Оригинал материала
"Ну умер человек, что проверять?": что известно о смерти активиста в спецприемнике в Ростове
14 июня, за день до освобождения, в ростовском спецприемнике умер 40-летний Анатолий Березиков. Известный в городе антивоенный активист отбывал третий по счету арест по делу о мелком хулиганстве – перед смертью он сказал адвокату, что опасается за свою жизнь, и показал следы пыток со стороны силовиков. Защитники Березикова заявили, что ФСБ готовила против него уголовное дело, сотрудники спецучреждения назвали произошедшее самоубийством. Редакция Кавказ.Реалии рассказывает все, что об этом известно.
"Мне сказали про подвал, пытки и отправку на войну"
Анатолия Березикова знали в Ростове как диджея под псевдонимом Анатолий Рык. Чаще всего его видели в городе на велосипеде – даже зимой он катался на нем в одних шортах и шапочке Санта-Клауса, удивляя местных. В таком виде его замечали и на различных акциях протеста – по словам Вадима Кобзева, бывшего активиста ростовского штаба Алексея Навального, Березиков помогал местным сторонникам оппозиционного политика, участвовал в митингах и был наблюдателем на выборах. Впервые под прицел ростовских силовиков Березиков попал 21 января 2021 года на акции за освобождение Навального – в тот день активиста задержали и обвинили в нарушении правил митинга.
После начала войны против Украины Березиков стал расклеивать на улицах Ростова листовки проекта "Хочу жить", который принимает обращения российских военных о сдаче в плен. Уже после задержания силовики расскажут Березикову, что они следили за ним несколько месяцев.
Утром 11 мая 2023 года в квартиру активиста с криками "Это соседи" вломились люди в масках. Де-юре обыск у него в тот день не проводился, однако под видом осмотра силовики изъяли всю технику и велосипед, а самого Березикова избили и увезли в Первомайский отдел полиции.
Суть обвинений задержанный узнал уже в суде – как он сам позже писал адвокатам из спецприемника (все документы имеются в распоряжении редакции), в отделе полиции ему даже не дали подписать протокол. На заседании суда выяснилось, что Березикова обвинили в неповиновении полиции (ч. 1 ст. 19.3 КоАП). Первомайский районный суд отправил его под арест на 10 суток, до 21 мая. Наказание он отбывал в спецприемнике МВД на улице Семашко.
Он рассказал, что сотрудник ФСБ обещал еще один арест, уголовное дело и пожизненный срок
Сразу после освобождения, на пороге спецприемника Березикова снова задержали и увезли сперва в отдел полиции №4, а затем в Ленинский районный суд. Тот арестовал активиста еще на 10 суток по новому делу – на этот раз о мелком хулиганстве. В постановлении сказано, что, как только Березиков вышел из спецприемника, он якобы тут же начал "выражаться нецензурной бранью" и "оскорбительно приставать к гражданам".
Общественный защитник активиста Татьяна Спорышева рассказала сайту Кавказ.Реалии, что именно тогда Березиков понял, что просто так его не выпустят.
"Через кого-то из сидельцев ему удалось связаться со знакомыми, которые пригласили адвоката. У защитника получилось встретиться с Березиковым в спецприемнике. Там он и рассказал, что к нему приходил сотрудник ФСБ и обещал, что его ожидает еще один арест, а потом и уголовное дело со сроком вплоть до пожизненного", – рассказала Спорышева.
Адвокат арестованного Ирина Гак предполагает, что реальной причиной ареста послужила его активистская деятельность. Защитник впервые попала к нему в спецприемник лишь 29 мая – за два дня до освобождения. Ему удалось предупредить адвоката, что на выходе из изолятора его арестуют вновь.
"Мне сказали (в общих чертах) про подвал, пытки и отправку на войну", – успел записать он на обратной стороне одного из документов по делу.
Свидетели неслучившегося
31 мая встречать Березикова у спецприемника пришли несколько человек. Как вспоминает Спорышева, сотрудники учреждения сказали, что активист якобы уже ушел – как раз в этот момент силовики выводили его через черный ход.
"Мы заметили это и решили последить за этим полицейским бобиком. Они приехали в отдел полиции №4. Адвокат ушла искать подзащитного, но ей сказали, что там его нет. Я осталась на входе и я видела, как уже знакомый сотрудник ФСБ приехал к этому отделу с двумя девушками, которых в протоколе описали как свидетельниц по третьему делу", – рассказывает Спорышева.
Административное дело в отношении Березикова возбудили по все той же статье о мелком хулиганстве. Текст прошлого протокола просто скопировали в новый – получилось, что активист снова, едва выйдя на волю, стал "грубо нарушать общественный порядок", "нецензурно выражаться" и приставать к гражданам. Для последнего дела даже нашли свидетельниц: в материалах имеются два объяснения от Елены Сбитневой и Лолиты Емельяненко.
В протоколе якобы со слов девушек сказано, что они стояли у спецприемника и видели, как Березиков приставал к прохожим. Редакции удалось установить личность свидетельниц: это студентки Ростовского государственного экономического университета. Емельяненко перестала отвечать на вопросы корреспондента Кавказ.Реалии после упоминания имени Березикова. Выйти на связь со Сбитневой редакции не удалось.
"Нюанс в том, что сотрудник ФСБ с этими девушками зашел в отдел в 15:10, а в протоколе сказано, что они видели Березикова у спецприемника в 15:50", – отмечает Спорышева.
Суд отказался запросить видео с камер возле спецприемника и у отдела полиции – этими записями легко можно было доказать невиновность активиста.
"Я не доживу до выхода"
Адвокат Ирина Гак рассказала, что на заседании по третьему делу Березиков публично заявил, что 31 мая сразу же после освобождения из спецприемника его в наручниках увезли за город сотрудники отдела полиции №4. Там активиста пытали электрошокером и угрожали ему расправой.
Защитники вызвали в суд скорую помощь, чтобы зафиксировать следы от пыток и сломанные во время обыска ребра, но медики не увидели ничего, кроме синяков от наручников – они вкололи обезболивающее и уехали.
Один из конвойных, вспоминает адвокат Гак, вел себя как полноценный участник заседания: он постоянно обращался к судье и знал подробности дела – когда на эту странность указала защита, он ответил лишь, что "очень любопытный". Когда адвокат отходил в сторону ознакомиться с материалами, конвойный давил на Березикова и спрашивал его, точно ли тому нужна защита.
"Когда закончился суд – было уже очень поздно, – Анатолий подошел и сказал: "Я боюсь, что исчезну. Они меня убьют. Я не доживу до выхода из спецприемника", – вспоминает собеседница.
31 мая Ленинский районный суд огласил решение по последнему, третьему делу о мелком хулиганстве. Березикова отправили в тот же спецприемник еще на 15 суток – до 15 июня.
"В ФСБ предполагали, что его не будут искать"
13 июня адвокат Ирина Гак навестила Анатолия Березникова, чтобы подготовить нотариальную доверенность на случай его повторного ареста. По ее словам, в тот день он говорил, что не собирается сдаваться, и просил рассказать о его ситуации в СМИ из-за угрозы появления нового, четвертого, дела.
На следующий день адвокат снова пришла к Березикову, чтобы оформить нотариальную доверенность на случай нового ареста. Внутрь спецприемника Гак не пустили. Сотрудники учреждения сообщили, что ее подзащитный умер – в качестве возможных причин они назвали самоубийство либо сердечный приступ.
Защитники Березикова вызвали в спецприемник медиков – по словам Татьяны Спорышевой, машина судмедэкспертизы прибыла на место только после их звонка. Сотрудники полиции не позволили адвокату и общественному защитнику опознать тело погибшего.
"По всей видимости, сотрудники ФСБ предполагали, что Анатолия никто не будет искать, потому что у него нет жены, детей, ростовской прописки. Скорее всего, на него готовились завести уголовное дело, потому что видели совершенно беззащитную жертву, которой они могут воспользоваться", – считает Спорышева.
Анатолия держали одного в камере, а значит, пытали. Уверен, что записи с камер "пропадут"
Защита полагает, что Березиков погиб за пределами спецприемника – когда перед очередным арестом его снова забрали и увезли пытать за город. Юристы "Первого отдела", занимающиеся защитой обвиняемых в госизмене, со ссылкой на свои источники сообщили, что в отношении Березикова планировали возбудить уголовное дело о госизмене.
Адвокат "Первого отдела" Евгений Смирнов отмечает, что сегодня фактически любое дело о госизмене, возбужденное в регионах, сопровождается пытками. В этом случае силовики часто прибегают к "карусельным арестам", пишет он. Многократные задержания за административные правонарушения нужны для того, чтобы без уголовного дела держать человека в изоляции, пока основное дело согласуется в Москве.
Сотрудники спецприемника продолжают утверждать, что Березиков покончил с собой, при этом что именно с ним случилось в таком случае, они не уточняют. Активист Вадим Кобзев, который сам четыре раза сидел в ИВС на улице Семашко, написал в твиттере, что покончить с собой в спецприемнике практически невозможно.
"При регистрации забирают все острые предметы, нитки, шнурки из ботинок и штанов. Камеры находятся под постоянным видеонаблюдением, и у дежурных есть онлайн-доступ к записям. Согласно внутренним правилам содержания, заключенным запрещено оставаться одним в камере. Если в камере отбывают арест двое заключенных, но один из них освободился, то ко второму сразу кого-то подселят. Но Анатолия держали одного в камере, а значит, пытали. Уверен, что записи с камер "пропадут", – заявил он.
Сейчас идти проверять – что проверять? Ну умер человек там. В чем наша проверка заключаться будет?
Защитник Татьяна Спорышева подтвердила сайту Кавказ.Реалии, что на последнем заседании на Березикове не было даже шнурков. У него исчезли практически все вещи – одежда, предметы гигиены и кошелек, где лежала банковская карта и 15 тысяч рублей. При этом в протоколах вообще отсутствует опись вещей, которые были у задержанного с собой при аресте. Сопровождавшие Березикова сотрудники полиции при упоминании об этом "сделали крупные глаза" и "ответили, что понятия ни о чем не имеют", рассказала Спорышева.
Официально правоохранительные структуры Ростовской области никак не комментируют произошедшее. Телефоны пресс-секретарей регионального Следственного комитета и прокуратуры оказались недоступны. В пресс-службе МВД по Ростовской области корреспонденту ответил робот-ассистент одного из мобильных операторов.
Председатель донской Общественной наблюдательной комиссии Игорь Омельченко заявил редакции Кавказ.Реалии, что слышал о смерти в спецприемнике, но не видит причин для проведения проверки условий содержания в учреждении.
"Мы спецприемник проверяем постоянно, там и врач всегда есть. Ситуация нестандартная. Неизвестна причина смерти, может быть, она естественная. А сейчас идти проверять – что проверять? Ну умер человек там. В чем наша проверка заключаться будет?" – заявил он.
- Сотрудника погрануправления ФСБ России по Ростовской области обвиняют в похищении, применении насилия и истязании задержанного. Уголовное дело возбуждено по двум фактам превышения служебных полномочий – подозреваемым по нему стал Евгений Галкин.
- Обвиняемый в терроризме за неудачную попытку поджога военкомата в Краснодаре Олег Важдаев заявил о данных под пытками показаниях об "украинских заказчиках" – его несколько раз ударили током через прикрепленные к голеням электроды.
- Обвиняемый в поджоге здания управления ФСБ в Краснодаре активист Игорь Паскарь прямо в зале суда рассказал о пытках со стороны сотрудников ведомства. После рассказа об этом он перестал получать письма с воли.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить