, ночевали каждый раз у других людей, но оставались возле Киева, чтобы в случае чего могли быть сразу здесь», — рассказал он.

В 11 утра состоялось совещание правительства, на котором было объявлено о решении эвакуировать некоторых членов кабинета министров на запад Украины. Одна часть правительства оставалась в Киеве, а другая, сохраняя кворум, могла принимать решения, находясь в другом месте. «Те, кто нужен был для обороны, остались в Киеве. Это было абсолютно логичное решение. Но мы [киевская часть] все равно не собирались на заседания офлайн. Включались, сидя каждый кто в бункере, кто в кабинете неизвестном, кто в бане у друзей, кто в дороге», — рассказал министр обороны Резников.

По словам министра инфраструктуры Украины Александра Кубракова, утром в тот же же день начали искать поезд, чтобы можно было вывезти из Киева министров, их семьи и секретную документацию. Министр развития общин Алексей Чернышов рассказал, что в результате это оказался «абсолютно обычный поезд».

Одновременно в министерствах, оставшихся в Киеве, начался, по словам Кубракова, «бардак»: «Все бегают, что-то куда-то перевозят, что-то уничтожают». «Во дворе начали жечь всякие секретные документы, которые по протоколам надо ликвидировать», — добавил он.

Резников рассказал, что если бы в тот день действовал по определенному заранее протоколу, то, вероятно, попал бы в плен. Он пояснил, что защищенный командный пункт Минобороны, куда министр должен был ехать со своей командой, находился в Гостомеле, где высадились российские десантники.

Как пишет «Украинская правда», пока центральная власть «рассредотачивалась», образовались огромные пробки на выезд из Киева — и очереди в военкоматы. По словам Резникова, блокпосты были почти на каждой улице столицы.

«Звонит [министр энергетики] Герман Глущенко. И говорит: „Я не могу проехать [на заседание правительства], меня лицом в асфальт положили. Я говорю, что я министр энергетики, а им все равно“. Он звонит покойному Монастырскому и говорит: „Денис, кого-то можно мне, Нацпол какой-нибудь, чтобы провели меня, потому что я не могу проехать“. А Денис говорит, что „наверно, сейчас я тебе не организую беспрепятственный проезд, потому что большинство блокпостов неконтролируемые“. <…> Ну, Германа, слава богу, отпустили. Хорошо, что не повредили нам министра. Пришлось ему дома один день посидеть», — рассказал Резников о событиях первого дня войны.

Он отметил, что затем все постепенно «привели в порядок».