Как работают санкции. Россия смогла заместить лишь четверть потерянного импорта

Одними из первых санкций, наложенных на Россию наряду с заморозкой золотовалютных резервов, был запрет на поставки многих товаров и технологий. В отличие от потолка цен на нефть, который должен был оставить агрессора без денег на войну, цель этих санкций иная:

ограничить производство оружия в России, оставив ее без необходимых компонентов;

лишить ее жителей привычных товаров, вызвав недовольство снижением качества жизни, а с ним и войной;

подорвать долгосрочные перспективы экономики.

Ученые решили выяснить, работают ли эти санкции. «Учитывая зависимость России от поставок важнейших компонентов и готовой продукции, ее способность получать их после введения санкций имеет решающее значение для экономических перспектив страны», — говорится в статье «Влияние санкций ЕС на российский импорт» Алессандро Борина, Олега Ицхоки, Элины Рыбаковой, Максима Миронова и других экономистов.

Как работают санкции

В 2021 году Россия импортировала товаров на 293,5 млрд долларов, больше всего — из ЕС. В прошлом году страна потеряла 11,7% импорта: по данным таможенной службы, поставки сократились на 34,4 млрд долларов. После начала войны импорт рухнул, но затем стал восстанавливаться. Поэтому для оценки влияния санкций четвертый квартал, когда уже были созданы новые цепочки поставок, пожалуй, самый показательный.

Его и исследовали экономисты. Они использовали таможенные данные России и ее торговых партнеров (это называется «зеркальная статистика»), сравнивая последние кварталы 2022 и 2021 годов.

Из-за войны ЕС запретил продавать в Россию многие товары и технологии, на которые приходилось примерно половина экспорта союза в РФ — 43,9 млрд евро, или 49%. Под запрет подпали прежде всего транспортное оборудование (45% стоимости ставшего запретным импорта), химическая продукция (19%), электроника (12%) и машины (11%). Доля санкционных товаров сильно зависит от отрасли, но под запрет подпали прежде всего так называемые промежуточные товары (оборудование, комплектующие и др.), на которые до войны приходилось 40% поставок, отмечают ученые.

«Привезем что угодно, хоть через Мадагаскар», — рассказывали «Важным историям» российские импортеры. Все так, но в прежних масштабах это делать не получается. К тому же стране приходится замещать не только то, что подпало под санкции, но и обычные товары, которые производили в России компании, свернувшие деятельность из-за войны. ЕС даже нарастил поставки несанкционных товаров. В последнем квартале 2022 года этот импорт немного превысил довоенные значения, составив более 6 млрд долларов.

А вот поставки санкционных товаров из ЕС почти обнулились, и увеличение импорта через третьи страны восполнило не более четверти потерь, показали расчеты ученых. Данные таможен России и других стран немного расходятся, но в целом рисуют похожую картину: замещено от 10 до 25% потерянных поставок запрещенной продукции. В деньгах это потери от 7,7 до 8,8 млрд долларов.

Труднее всего оказалось найти пути поставок технологической продукции — уровень ее замещения особенно низок. Причем самый большой удар здесь приходится на самые дорогие, самые высокотехнологичные и качественные товары и оборудование, объясняла профессор Российской экономической школы (РЭШ) Наталья Волчкова: «По ним где-то импорт вообще остановился».

«Можно было бы ожидать, что Россия сосредоточит свои усилия на замене высокотехнологичных продуктов, а не менее стратегически значимых, особенно учитывая растущие военные потребности. Однако замена средне- и высокотехнологичных продуктов сложнее, потому что до войны больше половины их поставок приходилось на страны, которые теперь ввели санкции», — пишут авторы. Их импорт снизился более чем в пять раз, вызвав нехватку товаров на 7 млрд долларов (в четвертом квартале 2022 года по сравнению с четвертым кварталом 2021 года).

Санкции обходили через третьи страны. Не через Мадагаскар, конечно, а через бывшие советские республики, а также Турцию. Страны, не поддержавшие санкции, с начала войны наращивали поставки в Россию. Через них в четвертом квартале 2022 года прошли необходимые России товары, произведенные в ЕС, на 760 млн долларов, подсчитали экономисты. Сумма внушительная, но это лишь 10% от того, на сколько рухнул импорт ныне запрещенных товаров из ЕС (7,5 млрд долларов).

75% таких товаров прошли через Турцию и Казахстан. Потенциальными маршрутами обхода санкций экономисты называют Армению, другие приграничные страны, а также Сербию.

Еще один канал поставок в Россию — транзит (его ученые не исследовали). В прошлом году продукция двойного назначения более чем на миллиард долларов ушла из ЕС в Казахстан, Кыргызстан и Армению через Россию, но до получателей не дошла. По таможенным правилам ЕС, экспортируемые из стран союза товары, предназначенные для третьих стран, могут быть доставлены в Россию без регистрации в их импорте, отмечают экономисты. Но этот миллиард ничего принципиально не меняет: даже с его учетом заместить удалось менее 25% потерянного импорта.

Как не работают санкции

Единственное, но исключительно важное исключение — полупроводники и микросхемы. «Они составляют всего 1% от общей стоимости импорта России, но являются ключевыми для некоторых отраслей, включая военное применение», — обращают внимание авторы исследования, но доказательств, что поставки обвалились, они не нашли.

Зато «Важные истории» нашли, как производитель российских беспилотников вопреки всем санкциям получает западные чипы через посредников в США, Китае и самой России.

За весь 2022 год импорт микропроцессоров и полупроводников в Россию вырос с 1,82 до 2,45 млрд долларов, отмечали авторы исследования в другой работе. Лидерами по поставкам микрочипов в Россию в 2022 году были Китай, Гонконг, Германия, Нидерланды и Финляндия. По количеству транзакций впереди были Китай и Гонконг, а также Эстония, Турция и Германия.

Данные о поставках полупроводников и микросхем противоречивы и сильно различаются в зависимости от источника. Их ввоз из ЕС прекратился после начала войны — это подтверждают и российская, и зеркальная статистики. Однако по третьим странам (через которые происходит замещение) разница огромная. В статистике зеркальной торговли рост поставок довольно скромный (плюс 51 млн долларов в четвертом квартале 2022 года), в результате чего общее сокращение импорта полупроводников составляет 293 млн долларов. Российские же таможенные данные показывают скачок поставок полупроводников и микросхем из стран, не присоединившихся к санкциям: плюс 679 млн долларов и, соответственно, 360 млн общего роста (до 947 млн долларов).

Скачок почти полностью обеспечен ростом экспорта из Китая, утверждает российская статистика, хотя китайская ничего подобного не показывает. Зато в ней есть информация одновременно о стране происхождения товара и куда он направляется. Оказывается, что увеличение закупок в Китае произошло по большей части буквально неизвестно откуда: происхождение отправленных в Россию товаров не зарегистрировано. В конце 2021 года доля поставляемых из Китая в Россию полупроводников и микросхем неизвестного происхождения была незначительной, а теперь составляет почти половину российского импорта.

«Объяснить расхождение очень сложно. Ведь остальные данные сходятся — и с таможней Китая, и с таможнями других торговых партнеров России. Но именно по этим товарным кодам — полупроводники и микросхемы — не сходится с Китаем», — комментирует один из авторов исследования, старший научный сотрудник аналитического центра Bruegel в Брюсселе, вице-президент по внешней политике Киевской школы экономики Элина Рыбакова. Могла возникнуть путаница с определением страны-производителя, предполагает она: скажем, раньше это был экспорт Малайзии в Россию, а сейчас в этой базе данных, может быть, они показаны как товары из Китая или Гонконга.

Ученые пока вынуждены оставить этот вопрос открытым.

Остановить поставки в Россию чипов для производства оружия не удалось. Завод по производству беспилотников в Подмосковье.

Чем это грозит

Россия сталкивается со значительными трудностями в замещении импорта из ЕС и других стран, товаров на многих важных рынках не хватает, пишут авторы исследования: «Это может оказать серьезное воздействие на экономику России и ее способность обеспечить потребности в критически важных продуктах и технологиях». Но это произойдет не сразу.

Пока Россия не очень ощущает последствия «импортного голода». Поставки потребительских товаров восстановились, а дефицит инвестиционного и промежуточного импорта проявляется не сразу. Выручали запасы, сделанные после ковида: бизнес выучил урок и стал хранить на складах достаточно необходимого для поддержания производства на случай остановки поставок. А проблемы с имеющимся оборудованием по-настоящему начнут чувствоваться по мере его выхода из строя. Пока самое очевидное проявление проблем — регулярные сообщения о переносе срока того или иного проекта. Но отсутствие симптомов не значит, что болезни нет.

Поддержите независимую журналистику Ваше пожертвование поможет нам и дальше рассказывать правду — мы не подчиняемся цензуреПоддержать

Остроту проблемы иллюстрирует недавний комментарий аналитического центра ЦМАКП, близкого российским властям. «Принципиально важным становится налаживание новых логистических путей для инвестиционного импорта». Те факторы, которые обеспечивали экономический рост в прошлом году, уже исчерпаны, активизация роста требует подключения новых факторов — инвестирования в машины и оборудование, объясняют они, но «опережающим темпом растет импорт готовых потребительских товаров, а инвестиционных — заметно медленнее. <…> Если эта ситуация сохранится, есть значительный риск того, что к моменту „перезапуска“ по крайней мере части российских производств соответствующие позиции на рынках уже будут заняты продукцией производителей из дружественных стран — Китая, Индии, Белоруссии, Ирана».

Такой вот парадокс: пресловутое импортозамещение невероятно зависит от импорта. И это не особенность, не дефект России — просто так устроена современная экономика.

«У нас популярно говорить, что Россия сильно зависит от импорта, но все страны зависят от импорта. И не меньше, чем зависела Россия, — объясняла Волчкова. — Более того, структура импорта разных стран очень похожа. Единственное различие — в импорте топлива. Если мы это топливо уберем, то <…> транспортное, офисное оборудование, товары машиностроения… мы не отличим импорт США от импорта России».

Российский импорт до 2022 года, по ее словам, на 70% состоял из комплектующих и оборудования. То есть не потребительских, а промежуточных товаров, которые нужны в производстве. «Все отрасли в той или иной степени использовали импорт промежуточных товаров, особенно оборудования. И санкции повлияли на все отрасли», — отмечала Волчкова.

Параллельный импорт и обход санкций ни к чему хорошему не приводят — лишь к «удорожанию поставок, определенному снижению качества, отсутствию сервиса, который обычно сопровождает сложные технологические товары», говорила профессор. «Это приводит к росту цен. И в дальнейшем он будет продолжаться. <…> Самое высококачественное [оборудование и технологии] заменяется на менее качественное. Соответственно, качество итогового продукта страдает. С этой точки зрения мы видим существенные разрывы», — добавляет Волчкова.

Как усилить давление

«Проще улучшать экспортный контроль в Америке. В Европе больше проблем из-за того, что каждая страна ЕС внедряет экспортный контроль самостоятельно», — комментирует Рыбакова. «Ваше исследование отлично показало, насколько примитивные схемы они используют — это просто смешно. Их обычная тактика — выдавать один товар за другой, использовать транзит через третьи страны и подставные компании как посредников», — говорил «Важным историям» специалист по экспортному контролю Эрик Вудс из американского Центра исследований в области нераспространения имени Джеймса Мартина.

Подписывайтесь на нашу рассылкуМы будем присылать вам только важные истории

Помочь могут комплексные меры: введение финансовых санкций, улучшение контроля за применением правил против отмывания денег, антикоррупционных мер, экспортного контроля — предлагает Рыбакова. Расширение финансовых санкций затруднит трансграничные расчеты — чем меньше банков останутся не под санкциями и подключенными к системе SWIFT, тем проще будет их отслеживать, писала она в другой работе. Чем больше ограничений накладывается на финансовые операции, тем сильнее это влияет на торговлю в целом.

Армянские, казахские и гонконгские банки, опасаясь вторичных санкций, начинают блокировать российским компаниям оплату за серверы, микросхемы, процессоры, телеком-оборудование и другую электронику – эксперты заговорили о надвигающемся дефиците. «Вторичные санкции — особенно важный элемент. США уже составляют списки компаний, участвующих в поставках через третьи страны в Россию», — напоминает Рыбакова. Очередной, 11-й пакет санкций ЕС направлен как раз на закрытие лазеек, на предотвращение поставок в обход санкций.