
Важный дисклеймер: говоря о хронической боли в этом материале, мы имеем в виду ту, что не связана с онкологическими заболеваниями. Основные руководства для врачей разделяют эти два вида хронической боли и используют разные подходы для борьбы с ними. Вы можете узнать об облегчении боли при онкологических заболеваниях на сайте «Про паллиатив», созданном фондом помощи хосписам «Вера».
Чтобы справиться с хронической болью, к ней нельзя подходить как к острой. На это есть несколько причин.
Может казаться, что боль всегда пропорциональна ущербу: если ранение тяжелое, то и болеть будет очень сильно, а если нет, то болеть будет чуть-чуть. Это не так. Когда ткани повреждаются, идет не только сигнал в мозг, но и ответный сигнал из мозга, который может делать так, что, например, боль хотя бы некоторое время ощущаться не будет.
Джефф Бауман, которому оторвало ноги во время взрыва на Бостонском марафоне, описывая произошедшее в своей книге «Сильнее», даже не упоминает слово «боль». При виде своих ног он лишь подумал: «Это нехорошо». Боль пришла позже.
Есть и другие факторы, модулирующие интенсивность боли. «На боль как переживание влияют наши убеждения и ожидания, а также ряд психологических факторов, таких как настроение и стрессоустойчивость, — пишет Абдул-Халик Лалхен, британский врач, специализирующийся на медицине боли, в своей книге „Боль. Вечный враг, который помогает нам выжить“. — Культурный контекст, генетика, врожденная способность справляться с невзгодами — все это влияет на интенсивность боли».
Именно поэтому, по современному определению Международной ассоциации изучения боли, боль — это неприятное сенсорное и эмоциональное переживание, которое всегда индивидуально и обусловлено биологическими, психологическими и социальными факторами.
Благодаря боли человек узнает, что наступил на стекло или что воспалился аппендикс. Это знания, которые помогают вовремя обратиться за медицинской помощью и/или предотвратить ущерб здоровью. Но не вся боль указывает на проблемы. И не всегда она полезна.
Есть три типа боли.
Первый тип (ноцицептивная боль) — самый простой и понятный. Человек ударился или порезался — сигнал о возникшей боли поступил в мозг. То есть имеется какое-то повреждение тканей, сигнализирующее об объективной проблеме в организме. Или же угроза повреждения тканей (от щипка тоже будет больно, но ткани не будут повреждены).
Второй тип боли (нейропатическая боль) — случай, когда повреждаются нервные клетки, которые в итоге подают неверные сигналы в мозг. Так, например, бывает при сахарном диабете — в этом случае повышенный уровень сахара в крови и некоторых жиров повреждает нервные клетки. Повреждаются и мелкие сосуды, в результате чего к нервным клеткам не поступает кислород и питательные вещества, что становится еще одной причиной ненормального функционирования нервов. Но механизм повреждения нервов может быть и другим. Например, фантомная боль, которая возникает в отсутствующей конечности, — тоже, как сейчас считается, нейропатическая. Нейропатическая боль вообще может возникать в разных частях тела: не только в конечностях, но и, допустим, в лице или в области туловища (там, где у человека был опоясывающий лишай).
Третий тип боли (ноципластическая боль) — это боль, которая возникает тогда, когда нет повреждения тканей или нервных клеток. Другими словами, это боль, у которой нет известных причин, и развивается она из-за сбитого механизма восприятия боли. Часто хроническая боль — именно ноципластическая. Изначально у человека могло быть какое-то повреждение, в результате чего у него болела, скажем, нога. Но повреждение ушло, а боль осталась — ее тип изменился с ноцицептивного на ноципластический. Люди с этим типом боли могут быть, кроме прочего, более чувствительными к звукам, свету и запахам.
И при нейропатической, и при ноципластической боли человек может иметь некоторые особенности в восприятии: испытывать очень сильную боль даже при небольшом повреждении или при воздействии, которое обычно не вызывает боль (например, если человека погладили).
Бывает, что разные типы боли сочетаются.
У некоторых людей после того, как заживет травма, уходит и боль. У других — все иначе. А иногда нет даже травмы, но есть боль. Нельзя сказать, что сейчас врачи прекрасно понимают, как все это работает, но на основе имеющихся данных они делают вывод, что боль чаще превращается в хроническую, когда:
Генетические особенности и возраст тоже играют некоторую роль (у людей старшего возраста вероятнее развитие хронической боли).
Люди, прошедшие войну, часто сталкиваются с хронической болью по многим причинам. Их психическое здоровье (например, риск развития ПТСР) располагает к этому. Они более склонны к тому, чтобы просто терпеть острую боль, что повышает риск ее перехода в хроническую. Они, естественно, получают травмы во время военных действий. Кроме того, замечено, что у них часто развивается не связанная напрямую с боевыми травмами боль в шее, спине и артрит.
Идея о том, что при хронической боли достаточно подобрать правильные обезболивающие, к сожалению, не находит подтверждения в исследованиях. Даже опиоидные анальгетики не решение всех проблем. Хотя их можно отнести к очень сильным обезболивающим средствам, у них есть два существенных недостатка:
Именно поэтому в современных рекомендациях по лечению хронической боли прямо пишут о том, что если и использовать опиоидные анальгетики, то лишь в тех случаях, когда ситуация совсем безвыходная. И нужно, чтобы врач назначал минимальные дозы и внимательно отслеживал состояние пациента.
А некоторые организации вообще не рекомендуют использовать опиоидные анальгетики при неонкологической хронической боли.
Бывает, что причину хронической боли действительно можно устранить или держать под контролем (например, болезнь Крона или синдром запястного канала). Но когда это невозможно, могут назначить препараты, которые призваны унять хроническую боль (и нейропатическую, и ноципластическую). Однако эти средства, как и опиоиды, не помогают так хорошо, как хотелось бы, или вообще не помогают. Речь преимущественно о некоторых антидепрессантах и противоэпилептических препаратах. И дело не в том, что у человека подозревают депрессию или эпилепсию, — механизм действия этих препаратов, по всей видимости, влияет именно на переживание боли.
Однако достаточно хорошие доказательства эффективности у таких лекарств есть лишь для случаев нейропатической боли — при ноципластической их нет, хотя препараты все равно могут назначить. «Назначение препарата [антидепрессанта или противоэпилептического препарата] часто делается только ради того, чтобы сам врач вышел из затруднительного положения, чтобы облегчить его чувство беспомощности, вызванное ситуацией с этим пациентом, а вовсе не потому, что эффективность препарата в лечении боли была чем-либо доказана», — пишет Абдул-Халик Лалхен в своей книге.
При нейропатической боли в дополнение или самостоятельно могут еще назначать гели, кремы, спреи, пластыри, в составе которых есть нестероидные противовоспалительные средства (например, ибупрофен или диклофенак), лидокаин или капсаицин.
Еще одно средство, которое иногда назначают при хронической боли, — каннабис. Но доказательства его эффективности тоже нельзя назвать однозначными, и не во всех странах его использование легально.
Нередко люди думают, что их боль связана с каким-то повреждением, которое можно устранить с помощью операции, и тогда все будет хорошо. Это возможно, но не всегда все так однозначно. Например, операция для избавления от грыжи межпозвонкового диска может не привести к облегчению боли в спине, потому что, несмотря на присутствие грыжи, причина боли была в другом.
При хронической боли вообще не так много хирургических вмешательств, которые могут гарантированно облегчить состояние человека. Например, если не удается устранить причину боли в спине, человеку могут предложить стимуляцию спинного мозга. Это значит, что человеку вживляют специальное устройство, которое через электроды посылает электрические импульсы в спинной мозг, что приводит к уменьшению боли. Но с доказательством эффективности у этого метода проблемы, возможны осложнения, и применяют его лишь в случае, когда ничего больше не помогает и пациент готов идти на риск.
То же касается и некоторых других хирургических методов, а также различных инъекций в мышцы и суставы. Они подходят далеко не всем, и есть риск осложнений.
Хроническая боль может сильно влиять на качество жизни человека.
Чтобы реакция на боль не была столь ограничивающей и влияющей на жизнь, создаются комплексные программы помощи людям с хронической болью. Суть современного подхода — в том, чтобы в первую очередь изменить отношение человека к боли и его поведение (а обезболивающие средства по-хорошему назначаются лишь в том случае, когда все нелекарственные методы не имеют удовлетворительного эффекта). Важно понимать, что это не банальное «все в твоей голове, просто взгляни на проблему иначе». Если коротко, современный подход к борьбе с хронической болью заключается в следующем:
Другими словами, управление хронической болью — это долгая работа, требующая мотивации к изменениям. Далеко не всех пациентов устраивает такой подход — как пишет Лалхен, у них сильна вера в лекарства и операции, даже если те не помогли, как ни старались другие врачи. И это большая проблема, потому что ничего лучше пока не придумали, и люди тратят время, деньги и силы на то, что, скорее всего, не поможет.
«У меня сердце сжимается, когда я встречаю пациента, который говорит, что в последний раз он работал, дай бог, в начале 1990-х, потому что знаю, что жизнью этого больного теперь управляет хроническая боль, — пишет Абдул-Халик Лалхен в своей книге. — Вырвать такого человека из порочного круга практически невозможно, потому что в этом случае врач пытается не просто предложить лечение, но еще и заодно разрушить весь образ жизни человека».
Дарья Пирке