Фотокамера — орудие преступления

Петербургского фотографа, снимающего политические суды, обвинили в дискредитации армии

До сих пор 73-летний Валентин Никитченко мог лишь догадываться, в чем его обвиняют. Еще 28 марта в квартире петербургского фотографа силовики провели досмотр и изъяли абсолютно всю имеющуюся технику (от кнопочного мобильного телефона и флэш-карт до дорогостоящего фотоаппарата, ноутбука и фотоальбомов за много лет). Однако ничего не объяснили хозяину квартиры. А на мартовском допросе в следственном отделе строгая дама в сером мундире заявила коротко: «В суде все узнаете».

19 мая Никитченко вызвали в отдел полиции по месту жительства, где предъявили протокол по статье 20.3.3 ч. 1 КоАП РФ. В качестве главной претензии в этом документе указано, что фотограф «создал свой сайт, где размещает непроверенную информацию о российской оппозиции и специальной военной операции на территории Украины».

Валентин с 2012 года (после выхода на пенсию) увлекается фотографией и действительно имеет маленький сайт, где выкладывает свои работы. Среди них — многочисленные съемки музеев, выставок, храмов. Но есть и «политические» фото: первые акции протеста петербургской оппозиции, последние судебные процессы по статье о «фейках» (в отношении Саши Скочиленко, Севы Королева, Иоанна Курмоярова, Олега Белоусова, Евгения Бестужева, Вики Петровой).

— Я всегда снимаю только происходящее, сам никогда нигде ничего не писал, это не мое призвание, — подчеркивает Никитченко. — Кроме того, я никогда ни от кого не просил и не получал денег за то, что делаю.

Друзья помогли Валентину быстро найти адвоката, который сопроводил его в отдел полиции.

— Я предвкушал большие неприятности, боялся, что в моих материалах найдут какую-нибудь крамолу, — признался в интервью «Новой» Никитченко. — Однако на деле 19 мая мне в протокол вписали все то же, что изначально вызывало недовольство полицейских и следователя: фотографии с митингов оппозиции, фотографии политических судебных процессов, «репосты» с якобы непроверенными данными. Весьма удивило меня то, что в протокол включили очень старые записи.

Административная статья, по которой обвиняют фотографа, предусматривает наказание до 50 тысяч рублей штрафа.

Дело фотографа занимает два тома, с которыми в ближайшее время должен ознакомиться адвокат. Затем материалы будут переданы на рассмотрение в суд. В отделе полиции Валентин увидел имущество, изъятое у него в марте.

— Два мешка моей техники, спросил, когда смогу их забрать? Мне ответили: суд будет решать, что делать с «орудием преступления». Надеюсь, все вернут, когда в деле будет поставлена точка.

Друзья и знакомые (в том числе, активисты, с которыми он за последние месяцы познакомился в судах) уже 29 марта, на следующий день после визита силовиков, помогли Никитченко: купили другой фотоаппарат и смартфон.

— Люди и сейчас предлагают мне: скажи, какая техника, у тебя была, мы скинемся и купим тебе такую же, — рассказывает Валентин. — Но я не хочу и не буду никого напрягать, буду ждать свою. Самое главное — меня не бросают, я не одинок. Я теперь еще лучше понимаю, насколько каждому человеку одному в такой ситуации (Скочиленко, Королеву и остальным) было бы трудно и грустно…