"Связь времен". Режиссер Евгения Беркович задержана, у ее мамы и бабушки прошли обыски

4 мая в Москве задержана режиссер Женя Беркович. К ее матери Елене Эфрос и бабушке Нине Катерли в Петербурге силовики пришли с обыском. Поводом к этим действиям стал спектакль Жени Беркович "Финист Ясный Сокол" – номинант "Золотой маски", лауреат премии "Сноба", "Реального театра" и других театральных премий. Автор пьесы Светлана Петрийчук также задержана.

Спектакль “Финист Ясный Сокол” – это проект независимого театра “Дочери СОСО”, который рассказывает о женщинах, поддавшихся пропаганде и решивших “виртуально выйти замуж за представителей радикального ислама” и уехать в Сирию. Текст пьесы Светланы Петрийчук основан на реальных историях российских женщин, которые были завербованы через социальные сети. По сюжету они отправились на подконтрольные террористам территории, чтобы стать женами боевиков. По некоторым данным, таким образом в Сирии оказалось около семи тысяч россиянок.

Премьера спектакля состоялась в 2019 году, он стал лауреатом "Золотой маски", получил и другие театральные награды. А теперь постановка послужила основанием для возбуждения уголовного дела об оправдании терроризма (ч. 2 ст. 205.2 УК).

Еще два года назад некие зрительницы С. Щенникова и В. Туник написали свое мнение о спектакле "Финист Ясный Сокол" на сайте "Национальный курс", который является официальным изданием так называемого "Национально-освободительного движения" (НОД). Текст этот трудно расценивать иначе, как донос: "По нашему мнению, спектакль "Финист ясный сокол" по пьесе С. Петрийчук режиссера Е. Беркович, увиденный нами 19 мая 2021 года, является инструментом информационной войны против безопасности России. Мы просим правоохранительные органы обратить на него внимание! Вербовщики и террористы в спектакле показаны как заботливые ухажеры, а брак с боевиками по интернету преподносится как законный гражданский акт".

– Это совершенно не так, – говорит театральный критик, обозреватель "Коммерсанта" Алла Шендерова, которая видела спектакль и сочла его ярким высказыванием против терроризма. – Это один из лучших Жениных спектаклей, очень ясный по мысли – о том, насколько ужасны эти террористические организации, в том числе ИГИЛ, запрещенный в России. Это спектакль о том, как неопытные, наивные и, к сожалению, никому не нужные на родине женщины, девушки попадаются на удочки этих как бы галантных ухажеров, “милых, обаятельных парней” – и попадают в террористическое рабство. Спектакль очень полезен именно тем, что он вскрывает механизм – как террористическая сеть заманивает к себе людей, которые и не думают становиться террористами. Спектакль как раз предохраняет от этого людей. И в художественном отношении этот спектакль был хорошо сделан, современно, никаких двойных смыслов там вычитать невозможно.

Реальные фрагменты из рассказов женщин – жертв террористических сетей, по словам критиков, придают спектаклю измерение подлинности.

– Конечно, они жертвы, совершенно неопытные, – подчеркивает Алла Шендерова, – и этот спектакль как раз тем полезен, что он показывает людям, как легко можно попасться, как человека – причем любого – легко развести и что надо делать, чтобы быть во всеоружии против этого зла.

Театральный режиссер, участница “Седьмой студии” Женя Беркович родилась в 1985 году, в 2007 окончила Санкт-Петербургскую академию театрального искусства. Среди ее первых спектаклей – “Человек, который не работал. Суд над Иосифом Бродским” по стихам Бродского и записям судебного процесса над ним, сделанным Фридой Вигдоровой. В 2018-м Беркович выпустила спектакль "Считалка" – о девочках из прифронтовой деревни времен грузино-абхазского конфликта. Другая известная ее постановка – “Солнечная линия” по пьесе Ивана Вырыпаева, поставленная в Александринском театре. На церемонии вручения премии “Сноб” Беркович выступила в поддержку "Мемориала". Она пишет стихи, в том числе на антивоенные темы и последовательно выступает против российского вторжения в Украину: 24 февраля 2022 года Беркович вышла в одиночный пикет и была арестована на 11 суток.

Обыск прошел не только в Москве у самой Жени Беркович, но и в Петербурге – у ее матери Елены Эфрос и бабушки, известной писательницы и правозащитницы Нины Катерли.

Нина Катерли (по мужу – Эфрос) – российская писательница, публицистка и правозащитница. Пишет в жанре социальной сатиры и фантастического реализма. В советские времена после публикации ее рассказов в зарубежных изданиях Катерли вызывали на допросы в КГБ. Также она многие годы занималась правозащитной деятельностью, публикуя статьи о правах человека.

Елена Эфрос – дочь Нины Катерли, филолог, журналистка. Создала проект "Сказки для политзаключенных" – его участники пишут письма политзаключенным.

– Должна сказать, что вели они (силовики. – СР) себя довольно корректно, вот только компьютеры все изъяли, теперь не на чем работать, – говорит Нина Катерли. – Не знаю, зачем они сюда пришли, может, потому, что Женя была здесь прописана. Ну, а еще я подписала открытое письмо оппозиции, – добавляет писательница, не связывая, впрочем, сам обыск с этим обстоятельством.

Елена Эфрос говорит, что в ходе обыска и у нее, и ее мужа забрали компьютеры.

– Пришли, долго толклись на лестничной площадке, ждали понятых, потом забрали у нас с Глебом рабочие компьютеры и ушли. В квартире все уже довольно быстро происходило. Глеб – это мой муж, он переводит книги, а я работаю на фрилансе редактором в одном из путеводителей по Петербургу, – говорит Елена. – Эти компьютеры нам жизненно необходимы, ему – книгу заканчивать, мне – с сайтом работать, сейчас буду спрашивать, вдруг кто-то сможет одолжить нам ноутбуки для работы, хоть на месяц. А Женя тут 15 лет не живет, и что они сюда приперлись, совершенно непонятно.

Елена Эфрос – правозащитница, она поддерживает политзаключенных, уже несколько лет ведет волонтерский проект “Сказки для заключенных”, но обыск с этой своей деятельностью не связывает.

– Нет, они об этом даже не спрашивали. Конечно, сейчас они влезут в компьютер, увидят архив всех этих писем по системе "ФСИН-письмо" и могут заинтересоваться. Но пока письма заключенным – это не криминал: все они проходят через цензуру, так что ничего такого мы там не пишем.

Адвокат Яна Неповиннова, которую попросили приехать, чтобы присутствовать при обыске, говорит, что он прошел очень быстро и, приехав, она уже никого не застала.

– Так (обыски у родственников. – СР) бывает и по другим делам, к сожалению, такова порочная практика последних лет, – замечает адвокат. Почему внимание привлек спектакль, с успехом шедший на сцене с 2019 года, она тоже не знает и предлагает не искать логику в происходящих событиях.

Родные и близкие Евгении Беркович стараются быть сейчас предельно осторожными в высказываниях, чтобы не навредить еще и двум приемным дочерям, которых Евгения воспитывает уже пять лет.

"Понятно, что Женя уязвима прежде всего из-за приёмных дочерей: у нас вон в Ефремове родного отца чуть не ограничили в родительских правах из-за уголовного дела (правда, потом передумали), а уж опекуны – люди вовсе беззащитные перед опекой и соцслужбами, – пишет политолог Екатерина Шульман. – Обращает на себя внимание скоординированность и размах действий: два города, пришли сразу ко всей семье и, видимо, к другим участникам постановки".

Многие вспомнили и о нападках на Беркович, которым она совсем недавно подверглась в фейсбуке, так что даже вынуждена была удалить свой аккаунт.

– Охотникам, сидя за границей, травить за какие-то неправильные высказывания тех, кто находится в России, я бы посоветовал приехать сюда и тут демонстрировать свою храбрость, – говорит депутат Законодательного собрания Петербурга Борис Вишневский. – Такая травля – это моральный релятивизм, когда люди намеренно не делают разницы между добром и злом, как будто добра и зла вообще нет, а есть только разные виды зла. Нападать на Путина, Кадырова или Пригожина им страшно, потому что может прилететь – вот и нападают на тех, на кого нападать не страшно, от кого не придут люди, чтобы ты потом ползал на коленях с извинениями, и никаких неприятностей не устроят. Это отвратительно, когда люди, находящиеся в безопасности, упрекают и учат жить людей, находящихся в опасности. У старых советских диссидентов был важный принцип: с воли советов не дают.

"Одновременный обыск у Жени Беркович и ее бабушки, правозащитницы Нины Катерли – это и есть наша нынешняя "связь времён", если кто не понял..." – пишет Виктор Шендерович.

“Обвинение в терроризме за спектакль “Финист ясный сокол”, который получил две Золотые маски! Обыск! Женя сегодня – лидер той театральной Москвы, которая не прогнулась под преступную власть и продолжает говорить правду. Женя – талантливейший поэт. Женя – мама двух приемных дочек. … Жене – всемерную поддержку, друзья в Москве, надо думать, как и чем помочь”, – написала на своей странице в фейсбуке журналистка Нина Агишева-Николаевич.

"Можно, конечно, сколько угодно продолжать делать вид, что Москва и сейчас живет своей насыщенной, богатой, разнообразной культурной и в частности театральной жизнью, но нельзя делать такой вид, – пишет историк и журналист Александр Баунов. – Потому что режиссерку Женю Беркович сегодня арестовали за спектакль. Не за финансовые злоупотребления, как бывало прежде, когда хотели прийти за культурой, например за "Седьмой студией" Кирилла Серебренникова, а прямо за спектакль. За камерное, сложное, не всем понятное, авангардное художественное произведение с разбором психологических и социальных мотивов, которые отправили обычных русских девушек (помните, была такая из МГУ) в объятия "настоящих мужиков" – ясных соколов-игиловцев. Это примерно как арестовывать Достоевского за оправдание убийства старушек после романа "Преступление и наказание" или за оправдание того же терроризма после романа "Бесы". Понятно, что Беркович припомнили и антивоенные посты, и замечательные антивоенные же стихи, и феминитивы, и феминизм, который теперь у нас считается страшнее исламизма".

По словам директора Петербургского ПЕН-клуба Наталии Сивохиной, правозащитная писательская организация еще не приняла решение, в какой форме она выступит в защиту Жени Беркович, но сделает это обязательно.