«Поддержка войны — теперь конституционная обязанность гражданина России». Юристы о новом определении КС

Определение Конституционного суда, по которому статья «о дискредитации армии» законна, — это фактически конституционный переворот, говорит юрист Елена Лукьянова. Это определение не имеет юридической силы, однако показывает, какими установками теперь руководствуется Конституционный суд, вынося решения. Так, судьи провозгласили, что высшая ценность Конституции теперь не человек, его права и свободы, а государство. А одобрение вторжения на территорию Украины — конституционная обязанность гражданина РФ, пояснили The Insider юристы.

Определение Конституционного суда о законности репрессивной статьи «о дискредитации армии» содержит столько антиконституционных заявлений, что фактически судьи довершили конституционный переворот, начатый в 2020 году. Об этом в разговоре с The Insider рассказала доктор юридических наук, профессор Свободного университета Елена Лукьянова.

«Суд не принял никакого решения. Он просто отказался рассматривать жалобы.То есть в очередной раз самоустранился от выполнения своих конституционных обязанностей. Поэтому основания отказа не имеют никакого юридического значения. Но сами по себе эти основания чудовищно антиконституционны.

• Высшая конституционная ценность — человек, его права и свободы — заменена на другую — государство.
• Выведен новый конституционный принцип — «поддержка военных действий в Украине».
• Эта поддержка почему-то объявлена новой конституционной обязанностью граждан РФ.
• В этом обосновании фактически разрешается пропаганда войны и, наоборот, запрещается антивоенная пропаганда, что противоречит международным обязательствам России (Международный пакт о гражданских и политических правах).

Таким образом КС перевернул Конституцию с ног на голову и довершил конституционный переворот, начатый в 2020 году. Кстати, «деятельность по поддержанию международного мира и безопасности» не является функцией России. В том числе и с точки зрения Конституции. Это функция ООН, по решению которой Россия, как и другие страны, может участвовать в этом процессе.

В случае войны действует ФКЗ «О военном положении». В нем не так много ограничений конституционных норм. Но дело в том, что Конституцию даже без официально введенного военного положения отменяет сам КС, являющийся в соответствии с Конституцией органом по ее охране. Теперь мы смело можем называть его антиконституционным судом».

По словам доктора юридических наук, члена Московской Хельсинкской Группы Ильи Шаблинского, 13 заявителям фактически даже не дали слова, потому что иначе суду пришлось бы объяснять, как именно плакаты с фразами «Нет войне» или «Нет фашизму» угрожают безопасности государства или ее обороноспособности.

«Они отказались рассматривать 13 жалоб. Не судебное решение. Надо обратить внимание на отказ в рассмотрении. Надо сказать, что до Конституционного суда дойти сейчас довольно сложно — надо четыре инстанции пройти. И в результате получить отписку. Это значит, что там почти нет правовой аргументации. В основном это всё смахивает на методичку из офиса по делам президента. Это не акт суда, а акт пропаганды, подготовленный административным органом. Все юристы с этим согласятся.

Всё-таки можно пытаться выудить юридическую аргументацию. Я ожидал, что они будут как-то обосновывать необходимость ограничения свободы слова. У нас есть 55 статья Конституции, которая допускает ограничения федеральным законом свободы слова в целях защиты, например, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Свобода слова может быть ограничена, если этого требует защита страны и государства. Именно поэтому 13 заявителям в суде не давали слова — судьям пришлось бы отвечать на вопросы о том, как фраза ”Нет войне, нет фашизму” или даже ”Нет в…е” угрожают безопасности государства и обороноспособности страны.

«Получается, как-то критиковать государство можно, но в то же время критиковать государство в данной области нельзя. Почему? А нипочему»

Конституционный суд определил, что эта статья [о дискриминации ВС РФ] не препятствует [критике в адрес армии], если это ”не сопряжено с произвольным отрицанием конституционно предопределенного характера целей и задач данной деятельности государства и основывается на открытой и достоверной информации”. Получается, как-то критиковать государство можно, но в то же время критиковать государство в данной области нельзя. Почему? А нипочему. Конституционный суд это никак не обосновывает. Конституция прямо предусматривает наше право критиковать государство, а Конституционный суд говорит: ”В этой сфере — нет”.

Это расходится с принципом конституционности, согласно которому граждане могут сомневаться в правомерности действий властей. Он предполагает необходимость ограничения власти, а уж в области войны и мира действия властей особенно должны быть жестко ограничены. Получается, что КС называет действия властей конституционными без каких-либо аргументов.

«Суд говорит, что государство является конституционной ценностью, но этого нет в Конституции»

Дальше у них есть замечания о том, что критика возможна, но с использованием открытой и достоверной информации. Что это? На YouTube любая информация открыта, а уж ее достоверность или недостоверность оспаривается в суде. И в чем состоит недостоверность информации плаката ”Нет войне”? Где здесь недостоверность информации?

Мне понятно, что они ушли от серьезного обсуждения, потому что им пришлось бы доказывать, что вот эти плакаты реально представляют угрозу для обороны страны, а это доказывать бесполезно. Еще у них есть вскользь рассуждение о том, что государство является конституционной ценностью, но этого нет в Конституции. Государство — это возможная ценность, но ее надо отделять от Конституции. Конституционные ценности — это принципы, которые позволяют защищаться от злоупотреблений государства, а высшая ценность по Конституции — это права и свободы человека, о чем Конституционный суд даже не вспоминает. Вот и всё, других похожих на право аргументов у этих типовых отказов нет».

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ