Владыка Торквемада

Последователь Дугина, открытый ксенофоб и ярый сторонник войны. Это епископ Савва — самый радикальный священнослужитель РПЦ

Выступая 17 апреля на «Философском соборе», организованном ультраправым философом Александром Дугиным, глава контрольно-аналитической службы Московской патриархии епископ Савва (Тутунов) творчески развил мысль патриарха Кирилла о том, что все российские воины, участвующие в «СВО», становятся мучениками и попадают прямиком в рай. «Эти люди убивают ближнего, — признает Савва, — но они берут это на себя, чтобы спасти других ближних». Мысль для церкви на самом деле нетривиальная: Иисус Христос, который именуется Спасителем всех людей, как известно, не убил ради спасения ни одного ближнего, а сам пошел на крест и принес себя в жертву. «В христианской традиции человек становится мучеником, отказываясь совершать грех, — комментирует отец Александр Шрамко, минский священник, один из лидеров белорусского духовного сопротивления. — Здесь же [у епископа Саввы] прославляется мученичество греха и порока».

Но нетривиален и сам епископ Савва.

Когда патриарх Кирилл (Гундяев) начинал реформу управления Московской Патриархией, он вдохновлялся примером Римской церкви. Так в структуре РПЦ появился свой аналог Святой инквизиции — Контрольно-аналитическая служба Управления делами Московской Патриархии (КАС УДМП). Согласно Уставу РПЦ, эта служба и опасна, и трудна: она занимается «рассмотрением дел, касающихся выявленных нарушений в епархиях… касающихся просрочки выполнения, невыполнения или частичного выполнения поручений, содержащихся в указах, резолюциях и распоряжениях патриарха и Священного Синода… осуществляет досудебное следствие» в рамках процедуры Высшего церковного суда. Напоминает прокуратуру и Следственный комитет в одном флаконе. С момента создания в июле 2010 года и по сей день

КАС УДМП возглавляет гражданин Франции и РФ Савва (Тутунов), выросший за эти годы из иеромонаха до епископа Зеленоградского.

Именно Савва готовил документы для низвержения из сана отца Андрея Кураева.

Патриарха Кирилла не смущает, что его «серым кардиналом» является обладатель натовского паспорта, а Франция, со своей стороны, не обращает внимания на милитаристскую и местами ксенофобскую риторику своего гражданина, отбывшего около 20 лет назад на службу в Москву. Епископ Савва — «чистейший выразитель идеологии русского мечтательного величия и восторженного победобесия, замешенного на глубочайшем комплексе ущербности, — всего того, что и составляет идею «русского мира», не имеющего никакого отношения к реальной России и реальной русской (российской) жизни, более того, несущего этим объектам своей «любви» разрушение и гибель», — пишет минский священник Александр Шрамко.

«Новая-Европа» рассказывает о Савве — одном из главных церковных «силовиков», который, похоже, выходит в публичное пространство.

Жизненный путь

Савва родился 19 февраля 1978 года в пригороде Парижа и был назван в миру Сергеем. Но связывать его происхождение со «старой доброй» русской эмиграцией можно лишь отчасти. Отец будущего епископа, Андрей Тутунов, родился и вырос в СССР, в семье известного советского художника Сергея Тутунова (1925-1998), а во Францию переехал буквально за несколько месяцев до рождения своего первенца Сергея. Андрей Тутунов и его брат Сергей (дядя нашего героя) в 1977 году познакомились с француженками русского происхождения, женились на них и смогли выехать во Францию. По материнской линии корни епископа Саввы восходят к родам Трубецких и Лопухиных, а его дядя был женат на Александре Осоргиной, дочери известного эмигрантского священника Михаила Осоргина.

Андрей Тутунов работал во Франции до 1989 года в качестве архитектора-реставратора: в частности, он реставрировал колокольню русского скита в Реймсе и келейный корпус Покровского женского монастыря в Бюсси-ан-От. Вернувшись в СССР, Андрей Тутунов добился более значительных успехов: разработал проекты реставрации музея-заповедника А. А. Блока в Шахматово под Москвой, трудился в Московском Кремле и консультировал множество епархий РПЦ. Его юный сын в 90-е оставался во Франции, получая среднее и высшее образование. Андрей Тутунов жестко критиковал подходы приходского духовенства РПЦ к реставрации памятников, оказавшихся в руках этой церкви: «Наши батюшки предпочитают штукатурить храмы цементом. Это просто гибель для строения… Батюшки очень любят ставить при ремонте в храме пластиковые окна. Это губит храм».

Потомок русских эмигрантов по имени Николай, хорошо знавший Тутуновых в Париже, вспоминает о «квартирном вопросе», который испортил отношения между ним и семьей будущего церковного «генпрокурора».

— В 1993 году Андрей Тутунов приватизировал квартиру моей тети Александры Медем, — вспоминает Николай в беседе с «Новой-Европа».

— В те годы это было обычной практикой: ходили по приходам, искали бедных стариков и предлагали за «пожизненное содержание» приватизировать их квартиры.

Весной 94-го года, выходя из церкви, тетя попала под автомобиль и погибла. А я как раз должен был с ней встретиться по просьбе моего отца… Узнав о ее смерти, я позвонил Андрею Тутунову и попросил его разрешения посетить квартиру тети и разобрать ее архив. Он очень плохо отреагировал, обвинив меня в намерении забрать себе квартиру. Кричал на меня, а после повесил трубку.

По словам Николая, семья брата Андрея Тутунова Сергея к тому же стала жертвой бандитских разборок: в 1992 году неизвестные сожгли его дачу под Москвой, где тогда находились двое детей. После этого Сергей предпочел вернуться во Францию.

Будущий епископ Савва начал свою церковную карьеру в 17-летнем возрасте, когда был посвящен в чин чтеца в русском Александро-Невском соборе Парижа, находившемся в то время в юрисдикции Константинопольского патриархата. Вскоре он решил отказаться от карьеры математика в университете Paris-Sud XI и вслед за папой «вернуться» в Россию. Несмотря на напряженные отношения между Русской архиепископией Константинопольского патриархата и РПЦ, в 1999–2001 годах Тутунов-младший отучился в Московской духовной семинарии, после чего в Париже принял монашество с именем Саввы. После этого еще четыре года учился в Московской духовной академии, где написал кандидатскую работу по каноническому праву — о Поместном соборе 1917–18 годов. В годы учебы перешел в юрисдикцию РПЦ, а по окончании академии пришел в Отдел внешних церковных связей, который тогда возглавлял митрополит Кирилл (Гундяев). Он и рукоположил молодого монаха парижского происхождения в сан иеродиакона, а потом и в сан иеромонаха.

В Отделе отец Савва отвечал за присоединение к Московскому патриархату Русской зарубежной церкви, которое инициировал лично Владимир Путин.

Вскоре после избрания Кирилла патриархом Савва возглавил КАС УДМП, совмещая эту работу с преподаванием канонического права в Московских духовных школах и с настоятельством в московском храме пророка Илии в Черкизове. Епископ рассказывает об этом времени как о периоде некоторых проблем со своей монашеской жизнью: «Вести особый монастырский образ жизни я вряд ли успевал бы. Настоятелем храма я являюсь… и я тоже грешник. У меня есть хорошие стороны и не очень, кто-то меня сильно не любит, считая меня плохим человеком и даже плохим христианином. Возможно, кто-то вообще не представляет, как я могу служить в Церкви».

Жизненное кредо

Должность епископа Саввы в аппарате патриархии вообще-то не предполагает публичности. Изучать жалобы на епископов и проводить досудебное следствие лучше в тиши кабинета, с использованием защищенных каналов связи. Тем удивительнее публичная активность этого иерарха, которую он развил после 24 февраля 2022 года. Похоже, Савва старается «не за страх, а за совесть», выражая весьма радикальную даже по меркам РПЦ позицию по вопросам войны и мира, настоящей и грядущей судьбы России.

Роковое февральское решение Путина Савва принял восторженно: «Нам уже больше не 30 лет и не 100 лет. Нам снова более 1000 лет… Сегодня часы были перезапущены». Спустя год с небольшим на «Философском соборе» своего единомышленника Александра Дугина Савва будет говорить о его дочери Дарье и ее боевом друге Владлене Татарском (Максиме Фомине) как о святых: «Они граждане Царства Божия. Мы устремляемся туда [вслед за ними]… Он [Татарский] пришел к жизни будущего века». 8 апреля Савва лично отпел Татарского («раба Божия Максима») в Москве, где на могилу «героя» положили пригожинскую кувалду и отдали ему воинские почести. Напомним, самый яркий след, который оставил Татарский в памяти россиян и украинцев, — это его реплика на церемонии принятия «новых регионов» в состав РФ за полгода до собственной смерти: «Всех победим, всех убьем, всех, кого надо, ограбим. Всё будет, как мы любим».

Приход епископа Саввы в Москве принимает непосредственное участие в финансировании «СВО»:

«Приход собрал средства и приобрел машину именно для морпехов… Работайте, братья»,

— написал епископ в своем телеграм-канале (). Тех же россиян, которые пока в тылу, он призвал затянуть пояса и отказаться от привычного комфорта ради продолжения военных действий: «Речь идет о нежелании понести неизбежный в военное время психологический дискомфорт, когда растет напряжение, неспокойствие… Стремление к комфорту — это не то, ради чего можно умереть, поскольку смерть упраздняет саму комфортную жизнь».

Война, считает Савва, неизбежна, пока в мире есть «глобализм, левацкая идеология, попрание основ христианской нравственности, трансгуманизм». Эти темы он считает центральными в проповедях патриарха Кирилла последнего времени. По такой «православной» логике человечество заслуживает быть уничтоженным прежде, чем оно вступит на путь «трансгуманизма». «Это не война, а что-то более страшное и опасное, — продолжает Савва. — Не стоит кому-либо думать, что он сможет уклониться, отсидеться в тылу». Отказ от военных действий в Украине, «каждая попытка пренебречь словами Главы Государства» квалифицируется Саввой как «шаг в сторону национальной катастрофы». Его страшит раскол в среде путинистов: «Баталии правых («белых») и левых («красных») русских патриотов за еще не освобожденные Донбасс и Новороссию — это именно то, чему особенно радуются враги всего русского».

А еще в речах Саввы явственно проступает ксенофобия по отношению к мигрантам, замещающим в РФ отправляемое на фронт мужское население. «Беда может наступить очень быстро, — сигнализирует Савва. — А скорость развития ситуации и ее пассионарная составляющая намного сильнее, как кажется, у нас». Он постоянно обращается к теме «попыток вытеснить наш народ, подменить нашу страну» изнутри. Наряду с «СВО», по мнению Саввы, агрессия против России ведется в форме «безудержной миграции». Обилие пафоса в высказываниях епископа на эту тему компенсируется полным отсутствием конкретики: «Главная угроза — в размывании нашего мировоззрения, наших идеалов, наших устремлений. Нашей веры, кто бы какой ни придерживался». Стало быть, вер у нас много, но в то же время она одна, и нельзя позволить ее «размывать» мигрантам, которые, кстати, в большинстве своем исповедуют ислам, признаваемый епископом Саввой вполне традиционным для России.