Суд в Москве отказался удовлетворить апелляционную жалобу на арест театрального режиссера Жени Беркович, которую обвиняют по уголовному делу об оправдании терроризма из-за спектакля "Финист Ясный Сокол". Об этом говорится в группе поддержки Беркович в телеграме.
Обновление. Суд в Москве также оставил под стражей вторую обвиняемую по делу об оправдании терроризма - драматурга Светлану Петрийчук.Защита просила суд приобщить полный текст "деструктологической экспертизы", которая проводилась по делу, а также характеристику из благотворительного фонда помощи сиротам о состоянии двух приемных детей Беркович.
Адвокаты требовали изменить меру пресечения на несвязанную с заключением, так как Беркович обвиняется в ненасильственном преступлении и вопреки словам прокурора "не может продолжать заниматься преступной деятельностью", так как спектакль "Финист Ясный Сокол" уже не ставится.
Защита также указывала на то, что единственное доказательство в деле - "деструктологическая экспертиза", чья научная ценность не доказана, не содержит анализа, а ее создатель Роман Силаньтев предвзят к обвиняемой, так как называл ее "еврейкой", которая "активно за ваххабитов выступает".
Прокурор настаивал на содержании Беркович под стражей.
Глава фонда Альшанская, выступившая в суде, сообщила, что двое девочек, опекуном которых является Беркович, до этого сменили три семьи и переживали насилие в детском доме. В семье Беркович они ощутили "ситуацию надежности и доверия", отмечала Альшанская. По ее мнению, дети травмированы тем, что не могут находиться рядом с приемной матерью.
Женя Беркович присутствовала на заседании по видеосвязи из СИЗО "Печатники", ее было плохо слышно, отмечали присутствовавшие на суде и она сама. Режиссер заявила, что не признает вину. Ее выступление близко к тексту цитировала в своем телеграм-канале журналист Арина Бородина.
"На спектакле стоит на афише маркировка 18+, его смотрят только взрослые люди, понимать и оправдывать терроризм - это совсем разные вещи. Спектакль посмотрело большое количество зрителей, за четыре года, что он идет, никто ни разу за все это время, ничего такого не заподозрил - ни пропаганды ни оправдания терроризма. Никто. Ни зрители, ни театральные критики, ни отборщики фестивалей", - сказала Беркович.
По ее словам, условия в изоляторе тяжелые - холодно, много тараканов.
"Я не могу поесть нормально и не могу выспаться, меня разлучили с детьми, они во мне нуждаются. Я не могу объяснить детям, почему я в изоляторе, почему меня здесь держат. Четыре года с ними работали психологи. Восстанавливали после пережитого в детском доме! Я не могу их увидеть, не могу их обнять, мне не дали с ними поговорить по телефону, ни одного звонка не дали. Это может тяжело закончиться для моих детей, очень тяжело, может закончиться смертью, не дай бог, они столько пережили в детском доме. Я не могла обнять свою 90-летнюю бабушку и поздравить её с Днём победы, потому что 9 мая я сидела в СИЗО. Сижу здесь, не совершив никакого преступления", - говорила Беркович.
Суд после короткого перерыва оставил меру пресечения в виде ареста без изменений.