Оригинал материала
Репетируем путч в июне, настоящий — проводим в сентябре. Зачем в 1973 году чилийские военные демонстративно поддержали президента перед тем как его свергнуть?
У каждого феномена в мировой истории есть свой негласно признанный идеал. Совершенная империя — Римская, эталон завоевателя — Наполеон Бонапарт, образцовая революция — события 1917 года в России. А каноничным военным переворотом многие небезосновательно считают путч в Чили 11 сентября 1973 года. Тот самый, где «в Сантьяго идёт дождь», столичный стадион превращён в концлагерь, а всем заправляет зловещий генерал в чёрных очках.
Тем парадоксальнее, что Чили тех лет совсем не считалась страной армейских мятежей. Вооружённые силы здесь заслужили репутацию исключительно дисциплинированного и верного конституции института, особенно по меркам беспокойной Латинской Америки. Да, порой случалось, что какой-нибудь спятивший офицер выкидывал глупость — силами одного полка и буквально на пару часов. Но и то сумасброда быстро ставили на место свои же верные присяге товарищи по оружию. Как раз так вышло 29 июня 1973 года: после провала нелепого El Tanquetazo президент-социалист Сальвадор Альенде окончательно убедился в лояльности армейского генералитета.
Вот только сами военные в той ситуации пришли к другим выводам. И новый заговор возглавил уже командующий вооружёнными силами Аугусто Пиночет — человек, в лояльности которого Альенде не сомневался. В последнее в своей жизни утро 11 сентября 1973-го политик искренне переживал не за самого себя: волновался, не сделали ли чего мятежники с «бедным Пиночетом».
Командир был Супер, но путч удался так себе
Утро 29 июня 1973 года в Сантьяго вышло с осадками. Правда, пробрасывал не дождь, а снег. Неприятная, но объяснимая погода в по сути зимний месяц для города на 33-й параллели южной широты. Необычным обывателю выглядело другое. В центр столицы стягивалась армейская техника.
В 8:45 от казарм 2-го танкового полка на проспекте Санта-Роза вышла колонна из 16 танков и бронемашин. Военные поначалу вели себя удивительно законопослушно. Мехводы тормозили на красные сигналы светофоров. У одной из гражданских заправок они, расплатившись с сотрудниками, пополнили запасы горючего.
Жители Сантьяго запоздало осознавали, что министр обороны Хосе Тои днём ранее не лгал. Тогда чиновник публично заявил, что в армии раскрыт антиправительственный заговор. Правая оппозиция ещё высмеяла Тои: мол, правящие социалисты сами придумали каких-то путчистов.
Дескать, хотят под прикрытием борьбы с мнимыми злодеями окончательно додавить в Чили остатки демократии.
В десятом часу утра военные подполковника Роберто Супера достигли пункта назначения — здания Министерства обороны. Там танкисты оставили былую учтивость, попытавшись взять объект силой. От огня на поражение погиб один из оборонявших Минобороны сержантов. Атаковавшие даже добрались до арестованных накануне единомышленников и освободили их, только само сооружение так и не взяли. Один из танков попытался протаранить главные ворота, но был отогнан защитниками.
Мятежники на американских танках М41. Сантьяго, 29 июня 1973 года
Фото: aizquierdadiario.com
Не солоно хлебавши в министерстве танкисты устремились к президентскому дворцу Ла-Монеда. Супер потребовал от защищавших его карабинеров сложить оружие, снять президентский флаг и сдать здание. Но в ответ офицер получил лишь пару непристойных фраз. Завязалась новая беспорядочная перестрелка, как в американских вестернах. Всего в то драматическое утро погибли 22 чилийца: мятежники, лоялисты и работавшие на месте журналисты вместе со случайными прохожими.
Оппозиционные радиостанции преждевременно радовали слушателей, что доблестная чилийская армия низвергла презренную коммунистическую клику Альенде. На деле несколько армейских подразделений под началом главнокомандующего Карлоса Пратса уже брали бунтовщиков у Ла-Монеды в кольцо. Генерал лично вышел к мятежникам и убедил всех сдаться. Один из людей Супера попробовал застрелить считавшегося «красным» Пратса из личного пистолета. Ретивого лейтенанта оперативно скрутил генеральский адъютант.
К 11:45 с мятежом было покончено. Прибывший во дворец Альенде торжествовал:
«Была попытка переворота. Но это всего группка мятежников, покусившихся на незыблемую традицию лояльности нашей армии. […] Если потребуется, я готов раздать народу оружие. Но пока я доверяю чилийским Вооружённым силам, верным правительству»
— Сальвадор Альенде
По горячим следам командование установило природу мятежа. Супер принадлежал к небольшому кругу офицеров, сочувствовавших ультраправому объединению PyL (исп. Patria y Libertad — «Родина и свобода»). Узнав о разоблачении единомышленников, порывистый офицер с верными подчинёнными попытался взять власть с наскока. Он рассчитывал низвергнуть ненавистного Альенде и передать власть кому-нибудь из уважаемых генералов. В числе предполагаемых кандидатур, кстати, мелькала и фамилия Пиночета.
Встреча Альенде (справа в центре в светлом пиджаке) с жителями, 1972 год
Фото: Wikipedia / Fundo Correio da Manhã
Сам президент посчитал El Tanquetazo отчаянной выходкой не самых умных людей. В тот же день верный себе Альенде отпраздновал победу 100-тысячным митингом в Сантьяго. Людей туда на добровольно-принудительной основе согнали государственный профсоюз и партии правящего блока «Народное единство».
Только вот от проницательных офицеров не ускользнул с виду незаметный нюанс. В первые минуты мятежа никто из левого актива не поддержал призыв Альенде выйти на защиту правительства. Куда-то пропали и проправительственные группировки радикалов, на словах готовых установить вторую Кубу. В итоге выступление одних армейцев подавляли другие. А что если военные будут действовать вместе, по согласованному плану и под началом всеми признанного лидера?
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]