"Маятник качнулся вправо". Ужесточение миграционной политики в Финляндии

Новый состав правительства Финляндии приступил к работе 20 июня. Пришедшие к власти партии консерваторов (Коалиционная партия) и националистов (Истинные финны) уже наделали много шума в стране, опубликовав правительственную программу, то есть список нововведений, которые намерено принять. Одни из самых спорных изменений планируется внести в законодательство о мигрантах. Предложения уже привели к реакции иностранцев, живущих в Финляндии: они выходят на акции протеста, запустили петицию на Change.org и намерены добиться того, чтобы их услышали.

Какие изменения ждут Финляндию в вопросах миграционной политики, как на это отреагировали сами мигранты и какие последствия могут быть у этого решения – в материале Север.Реалии.

Реакция: "Это страны соревнуется за нас, а не наоборот"

Первая протестная акция прошла в Хельсинки буквально через два дня после обнародования программы, в ней участвовали от 300 до 500 человек.

– Некоторые пункты в выпущенной программе повергают в шок, – рассказывает IT-специалист и докторант хельсинкского Университета Аалто Максим Смирнов о том, почему он решил организовать первый митинг против новой миграционной программы.

Максим перебрался в Финляндию из Санкт-Петербурга в 2017 году. После окончания магистратуры в Хельсинки несколько лет работал в IT-компаниях, потом решил писать докторскую диссертацию в сфере искусственного интеллекта. У Максима также есть небольшая консалтинговая компания в Финляндии, там сейчас работает несколько человек.

– Финляндия и так проигрывает другим европейским странам в соревновании за специалистов (мне часто приходилось убеждать людей переезжать в Финляндию), но сейчас мне сложно представить, что люди с высоким доходом захотят сюда ехать. Я очень люблю Финляндию, здесь живут очень хорошие люди и в целом "всё работает". Но специалисты смотрят в первую очередь на налоги, во вторую очередь – на зарплаты, в третью – на сложность переезда/обустройства и стабильность. И если раньше Финляндия проигрывала только по первым двум пунктам, но можно было привлечь людей возможностью быстрее обустроиться и стать финном, то сейчас в Финляндии будут заградительные сроки для получения гражданства и все хорошие специалисты поедут, например, в Швейцарию, где зарплаты кратно выше, а налоги ниже, – говорит Максим.

Новое правительство, состоящее из правоцентристской консервативной Коалиционной партии и правопопулистской националистической партии "Истинные финны", пришло на смену коалиции социал-демократов, левых и зеленых, которые работали в Финляндии под руководством премьер-министра Санны Марин предыдущие три с половиной года.

Бывшие в оппозиции партии, сумевшие сформировать коалиционное правительство после победы в парламентских выборах, состоявшихся 2 апреля ("Коалиция" получила 20,8% голосов, "Финны" – 20,1%), сразу заявили о кардинальных изменениях в социальной и миграционной политике. В частности, планируется сократить государственные расходы, в том числе жестко урезать социальные пособия как для граждан, так и для иммигрантов. При этом для тех, кто не имеет финского гражданства, социальное обеспечение предлагается и вовсе ограничить. Также среди спорных нововведений – увеличение срока проживания в стране для получения постоянного вида на жительство (ПВЖ) с 4 до 6 лет, необходимость проходить экзамен на знание финского или шведского языка не только для получения гражданства, но и для ПВЖ, увеличение нижней планки дохода до 40 тыс. евро в год для ускоренного (то есть через 4 года) получения ПВЖ.

Несправедливыми называют также введение правила, по которому трудовой мигрант с временным видом на жительство лишается права пребывания в стране, если он потерял работу и не нашел новую в течение трех месяцев. Критике подвергается и предложение правительства предоставлять мигрантам ограниченную (по сравнение с постоянными резидентами и гражданами) социальную поддержку.

Также планируется ужесточить условия получения финского гражданства. В будущем период проживания будет продлен с нынешних 4 до 8 лет, а для получения гражданства необходимо будет подтверждать постоянный доход (сейчас доход не учитывается вовсе).

Как и многие мигранты, Максим Смирнов считает планируемые изменения не только барьером для привлечения новых специалистов, но и обманом тех, кто уже находится в Финляндии и связывает свое будущее с этой страной.

– Многие из нас долго живут в Финляндии, учат сложный финский язык (который не пригодится вне Финляндии), покупают квартиры, инвестируют в экономику. И выглядит так, что социальный контракт хотят нарушить, а с ним и наши планы на будущее. Нам просто обидно, что, с одной стороны, государство говорит о том, что хочет привлекать нас, специалистов, а с другой – кардинально меняет наши условия жизни. При этом руководствуясь примитивным популизмом о страшных мигрантах, эксплуатирующих социалку, забывая спросить экспертов, бизнес, общество, – рассуждает Максим.

Максим говорит, что в реальности сроки получения ПВЖ и гражданства в Финляндии выше, чем прописано в законах, а в случае внесения изменений они будут неконкурентоспособными с другими странами.

– Что значит 8 лет натурализации для гражданства? С учетом времени обработки заявлений на гражданство (до 28 месяцев) – это 10,5 лет, которые надо проработать в стране без права выезда на продолжительное время, даже по работе. В Швейцарии этот срок 10 лет. В Германии было 8 лет, но сейчас уменьшают до 3–5 лет. У специалистов получается больше времени жизни "на птичьих правах", то есть им проще будет уехать. А люди, которые сидят на пособии вместо работы, просидят на нем сколько захотят, ведь им не предлагают работу в других странах, – говорит Максим.

Еще один пункт, который, по мнению Максима, явно вредит привлечению иностранных работников в Финляндию, – срок в 3 месяца на смену работы.

– Подписание контрактов и поиск хорошей работы занимают время. Вкупе с тем, что работодатель сможет проще уволить сотрудника, это создает рычаг для ухудшения условий труда. Кроме того, иногда происходят кризисы и массовые увольнения, тогда поиск работы может затянуться из-за ситуации на рынке труда. Культура найма работников в Финляндии медленная, имейлы могут висеть на почте месяцами. Особенно ближе к Рождеству или к сезону отпусков в июле. Пройти все раунды интервью и подписать контракт иногда просто невозможно за 3 месяца, даже если ты хороший специалист, – говорит он.

Максим говорит, что протестные настроения растут и распространяются быстро, особенно в IT-сообществе.

– Я создал группу в мессенджере вечером пятницы, но уже к 12 часам воскресенья мы смогли собрать [на акции протеста] от 300 до 500 человек. При том что я просто разослал чат друзьям, а они разослали дальше. Настолько люди обеспокоены происходящим. Судя по сообщениям в LinkedIn, весь IT-бизнес стоит на ушах и осуждает предложения. У нас на митинге выступил технический директор Supermetrics со своей интернациональной командой – один из известнейших единорогов (быстро растущий стартап) Финляндии. Мы сейчас общаемся с профсоюзами и представителями финских партий. Очень многие понимают, что это ошибка, – рассказывает Смирнов.

Максим подчеркивает, что далеко не все понимают, что на организованную им протестную акцию вышли специалисты, а не просто "недовольные иммигранты". Он считает, что многие комментаторы не понимают, что протестуют люди, которые платят больше налогов, чем средний гражданин Финляндии. Самое важное, что пытаются донести до нового правительства протестующие: Финляндия больше нуждается в специалистах, чем специалисты – в Финляндии.

– Мы хотим показать главное: мы – высококлассные специалисты, и это страны соревнуется за нас, а не наоборот. Именно поэтому мы ошеломлены новыми требованиями. Мы будем выходить на следующий протест в ближайшее время – предварительно 2 июля, – говорит Максим.

Петиция: "Вы это серьезно?!"

Кроме митингов и переговоров с влиятельными организациями, инфлюенсерами и политиками, набирает обороты петиция против новой миграционной политики.

Основное требование – пересмотреть самые спорные из предложенных изменений, касающихся увлечения сроков для получения ПВЖ или гражданства, слишком короткого срока для поиска новой работы в три месяца и неравенство в предоставлении социального обеспечения. Авторы петиции надеются, что "правительство всерьез воспримет высказанную озабоченность, а также хотят выстроить "открытый" диалог с партиями по вопросам миграционной политики".

На момент публикации статьи свои подписи под ней поставили около 15 тысяч человек, среди которых как мигранты, так и финские граждане. Кроме подписей петиция собрала сотни комментариев иммигрантов.

Пользователь Сами Лайне: "Я гражданин Финляндии и считаю предполагаемое изменение политики неправильным, несправедливым и невыгодным для Финляндии". Пользователь Алиреза Ас: "Это что, шутка? Вы это серьезно?! У меня было несколько убийственных предложений из других стран, намного выше, чем в Финляндии. Но нет, я стремился к стабильности вместо всех этих изысканных вариантов. И что я получу взамен? Они считают нас своими рабами! Пользователь Алмос Банхегуи : "Большинство иммигрантов не полагаются на социальные выплаты, чтобы выжить. Большинство иммигрантов берут меньше больничных, чем коренные жители Финляндии. Мы не просили бюджетных денег, чтобы финансировать наше обучение в Финляндии . На самом деле, многие из нас в конечном итоге вкладывают в систему больше, чем берут, и определенно вкладывают больше, чем средний гражданин Финляндии . Все, о чем мы действительно просим, это быть принятыми и позволить нам внести свой вклад в развитие страны, которая нам нравится . Неужели это справедливо – наказывать людей, которые приезжают сюда и работают, кто пытается интегрироваться в меру своих возможностей?" Пользователь Сабхаит Бей: "Меня как постоянного жителя Финляндии беспокоит будущее страны с точки зрения ее глобальной конкурентоспособности. Я хочу высказаться, пока не стало слишком поздно: Я люблю Финляндию и не хочу, чтобы ее будущее было разрушено какой-то иррациональной, шовинистической и дискриминационной государственной политикой".

Протест уже поддержали и некоторые влиятельные профессиональные ассоциации, такие как Neogames Finland, организация, объединяющая разработчиков компьютерных игр, и Сообщество стартапов Финляндии.

Личное: "Какая-то история про хоббитов, которые шли-шли-шли и никуда не пришли"

Ирина и Андрей Гусевы живут в Финляндии уже пять лет. В 2018 году они купили небольшой отель в местечке Вуонислахти в регионе Северная Карелия. Этот поступок Ирина называет самым авантюрным. До этого все в их жизни было хорошо и стабильно: Андрей работал в банке, была своя квартира, машина. Но любовь к Финляндии оказалась такой сильной, что они решили рискнуть и без какого-либо опыта в гостиничном бизнесе купили отель недалеко от границы с Россией. Первая проблема пришла с пандемией COVID-19, вторая – с вторжением России в Украину.

– Если ковидные годы дали приток финнов и это компенсировало отсутствие русских, потому что финны не могли выезжать и ездили по стране, то в прошлом году границы для финнов открыли, они уехали на моря, а русские не приехали. У нас получилась ниже загрузка и ниже доходы, – рассказывает Ирина Гусева.

В мае 2023 года Андрею пришел отказ в продлении ВНЖ, поскольку местный Центр экономического развития, транспорта и окружающей среды посчитал бизнес недостаточно успешным. Это решение шокировало Гусевых, поскольку проверка проходила этой зимой, когда из-за высоких цен на электричество отель пришлось временно закрыть – и показатели объективно не могли быть высокими.

Гусевы сразу стали искать варианты решения проблемы: они подали протест в суд на решение Центра, а также стали продумывать планы по поиску места учебы или работы на случай неудачи в суде. Но тут новое правительство опубликовало свои планы изменения миграционного законодательства.

–​ Несмотря на все наши трудности, мы понимали, что в скором времени мы бы имели право подать на гражданство или ПМЖ и выдохнуть, перестать постоянно переживать, – рассказывает Ирина. – Но после изменений вся эта картина потеряла смысл. По новому зарплатному минимуму мы просто не пройдем. Рассматривать вариант, что мы начинаем все с нуля в Финляндии, мы просто не можем. Это какая-то история про хоббитов, которые шли-шли-шли и никуда не пришли в нашем случае.

По словам Ирины, если озвученные планы правительства реализуются, их борьба за свой бизнес и право проживания в стране становится бессмысленной. У Гусевых двое детей, которых нужно кормить и содержать.

– Стало казаться, что проще продать уже как продастся, потому что нет бесконечного количества времени этим заниматься. И на данный момент для нас возвращение в Россию выглядит как единственная разумная возможность. Вероятность, что мы уедем в Москву и Андрей вернется в экономику и найдет более-менее приличную зарплату, выглядит намного логичной, – говорит Гусева. – И вот мы уедем и все – эти пять лет максимально обнулятся для нас. Они говорят о том, что им нужны мигранты, чтобы поднимать экономику, но при этом делают все, чтобы мигрантам не хотелось тут жить и сюда ехать. Если думать о Финляндии как о государстве, которое думает о людях, которые в ней живут, и не только о гражданах, но и о тех, кто по какой-то причине здесь работает. Мы же не на пособии приехали сидеть, мы все пять лет работали, работали тяжело. И хочется какого-то человеческого к себе отношения, ну и, может, помощи, но получается, что все только усложняется, – резюмирует Ирина.

Мнение: "Экспаты и мигранты не голосуют, ими можно пожертвовать"

Маргарита Завадская приехала в Финляндию в 2018 году после защиты диссертации в Европейском университете во Флоренции. У нее было приглашение на работу от Университета Хельсинки для участия в научном проекте. Первые несколько лет, до начала пандемии коронавируса, Маргарита работала "на две страны" – преподавала в Европейском университете в Санкт-Петербурге и работала в Хельсинки.

– Я была уверена, что буду работать в Финляндии три года, потом вернусь в Россию, потому что на тот момент в Петербурге была постоянная занятость, а проект в Финляндии рассматривался скорее как временное решение. Я не рассчитывала, что смогу остаться. Но постепенно прикипела к Финляндии, захотелось в это [финское будущее] "инвестировать".

Мне продлили контракт еще на два года, и да, мою работу здесь оценили, как ни странно, лучше, чем в России, то есть было продвижение по карьерной лестнице. Мигранту в довольно маленьком финском рынке труда [в сфере высшего образования] обычно бывает сложно. У меня этих сложностей было как будто бы меньше, возможно, мне очень повезло. Но все же work-life balance [режим труда и отдыха] был решающим моментом. Если в России ты должен пойти и пахать 24/7, в режиме "умри или сдохни", то здесь в 4–5 часов [вечера] все встают, уходят и занимаются своими семьями. Но работа вся делается. В какой-то момент я поняла, что это вообще-то чертовски правильная вещь, – считает Завадская.

Три года назад к Маргарите переехал ее муж. Это было непростым решением для уже состоявшегося в России ученого, работавшего в престижных Смольном институте и Высшей школе экономики. В Финляндии ему пришлось согласиться с понижением статуса и поступить в аспирантуру. И если Маргарита уже подала документы на финское гражданство, то у ее мужа пока что временный вид на жительство, то есть предложенная правительственная программа напрямую коснется их семьи.

– По действующим нормам со следующего года он был бы постоянным резидентом Финляндии, теперь придется ждать еще два года. И это при том, что у нас с доходом все в порядке, хотя ни один аспирант в Финляндии не получает 40 тысяч [евро] в год, как это прописано в новой программе, – говорит Маргарита.

Маргарита уверена, что если правительственная программа вступит в силу, то это отпугнет, а не привлечет, многих квалифицированных специалистов, особенно в сфере науки и высшего образования. Сегодня не только аспиранты, но и многие "постдоки", то есть исследователи со степенью доктора наук, едва ли дотягивают до 40 тысяч евро дохода, которые заложены в программе как залог получения постоянного вида на жительство после четырех лет жизни в стране. А в случае потери работы тебе могут аннулировать вид на жительство и выслать из страны уже через три месяца.

– Три месяца – это ничто, найти работу любому высококвалифицированному специалисту за три месяца нереально. Я знаю финнов, которые искали себе работу и за три месяца не находили, будучи высококвалифицированными специалистами. Потому что чем выше по этой карьерной лестнице, тем выше у вас требования. Вы на что угодно не согласитесь, поэтому подбираете себе работу, – считает она.

Маргарита уверена, что "брак по расчету", как назвал правительственную коалицию премьер-министр Петтери Орпо, не будет счастливым, потому что развитие экономики и чрезмерное ужесточение миграции противоречат друг другу.

– Эта программа дискриминирует и тех, кто выживает за счет пособий, которые хотят урезать, то есть тот же младший медицинский персонал или, условно, курьеров, но и конкурентоспособных людей. Первые уедут, потому что при их невысокой зарплате в Финляндии не прожить без пособий, вторые – потому что найдут условия лучше. Получается, что правительственная коалиция не решает проблему, а создает новые, – говорит она. – Как политолог, который свою жизнь изучает выборы, я ситуацию понимаю. Это нормальный маятник. Он качнулся вправо, то есть новое правительство должно сбалансировать бюджет после левого правительства. Экспаты и мигранты не голосуют, ими можно пожертвовать. Это результат высокого шантажного потенциала "Истинных финнов", которые смогли найти точки соприкосновения с Коалиционной партией и с Христианскими демократами. Я думаю (скорее надеюсь), что Орпо быстро устанет от такой коалиции. Он довольно умеренный политик, довольно взвешенный. Я надеюсь, что в какой-то момент он начнет искать другие варианты. А у "Истинных финнов" есть опыт ухода из правительства, и они действительно лучше выглядят, когда находятся в оппозиции. Так что все теоретически может закончиться досрочными выборами.

Эксперты: "Протесты имеют значение"

По мнению специалистки по интеграционным вопросам и руководительницы программ Фонда "Культура" Эйлины Гусатинской, новая правительственная программа не могла быть не антииммигрантской в связи с тем, что одна из правительственных партий строила всю свою предвыборную риторику именно на этом. При этом она отмечает, что нужно помнить: все изменения необходимо будет согласовывать с парламентом.

– И это будет сделать не так просто, потому что и среди депутатов Коалиционной партии, и в рядах Шведской народной партии многие понимают, что "Истинные финны" сосредоточили свое внимание на 10% иммигрантского населения. Это те, против кого они борются: просители убежища. Желание не дать им остаться [в стране] срезают возможности Финляндии экономически выстоять и строить будущее, потому что бьют по всем переселенцам. И им будут постоянно напоминать об этом, и в итоге может случиться повторение 2015 года, когда Истинные финны пришли к власти, а потом случился – не без помощи Путина – миграционный кризис и правительству пришлось принимать решения, в первую очередь в отношении сирийских беженцев, вопреки декларировавшимся ценностям, – комментирует эксперт.

Гусатинская также отмечает, что правительственная программа – это в первую очередь обещания правительственной коалиции, в том числе самим себе, но это не означает, что все они будут реализованы. В частности, чтобы выполнить некоторые пункты программы, правительству придется редактировать или принимать новые законы и проверять, насколько они соответствуют Конституции Финляндии.

– На мой взгляд, некоторые положения программы противоречат и друг другу, и Конституции. Например, в разделе 10.3., где говорится об иммиграционной и интеграционной политике, используется термин, который можно перевести как "принудительная интеграция". То есть говорится не о праве человека выбирать себе способы интеграции, а о принуждении к интеграции, в том числе фискальными мерами: не будешь интегрироваться – будем тебе меньше платить. Но это очень сложно представить себе на практике, – говорит она.

По словам Эйлины Гусатинской, в Финляндии уже много лет есть сложности с тем, чтобы привлечь в страну иностранных работников. Это связано и с климатом, и с высокими налогами, и ценами на все. Новая программа вовсе не решают эту проблему, а создает новые.

– Теперь будет еще сложнее убедить людей, что именно сюда стоит приезжать, пускать здесь корни. И даже те, кто есть, вряд ли будут детей своих настраивать на то, чтобы они оставались здесь, – говорит Гусатинская. – В Финляндии острая демографическая проблема. Сейчас на пенсию выходит больше людей, чем приходит на рынок труда. Этот перекос будет со временем расти. И это реальная проблема, потому что непонятно, из чего будут складываться пенсионные фонды. Кроме того, люди живут дольше, и появляются разные сопутствующие возрасту вопросы. Проще говоря, чем старше человек, тем больше у него болячек всяких. За ними кто-то должен ухаживать, а кто это будет делать, если работников уже сейчас не хватает? В том числе для этого надо привлекать иностранных работников. Предыдущее правительство старалось выстраивать свою программу с такой вот долгосрочной перспективой. А теперь получается, что через 4 года мы будем начинать все сначала.

Эйлина Гусатинская также отмечает, что сейчас именно то время, когда можно и нужно критиковать новое правительство до того, как программу начнут обсуждать в парламенте.

– Протесты имеют значение, потому что они показывают, как сильно предлагаемые изменения затрагивают определенную часть населения. Но очень важно уметь формулировать это недовольство. Не просто выходить [на протестную акцию] и говорить: вы такие-сякие. Нужно очень хорошо сформулировать возможные последствия от каждого заявленного в программе пункта. Это надо сделать к тому моменту, когда в парламенте начнутся слушания по принципиальным вопросам, видимо, к осени, – говорит Гусатинская. – Для этого нужно объединять усилия, это нельзя делать в отрыве от всех иммигрантов в целом, потому что это не в финских традициях – выбивать для одной группы [преференции]. Гораздо действеннее будет, если собрать разные группы [мигрантов] и вместе формулировать свои претензии. Именно так 20 лет назад зонтичной организацией русскоязычных были инициированы изменения в иммиграционные законы. Она собрала мнения других групп иностранных работников и добилась того, чтобы скорректировать в свою пользу правила выдачи виз и облегчить получение постоянного вида на жительство. Тогда очень хорошо поработали русскоязычные юристы, хотя это касалось далеко не только российских специалистов, и подобрали формулировки так, что их невозможно было обойти в парламенте. Это был такой хороший урок демократии, и его сейчас надо повторить.

По словам старшего научного сотрудника Финского института международных отношений Юсси Лассила, несмотря на то что правительство сможет начать реализацию программы уже через несколько дней, то есть после ее одобрения парламентом, ждать быстрых изменений, в том числе в миграционной политике, не стоит по нескольким причинам.

Во-первых, нет гарантии, что голосования в парламенте по самым чувствительным изменениям пройдут гладко. Серьезные противоречия могут возникнуть, например, если станет понятно, что предложения правительства по ограничению трудовой миграции входят в противоречие с реальными потребностями экономики.

Во-вторых, Финляндия может столкнуться с международным давлением относительно предлагаемой новым правительством политики в отношении мигрантов и беженцев.

В-третьих, весьма вероятны и противоречия внутри правительства. Если новая политика не приведет к росту безработицы в стране, то правительство сможет спокойно продолжать работу. Но если безработица будет расти, то давление на правительство будет усиливаться. Это в первую очередь касается партии "Истинные финны", чьи сторонники больше других пострадают от объявленных сокращений пособий по безработице и социальных пособий. Это может расшатать правительственную коалицию.

По словам Лассилы, в коалиционных правительствах партии особенно чувствительны к сигналам со стороны общества. Поэтому любые масштабные протесты, забастовки и тому подобные акции будут иметь сильный эффект на правительственные решения. Может случиться и так, что какая-то часть правительственных обещаний вовсе не будет выполнена.

– Все [предыдущие] правительственные программы оставались в той или иной степени невыполненными, и я думаю, что эту программу ждет та же участь, – заключает эксперт.