«Инвалиду сказали: „На войну денег нет, а тебе еще пенсию платить?“». Содержащего приют священника оштрафовали за антивоенные посты

Во вторник суд оштрафовал проповедника из Свердловской области Эдуарда Чарова на 65 тысяч рублей. Из-за антивоенных постов во «ВКонтакте» его признали виновным в «дискредитации» российской армии и возбуждении ненависти или вражды.

Около десяти лет назад Чаров основал в деревне Савиново Свердловской области приют для бездомных и инвалидов. Мужчина рассказал «Важным историям», что его деятельность раздражает местные власти, потому что он помогает людям получать пенсии и пособия. По словам Чарова, после объявления мобилизации он помог нескольким мужчинам избежать призыва в армию.

Российские СМИ называют Чарова представителем религиозного течения «неопятидесятников», но сам проповедник говорит, что он священник и «просто глубоко верующий человек»: «Я не хожу ни в какую церковь. Я на горшок хожу». Ниже — рассказ Чарова о суде, его приюте, отношении к войне в Украине и планах на будущее.

«Суд был, как спектакль»

Мне предъявили дело из-за нескольких постов во «ВКонтакте» за последнее время, в которых я выражал с несогласие с военными действиями, с нападением на Украину, высказывался против нашей власти. Меня вызывали в прокуратуру. Спросили, мой ли это «ВКонтакте», я сказал, что мой и посты писал я. Там была толстая папка с делом, я ее не стал читать. Расписался там, где просили, и все — сказали ждать суд. Естественно, произошло все быстро. Еще объяснение написал: с убийством российских граждан не согласен, с агрессией против Украины не согласен.

А суд был, как спектакль. Судья просто зачитала материалы дела. Когда приговор озвучивали, адвокат говорит: «Как так? Обычно на следующий день приговор, а тут пять минут — и уже все [материалы] изучили?» И еще штраф дали больше, чем запрашивал прокурор. Прокурор просил дать штраф 10 тысяч рублей по одному делу и 40 тысяч рублей по другому, а судья дала 20 и 45 тысяч. Адвокат будет обжаловать.

«Им удобнее, чтобы человек умер»

У нас есть приют, называется «Благодетель». Он для стариков и инвалидов, для тех, кто рискует остаться на улице. К нам со всей области ходят. Был один мужчина у нас в приюте, у которого убрали надбавку к пенсии за инвалидность. Ему надо было каждый год проходить комиссию и подтверждать свою группу инвалидности. И однажды, когда он пришел в отделение государственной организации, ему сказали: «Иди отсюда, на войну денег нет, а тебе еще какую-то пенсию платить?».

Естественно, моя работа с этими людьми не нравится властям. Они гонения уже два года на меня устраивают. Недавно вызывали приставов. Я одному человеку дал денег, чтобы он сфотографировался на паспорт, заплатил за него госпошлину. Естественно, продукты купил, а из-за этого меня представители власти тягали. На меня повесили «оказание некачественных услуг населению». То есть, мне надо было с этим мужчиной договор заключить и еще государству процент заплатить.

Власть раздражает, что кто-то берет и что-то делает. Они так мстят, потому что наш приют действительно многие знают — и по области, и по России. Мы делаем то, что должно делать государство. Им [чиновникам] удобнее, чтобы человек умер, его потихонечку похоронили — и дела до него никому нет. Нет человека — нет проблемы. А если я беру человека в дом, я начинаю деньги платить, документы восстанавливать, с пенсией решать вопросы. Чиновников это беспокоит.

Ко мне приходили в приют мобилизованные, после того как я предложил им помощь, потому что не хотели идти умирать. С начала мобилизации семь человек получили нашу помощь.

Ко мне приходили в приют мобилизованные, после того как я предложил им помощь, потому что не хотели идти умирать. С начала мобилизации семь человек получили нашу помощь. Это было полностью анонимно, они даже хотели данные давать, но я отказывался их слушать, чтобы я их имена даже под пытками не сказал бы. Мы с ними общались и в другие места отправляли, чтобы они могли жить, трудиться не по месту жительства.

«По поводу тюрьмы не переживаю. Посадят, так сяду»

Я не знаю, чем буду оплачивать штраф. Мне дадут еще одно административное за неуплату, наверное. У меня пенсия 12 800 рублей, жена по уходу за мной, инвалидом первой группы, получает примерно 3300. У нас есть стадо коз, много кур, огород 20 соток. То есть с питанием проблем нет. Есть люди, которые помогают. Вот сегодня [19 апреля] приехали вообще незнакомые люди и привезли пакеты с тушенкой, чаем, печеньем и еще чем-то. Вчера местный батюшка приезжал продукты передать. То есть люди поддерживают, мы не голодаем, у нас покушать есть. Мы все старики, как бы в одежде особо не нуждаемся.

Подпишитесь на нашу рассылкуМы будем присылать вам только важные истории

Сбор на штраф не стал объявлять, потому что я понимаю, что эти деньги пойдут государству — на войну, на убийства людей. И чтобы не быть соучастником, я не хочу этого делать. Но люди просто продолжают присылать дальше деньги на карту моей супруги.

(20 апреля на странице Чарова во «ВКонтакте» опубликован пост, в котором он просит собрать деньги на штраф. Чаров пишет, что не одобряет оплату штрафу государству, но считает, что на свободе принесет больше пользы. — Прим. ред.)

По поводу тюрьмы я не переживаю. Ну, посадят — так сяду. Ничего страшного. Сейчас в тюрьмах такие люди сидят, цвет нации, что хочется им руку пожать. Уезжать никуда не собираюсь. Я патриот своей страны. Сейчас время тьмы, пусть воротят, что хотят.

«Не понимаю, как христиане могли поддержать войну»

Когда началась война, у меня было непонимание всего этого, была такая стадия шока. И потом была боль, потому что гибнут в первую очередь наши российские граждане ни за что, за амбиции какого-то шизофреника кремлевского. И до сих пор я этого не понимаю. Мне больно. Я против этого всего. Есть заповедь — «Не убий».

Православная церковь поддержала войну. До сих пор у меня в голове не укладывается, как христиане могли так поступить. Понимаю, они могли смириться с ложью и воровством в стране, но с убийствами, геноцидом украинского народа? У меня уже слов нет. Я к этому отношусь отрицательно. Естественно, моя совесть чиста перед Богом и отечеством. Я не изменил свою позицию.

Я в данный момент живу без регистрации, у меня нет даже имущества, куда бы они могли с обыском приехать и арестовать. Я просто живу в этой богадельне, которую построил с сыном. Но я в ней не прописался, а просто помогаю на этой земле людям. И в ближайших планах на этой неделе сделать в деревне Савиново детскую площадку.