Оригинал материала
"Семья угрожала убийством". Кадыровцы похитили бежавшую от насилия чеченку
Сотрудники полиции Санкт-Петербурга совместно с силовиками из Чечни задержали 23 августа Седу Сулейманову. Около года назад она сбежала от религиозного давления семьи и, опасаясь "убийства чести", покинула республику. Девушку формально обвинили в краже и в сопровождении правоохранителей посадили на самолет в Грозный. Это не первый случай, когда кадыровцы с помощью фиктивных обвинений возвращают беглянок в республику, указывают правозащитники.
Почти год свободы
Семья 26-летней Седы строго придерживается религиозных правил. Ее заставляли носить хиджаб, делать намаз и вести традиционный образ жизни, устои которого она не разделяла. За отказ угрожали "убийством чести", рассказывает пресс-секретарь "СК SOS" Александра Мирошникова.
Прошлой осенью Сулейманова обратилась к правозащитникам, которые помогли ей уехать из республики. В январе она нашла работу в кофейне и решила остаться в Санкт-Петербурге. У девушки начались отношения с молодым человеком. После этого за ней приехал брат, который нашел ее место работы и стал требовать возвращения домой.
"В момент разговора с братом в кофейню, где работала Седа, пришел посетитель и брат ненадолго оставил их, – продолжает Мирошникова. Тогда Седа сбежала через другой выход. Она выкинула сим-карту, сменила работу и квартиру, но осталась в Питере".
Ее парня Станислава Кудрявцева 23 августа остановили у подъезда шестеро полицейских в штатском – двое местных оперативных сотрудников МВД и четверо из Чечни. Они хотели забрать его в отдел. По его словам, ему даже не дали возможности предупредить Седу по телефону.
"Подошли чеченцы и сказали: "Ты знаешь, кого ищем". И показали распечатку фото Седы с записи камеры видеонаблюдения. Вариантов не открывать дверь просто не было", – рассказывает сам Кудрявцев.
Отмашку на подобную практику дает Москва
В итоге девушку забрали в отдел полиции в Санкт-Петербурге по подозрению в краже украшений на 150 тысяч рублей. Она отрицает обвинение. Позже питерские полицейские передали ее чеченским коллегам и те увезли ее в аэропорт "Пулково" на рейс в Грозный, добавляет собеседник.
По словам Кудрявцева Седа много читала, любила образовательные видео и хорошо рисовала: "Все было так хорошо, она начала забывать об угрозах. С момента приезда она очень изменилась – стала веселее, прошел стресс".
Если появится видео, на котором Седа говорит о желании жить по правилам традиционного общества в Чечне, верить ему нельзя, уверен он.
Розыск как повод
МВД по Чечне уже использовало возбуждение уголовных дел для задержания и доставления в республику жертв домашнего насилия или пыток.
Еще 12 июня в столичном аэропорту "Внуково" при попытке вылететь из России была задержана 20-летняя Селима Исмаилова. Ранее она рассказала правозащитникам о домашнем насилии и угрозах со стороны отца. Как и в случае с Седой Сулеймановой, основанием стало формальное подозрение в краже – ее родственники заявили об этом в правоохранительные органы.
Спустя три недели после похищения девушку показали на чеченском государственном телеканале. Над Исмаиловой и "ее мышлением проработали психологи", а правозащитники, которые помогали ей бежать, якобы являются "агентами Запада" и пытались дискредитировать Северный Кавказ, сказал встретившийся с ней уполномоченный по правам человека в Чечне Мансур Солтаев.
Летом 2019 года от семьи сбежала 20-летняя жительница Чечни Заира Сугаипова – родные угрожали против воли выдать ее замуж. Несколько дней Сугаипова скрывалась в кризисном центре "Китеж" в Москве, но семья выследила ее и насильно вернула в республику. Вскоре ЧГТРК "Грозный" показал сюжет, в котором Заура отрицала насилие и говорила, что сбежать из дома ее "подбили феминистки".
Полицейские участвуют в этих делах, явно выходя за пределы своих полномочий
В ночь на 16 февраля этого года в московском аэропорту задержали и передали чеченским полицейским гея Идриса Арсамикова, который после пыток кадыровцами покинул Россию. Он получил статус беженца в Нидерландах, но вернулся на родину на похороны отца.
Основанием для задержания стала некая "ориентировка", хотя после возвращения в республику Арсамиков прожил там около года и вопросов к нему у правоохранителей не было. После доставления в республику он записал видео, в котором попросил правозащитников оставить его в покое и заявил о намерении жениться, а также отсутствии угроз со стороны властей Чечни.
Летом 2021 года из Грозного в Махачкалу в кризисную квартиру для жертв домашнего насилия сбежала 22-летняя чеченка Халимат Тарамова. Перед этим её на три месяца помещали для "лечения" гомосексуальности в подмосковную клинику Invia Elite, а также "изгоняли джинна", читая над ней Коран.
Чеченские силовики нашли беглянку в шелтере и увезли обратно к родственникам. Помощь им оказывала дагестанская полиция.
Позже Халимат появилась на телевидении в хиджабе, где на камеру извинилась и сказала, что ее побег был "помутнением". С тех пор о ее судьбе ничего не известно. Примечательно, что она оказалась дочерью приближенного к главе республики Рамзану Кадырову бизнесмена Аюба Тарамова.
Отмашка из Кремля?
Практика использования уголовных дел для задержания беглецов встречается все чаще, отмечает руководитель правозащитной организации "Команда против пыток" Сергей Бабинец.
Даже при наличии хороших адвокатов, оставаясь в России они не в безопасности
"Молодые люди бегут от домашнего насилия, угроз родственников и понимают, что за нарушение укоренившихся в их обществе правил могут быть жестоко наказаны, – продолжает правозащитник. – Полицейские участвуют в этих делах, явно выходя за пределы своих полномочий".
Бабинец добавил, что не знает ни одного случая привлечения к ответственности северокавказских силовиков, которые приезжают в другой регион и фактически похищают человека.
"А затем появляются видео, на которых похищенные приносят извинения или говорят, что счастливы жить в семье. Их побег преподносится как заблуждение или позор, – объясняет собеседник. – Формируется представление, что даже не стоит пытаться бежать. Поэтому тем, кто хочет спастись от домашнего насилия нужно сразу уезжать как можно дальше. Туда, где чеченские силовики их не достанут".
Предполагаю, что количество подобных похищений намного больше того, что мы знаем, обращает внимание сотрудница Центра защиты пострадавших от домашнего насилия Софья Русова. Девушки пытаются самостоятельно, без обращения к правозащитникам выбраться из ситуации домашнего насилия. И не всегда их истории становятся публичными.
"На эти случаи реагируют правозащитники, которые пытаются сопровождать на разных этапах жертв домашнего насилия. Но сейчас главным и эффективным методом защиты оказалась только эмиграция, – уверена правозащитница. – Даже при наличии хороших адвокатов, продуманной стратегии защиты, оставаясь в России, они не в безопасности. Особенно если истории касаются республик Северного Кавказа, где сильны патриархальные установки, а у многих семей есть связи с силовиками".
Руководство силовых ведомств не реагирует на подобные злоупотребления чеченскими силовиками возбуждением уголовных дел, хотя это стало распространенной практикой, продолжает она.
"На уровне Российской Федерации силовики не готовы защищать права женщин, защищая их в том числе от убийств. После похищения многих девушек мы ничего не знаем о их дальнейшей судьбе", – добавляет собеседница.
Практика, когда силовики заводят фиктивные уголовные дела, по которым могут совершенно официально задержать любого человека, удобна государству, отмечает основательница проекта помощи жертвам домашнего насилия "Марем" Светлана Анохина.
"На самом деле это не полномочия Кадырова, отмашку на подобную практику дает Москва. Так что это не чеченские практики распространяются, а Кремль продвигает их в Чечне, отрабатывая методы преследования всех несогласных и неугодных – похищения, фиктивные уголовные дела, последующие извинения на камеру", – заключила Анохина.
- Домашнее насилие – одна из главных и системных проблем Северного Кавказа. Местные жительницы подвергаются ему со стороны мужей и других членов семьи. Как правило, полиция игнорирует такие преступления, а в случае возбуждения уголовных дел суды выносят минимальные наказания.
- Исследование "убийств чести" на Северном Кавказе проекта "Правовая инициатива" показало, что с 2008 по 2017 годы в результате этой практики погибли 39 человек, только трое из них мужчины. Согласно данным правозащитников, жертвами становятся преимущественно молодые незамужние девушки, либо разведенные, реже – замужние женщины. Убийцы – их отцы, братья, мужья, дяди, отчимы.
- Домашнее насилие на Северном Кавказе имеет свою специфику: в местных обществах избиения жен мужьями открыто не порицаются, в праве на воспитание детей после развода матерям отказывают, ссылаясь на традиции и даже суды, а сбежавших от тирании девушек возвращают домой с помощью полиции. Корреспондент сайта Кавказ.Реалии поговорила с тремя жертвами домашнего насилия, которые были вынуждены бежать из страны, а также с правозащитницей и юристом – о том, существуют ли механизмы защиты своих прав, кроме бегства.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить