Игра на два фронта

Как Эрдоган использует Россию и Запад для укрепления своей власти и торга с остальным миром. И даже срыв «зерновой сделки» для турецкого президента не проблема

Утром 17 июля Кремль заявил о выходе из «зерновой сделки», которую почти год назад Москва и Киев заключили при активном участии президента Турции Реджепа Эрдогана. Даже если под давлением Китая и Запада соглашение в итоге удастся продлить, сегодняшнее решение Кремля можно посчитать ответом на недавнюю передачу Анкарой Украине руководителей батальона «Азов», которые должны были по договоренности находиться в Турции, то есть на нейтральной территории, до конца войны.

После давшейся ему нелегко победы в конце мая на президентских выборах Эрдоган продолжил вести двойную игру, пытаясь извлечь для себя максимум внешнеполитических и дипломатических возможностей, балансируя между интересами Кремля, с одной стороны, и НАТО, США и Киева — с другой. Накануне саммита альянса в Вильнюсе дело дошло даже до того, что Эрдоган напомнил: Турция всё еще ждет продвижения в вопросе вступления страны в ЕС — хотя это обсуждение считается обоюдно замороженным уже пару десятилетий. Специально для «Новой-Европа» политолог Денис Левен разбирался с тем, что стоит за последними высказываниями Эрдогана, действительно ли Турция все-таки одобрит вступление Швеции в НАТО и насколько долго Анкаре удастся продолжать вести двойную игру.

ВАЖНО
Напоминаем, что «Новая газета Европа» признана нежелательной. Не ссылайтесь на нас в соцсетях, если вы находитесь в России.

28 мая 2023 года Реджеп Тайип Эрдоган во втором туре президентских выборов одержал победу над единым кандидатом от оппозиции Кемалем Кылычдароглу, заняв пост руководителя страны еще на пять лет. До этого в середине мая на парламентских выборах эрдогановская Партия справедливости и развития и ее союзники с ультраправого фланга смогли получить большинство в меджлисе. Тем самым Эрдоган обеспечил себе контроль над политическим пространством Турции.

Решив главную политическую задачу — остаться у власти, — Эрдоган теперь может сосредоточиться на других важных проблемах. Его новый кабинет приступил к долго откладывавшимся и трудным экономическим реформам, а во внешней политике Эрдоган стал еще активнее эксплуатировать свое промежуточное положение между Западом и Москвой. Именно этим вызваны его заявления о необходимости вступления Турции в ЕС, его согласие на допуск Швеции в НАТО и возвращение пленных офицеров «Азова» на родину.

Нормализация экономики

После выборов прошло только полтора месяца, но уже заметны предпринятые Эрдоганом существенные подвижки в турецкой экономической политике.

К началу 2023 года турецкая экономика столкнулась с самыми серьезными проблемами за последнее десятилетие. В октябре 2022-го годовая инфляция достигла%2520and%2520Education%2520(2%2525).&text=The%2520annual%2520inflation%2520rate%2520in,below%2520market%2520expectations%2520of%252039.47%2525.) рекордных 85%. При этом экономическая политика Эрдогана последних нескольких лет, сдержанно называемая экспертами «нестандартной» (unorthodox), лишь способствовала разгону инфляции. Вопреки традиционным подходам, правительство пыталось сдержать инфляцию, не повышая процентную ставку, а понижая ее. На этом фоне за последние четыре года сменились четыре руководителя Центрального банка, что лишь подчеркивает беспорядочность попыток выработать экономический курс.

Уже в июне 2023 года, вопреки опасениям, годовая инфляция впервые за 16 месяцев опустилась ниже 40%, а в экономической политике наметился поворот в сторону более традиционных методов регулирования.

Эрдоган вернул на должность министра финансов Мехмета Шимшека, который уже занимал этот пост в первой половине прошлого десятилетия, когда турецкая экономика показывала куда лучшие результаты. Была назначена новая руководительница Центробанка — первая женщина на этом посту Хафизе Гайе Эркан, раньше работавшая в Goldman Sachs. Ее первым заметным решением в этой должности стало повышение процентной ставки с 8,5 до 15%. На этом фоне, помимо снижения темпов инфляции, наконец стабилизировался и курс турецкой лиры.

Шантажируя Запад

Во внешней политике аналогичной смены курса не произошло. Напротив, Эрдоган стал еще активнее проводить свою политику балансирования между разными державами и межгосударственными объединениями.

Весной 2022 года на фоне начавшегося полномасштабного российского вторжения в Украину Швеция и Финляндия одновременно подали заявки на вступление в НАТО. Процесс вступления подразумевает согласие всех действующих членов альянса и последующую ратификацию протоколов вступления в национальных парламентах.

Как уже писала «Новая-Европа», позиция Стамбула по принятию новых участников в альянс стала главной преградой. Турция хотела, чтобы скандинавские страны ужесточили свое антитеррористическое законодательство, активнее высылали в Турцию членов террористических курдских группировок (Рабочая партия Курдистана) и сняли эмбарго с поставок оружия в республику. Соответствующий меморандум был подписан тремя сторонами при посредничестве НАТО на летнем саммите альянса в 2022 году.

Швеция с Финляндией шли на уступки — высылали курдов, подозреваемых в терроризме, а Стокгольм даже принял отдельное законодательство и внес поправки в конституцию, облегчающие преследование террористов.

Этого оказалось недостаточно. Хотя весной 2023 года Финляндию все-таки приняли в альянс, после акции с сожжением Корана у турецкого посольства в Стокгольме в январе 2023 года отношения между Швецией и Турцией в очередной раз обострились.

Такое жесткое упорство Турции, вероятно, было связано с внутренними причинами. Для победы на выборах в мае Эрдогану были нужны внешнеполитические успехи, и Швеция, помогающая тем, кого в Турции считают террористами, была идеальной мишенью.

Тем не менее выборы прошли, состоялся и ежегодный саммит НАТО, а Швеция всё еще не присоединилась к альянсу. Больше того, за несколько недель до начала саммита в Стокгольме прошла очередная акция сожжения Корана, что вновь предсказуемо вызвало жесткую реакцию Анкары.

«Те, кто стремится стать нашими союзниками по НАТО, не могут допускать деструктивное поведение исламофобски и ксенофобски настроенных террористов»,

— отметил тогда спикер пресс-службы турецкого правительства.

Ситуация казалась еще более безнадежной, когда за несколько часов до начала саммита Эрдоган заявил, что в обмен на членство Швеции в НАТО хочет вступления Турции в Евросоюз. Шок от этого заявления продлился всего несколько часов: после встречи с генсеком НАТО Йенсом Столтенбергом и шведским премьером Ульфом Кристерссоном Эрдоган согласился приложить все усилия, чтобы как можно скорее принять Швецию в альянс. Похоже, что своими высказываниями, в том числе о вступлении Турции в ЕС, Эрдоган «повышал ставки» перед переговорами. И эти ставки сработали.

Самолеты вместо членства

В соответствии с внутренним документом дипломатической службы ЕС, который видели журналисты Politico, перспектива вступления Турции в Евросоюз, как и десять лет назад, рассматривается как нереальная. Тем не менее Турция — важный игрок в регионе, с которым нужно поддерживать хорошие отношения, а значит, взаимодействие по сближению с ЕС следует возобновить.

В частности, речь идет о реформировании таможенного союза ЕС — Турция, который был заключен в 1990-х годах и нуждается в адаптации к текущим экономическим реалиям, а также об облегчении визового режима для турецких граждан. Учитывая, что через несколько месяцев Эрдогану предстоит провести свою партию через муниципальные выборы в крупнейших городах Анкаре и Стамбуле, где традиционно сильна проевропейская оппозиция и посты мэров сейчас принадлежат ей, сближение с ЕС может стать хорошим подспорьем для заигрывания с этим электоратом.

Другой внешнеполитической задачей, для которой всё еще подходит «шведский рычаг» Эрдогана, остается закупка истребителей F-16 в США.

Сделка о покупке 40 самолетов и 79 комплектов для модернизации уже имеющихся истребителей застопорилась еще в 2021 году. Инициативу блокировал Комитет по внешней политике Сената США под руководством демократа Боба Менендеса.

В качестве причин этой задержки указывается несколько факторов. Во-первых, эта сделка может нарушить региональный баланс сил между Турцией и другим союзником по НАТО — Грецией: отношения между двумя странами никогда не были на высоте, а с приходом к власти Эрдогана всё чаще обостряются.

А что там за напряженность между Грецией и Турцией?

Исторически отношения между Турцией и Грецией всегда были напряженными. Современная история Греции в XIX веке начинается с войны за независимость против Османской империи — предтечи Турецкой Республики. В XX веке Греция и Османская империя сначала были противниками в ходе Первой балканской войны, а затем, уже после создания Турецкой Республики, по результатам Лозаннского договора две страны провели взаимную депортацию мусульманского и христианского населения. Это переселение до сих пор является исторической травмой для каждой из стран.

К этому и без того разрушительному опыту отношений добавился конфликт на Кипре между греческими и турецкими жителями острова во второй половине XX века. Конфликт до сих пор до конца не урегулирован, хоть и не находится в фазе вооруженного противостояния: сейчас территория острова разделена между этнически греческой Республикой Кипр и частично признанной Турецкой республикой Северного Кипра.

Наконец, две страны находятся в постоянном дипломатическом противостоянии вокруг территориальных вод в Эгейском море — территориальные воды Греции вокруг островов пересекаются с турецкой зоной вокруг побережья Анатолии.

Во-вторых, у сенаторов вызывает вопросы ситуация с правами человека и демократическими институтами в Турции. После попытки государственного переворота в 2016 году режим Эрдогана развернул масштабную репрессивную кампанию. Прежде всего она коснулась сторонников исламского проповедника Фетхуллаха Гюллена, независимых СМИ, а также военных, пытавшихся свергнуть Эрдогана.

Несмотря на то, что Эрдоган неоднократно заявлял, что не стоит рассматривать вопрос вступления Швеции в НАТО и закупку истребителей как связанные процессы, именно после заявлений на саммите альянса в Вильнюсе сделка приблизилась к осуществлению. Десятого июля, когда Эрдоган в конечном итоге согласился принять Швецию в НАТО, Менендес отметил, что возобновил переговоры с администрацией Байдена о продаже самолетов, а уже на следующей день советник президента США по вопросам национальной безопасности Джейк Салливан заявил о продвижении в заключении сделки.

После саммита НАТО Эрдоган заявил, что определение повестки для турецкого меджлиса, который должен ратифицировать протокол о вступлении Швеции, не входит в его полномочия, но это, вероятно, произойдет с началом новой парламентской сессии — то есть не раньше сентября. Несмотря на то, что голосование в парламенте Турции, видимо, все-таки состоится, до сентября у Эрдогана могут появиться и новые требования.

«Аппетит приходит во время еды», — комментирует для «Новой-Европа» перспективы переговорного процесса Турции с Западом Кемаль Киришчи, старший эксперт турецкого направления центра Brookings. Эрдоган считает, что успешно пользуется зависимостью Запада от Турции для своих внешне- и внутриполитических целей, отмечает эксперт. Вполне вероятно, что, показав свою успешность, такая политика будет продолжена.

В частности, можно ожидать такого же торга вокруг ЗРК С-400, которые Россия поставила Турции в 2019 году. Тогда это решение привело к тому, что США исключили Турцию из программы поставок новейших самолетов F-35. После начала войны западные союзники неоднократно призывали Турцию передать комплексы Украине. Несмотря на формальные отказы это сделать, Турция одновременно разрабатывала собственные системы ЗРК, и, по заявлениям военных промышленников, скоро они смогут заменить российские аналоги. В таком случае российские С-400 станут не уязвимым местом Турции в силовых играх с Западом, а, наоборот, активом.

Украинский вопрос

Похожим образом Эрдоган продолжил вести политику лавирования в контексте войны в Украине. Роль нейтрального игрока, который при этом преследует собственные цели, в противостоянии России и Украины была выбрана Турецкой Республикой с самого начала полномасштабного вторжения.

С одной стороны, турецкий режим продолжал реализацию партнерских проектов с Россией, как, например, строительство АЭС «Аккую» совместно с Росатомом. С другой стороны, Эрдоган не мешал турецким компаниям, таким как «Байкар», поставлять вооружение в Украину. Кроме того, Турция, по крайней мере по заявлениям официальных лиц, прекратила теневой экспорт санкционных европейских и американских товаров в Россию через свою территорию.

Наконец, с начала полномасштабной войны Эрдоган пытался выступать в качестве посредника между воюющими сторонами. Так, в 2022 году переговоры между Украиной и Россией проходили в Анталье и в Стамбуле. Кроме этого, Турция является важным участником так называемой зерновой сделки — Черноморской инициативы по облегчению экспорта украинского зерна при участии ООН, Украины и России.

Эрдоган продолжил вести такую политику и после выборов, и даже еще более активно. Седьмого июля, накануне саммита НАТО, Эрдоган встретился с президентом Зеленским в Стамбуле. Результатом встречи стало то, что лидер Турции поддержал вступление Украины в НАТО. Кроме этого, вместе с Зеленским из Стамбула в Украину вернулись пять командиров батальона «Азов», которые принимали участие в обороне Мариуполя и по договоренности с Россией должны были оставаться в Турции до окончания войны. Это разозлило российскую сторону: Дмитрий Песков заявил, что Турция и Украина нарушили ранее заключенные соглашения.

Этот выпад, однако, не помешал Эрдогану во время той же встречи с Зеленским анонсировать визит в Турцию Владимира Путина в августе. Дмитрий Песков отметил, что встреча возможна, но о точной дате пока рано говорить. Учитывая, что Владимир Путин почти не покидает Россию после начала войны, совершенно необязательно, что встреча вообще состоится.

Как отметил президент Турции, основным пунктом повестки встречи с Путиным должно было стать продление «зерновой сделки». 14 июля Эрдоган заявил, что Путин уже согласился на продление, что не нашло подтверждения с российской стороны, а 17 июля Россия и вовсе решила, что останавливает весь процесс по зерну и больше не гарантирует безопасность судоходства. Другим пунктом повестки, как отмечал Эрдоган, может стать уже состоявшаяся отправка азовцев на родину, а также закупка Турцией самолетов-амфибий для тушения лесных пожаров.

Обсуждение этих пунктов, однако, не требует встречи двух президентов, особенно в условиях, когда одна из сторон участвует в войне.

Куда более вероятно, в рамках визита Путина ему будет предоставлена возможность сделать новые предложения для Турции, чтобы сохранить ее нейтралитет, а иначе говоря, угодить Эрдогану.

Кроме этого, напоминает Киришчи, «заигрывание с Путиным» — это всего лишь еще один способ усиления позиций Эрдогана в противостоянии с Западом. Особенно это важно, подчеркивает эксперт, на фоне ослабления Путина из-за безуспешной войны и недавней попытки военного мятежа. Поэтому в данном случае Эрдоган просто использует Путина для достижения своих целей в отношениях с Западом, которые для Турции куда важнее, чем отношения с Россией. И это не стоит рассматривать как принятие стороны России — Эрдоган точно так же заигрывал с Китаем и даже с Израилем. Это стиль его внешней политики, и вряд ли Эрдоган ему изменит.