Оригинал материала
Россия пытается отправить на войну с Украиной как можно больше мигрантов из Центральной Азии — в обмен на гражданство или «в довесок» к нему
Что об этом думают мигранты? Репортаж The Beet
В середине сентября, за неделю до годовщины начала мобилизации в России, Владимир Путин объявил, что в 2023 году уже 300 тысяч добровольцев подписали контракт с Минобороны. Столько же, по официальным данным, было мобилизовано с 21 сентября по 29 октября 2022-го. Но набор «добровольцев» — не единственная стратегия, к которой прибегают российские власти, чтобы продолжать отправлять людей на войну в Украину. В последние месяцы они также уделяют все больше внимания выходцам из Центральной Азии. Одним обещают ускоренное получение гражданства в обмен на подписание контракта; других — уже получивших российский паспорт — насильно гонят в военкоматы и грозятся депортировать за уклонение от мобилизации. Журналист Шер Хашимов для рассылки The Beet выяснил, что об угрозе отправки на фронт думают сами мигранты и их близкие.
Этот репортаж написан специально для рассылки англоязычной редакции «Медузы» The Beet. Каждый четверг подписчики The Beet получают один материал, исследующий большой регион от Будапешта до Бишкека. Подписаться на The Beet можно на этой странице или в форме в конце этого материала.
«У меня два сына в России. Старший — предприниматель, а младший — студент», — рассказывает Наргиз. Мать молодых людей живет в городке Айни на северо-западе Таджикистана.
Наргиз говорит негромко, чтобы поздним воскресным вечером не разбудить спящих членов семьи. В голосе слышны гордость и страх за сыновей. Решение отпустить детей в Россию далось ей с трудом, и Наргиз до сих пор не уверена, что поступила правильно. Ее муж исчез в России в конце двухтысячных, когда отправился туда в поисках работы. Из соображений безопасности Наргиз попросила The Beet не упоминать имена сыновей.
«Было так тяжело слышать о травле, о плохом отношении, с которым они сталкивались годами, — говорит она. — После того как началось [российское вторжение в Украину], они рассказывали мне про объявления, которые стали видеть вокруг [с обещаниями упрощенного получения гражданства РФ], и я умоляла их не делать глупостей». Наргиз берет паузу и добавляет: «Я продолжаю спрашивать себя, было ли решение [разрешить им остаться в России] плохим и могут ли мои дети исчезнуть, как это случилось с их отцом».
* * *
У Наргиз, как и у несчетного количества других родителей по всей Центральной Азии, есть все основания переживать за своих сыновей в нынешней России.
С середины августа полиция устраивала рейды по всей стране, задерживая сотни трудовых мигрантов, — и целью этих мероприятий, судя по всему, чаще всего были мужчины, которые недавно получили российское гражданство, но не встали на воинский учет. По сообщениям СМИ, полицейские выдавали повестки на месте или насильно увозили мужчин в военкоматы. Там они сталкивались с угрозой присоединиться ко множеству других мигрантов из Центральной Азии, уже работающих на аннексированных Россией территориях Украины или воюющих на фронте.
«Полицейские пришли и потребовали от всех показать документы. Мои в порядке, но я испугался — в [общении с российской полицией] нет ничего приятного», — говорит Болот, молодой трудовой мигрант из Кыргызстана.
Имена всех трудовых мигрантов в этом тексте были изменены из соображений безопасности.
Полиция провела рейд на китайском рынке в Челябинске, где работал Болот. «Несколько парней получили повестки, а троих или, может, четверых насильно увели [в военкомат], — вспоминает он. — Из наших групповых чатов [для трудовых мигрантов из Центральной Азии] я узнал, что такие же рейды были в других городах, людей увозили на призывные пункты».
Рейды на предприятия, где работают трудовые мигранты, — привычное дело в России. Но если обычно они призваны продемонстрировать якобы эффективную борьбу властей с преступностью и незаконной миграцией, то последняя волна, судя по всему, была нацелена на пополнение Вооруженных сил РФ.
«Власти оправдывают рейды тем, что, став гражданами России, мигранты забывают встать на воинский учет. Якобы так силовики помогают новым гражданам „исполнить свой долг“, — говорит адвокат правозащитного проекта „Первый отдел“ Валерия Ветошкина. — Это очередная волна репрессий, направленная на увеличение числа тех, кого можно призвать в ближайшую осеннюю кампанию».
«Забирайте их насильно»
Недавние заявления представителей российских властей скорее подтверждают подозрения Валерии Ветошкиной.
28 августа депутат Госдумы от КПРФ Михаил Матвеев внес законопроект, который позволит лишать гражданства натурализованных россиян, если те уклоняются от мобилизации или не встают в срок на воинский учет. «На практике уроженцы иностранных государств, получившие гражданство РФ, зачастую уклоняются от постановки на воинский учет, игнорируя тот факт, что гражданство дает не только права, но и соответствующие обязанности», — говорится в пояснительной записке к законопроекту.
Ранее Матвеев предлагал не только лишать людей приобретенного гражданства за уклонение от воинской обязанности, но и выдворять их [из России и депортировать] в «страну, откуда такой „недогражданин“ прибыл», а также лишать российского гражданства членов их семей. Эти драконовские меры в законопроект в итоге не вошли.
Конституция России не делает различий между теми, кто получил гражданство по праву рождения, и теми, кто приобрел его, и напрямую запрещает лишение гражданства. Тем не менее нынешний закон «О гражданстве» предусматривает несколько причин, по которым приобретенное гражданство можно отобрать: как наказание за преступления, связанные с терроризмом и экстремизмом, или — по итогу недавно принятых поправок — за «дискредитацию» Вооруженных сил РФ, «фейки» об армии и по некоторым другим основаниям.
Глава Совета по правам человека при президенте РФ Валерий Фадеев предлагал синхронизировать выдачу паспортов новым гражданам с постановкой их на воинский учет. «Как это сделать формально, пусть соответствующие службы решают. Мы готовы принять участие в продумывании формальной процедуры синхронизации этих двух актов», — сказал Фадеев. Первый заместитель председателя комитета Государственной думы по обороне Алексей Журавлев, член фракции ЛДПР, пошел еще дальше и предложил «забирать насильно» новоиспеченных граждан России, вместо того чтобы уговаривать их встать на воинский учет.
Сообщества мигрантов, живущих в России, уже ощущают отголоски этих изменений в официальной риторике.
«Я получил сообщение от знакомого таджика из Санкт-Петербурга, он написал, что его насильно забирают в военкомат», — говорит Муборис, повар из Таджикистана, живущий в Москве. Скучая по своей большой семье в Исфаре, он поддерживает связь с десятками земляков по всей России, особенно с теми, кто приехал с севера Таджикистана. Муборис продолжает: «[Знакомый] сказал, что попал под рейд и не знает, что делать. Потом он перестал отвечать на мои сообщения».
В результате вышеупомянутого двухдневного рейда на софийской овощебазе на юге Санкт-Петербурга, который прошел в середине августа, больше сотни мигрантов, недавно получивших российские паспорта, увезли в районный военкомат. Похожие рейды прошли в Белгороде, Чебоксарах и Новочебоксарске, Кургане, Краснодаре и Красноярске. В каждом из городов на воинский учет заставили встать десятки мигрантов.
«Я еще не слышал о таких рейдах в Москве, но у меня есть [российское] гражданство, и я переживаю. Они могут прийти за мной по месту жительства», — говорит Муборис.
«Как-то утром я вел детей в садик, когда подошли двое мужчин, поджидавшие возле нашего подъезда, попросили показать документы и сказали мне пойти в местный военкомат», — вспоминает Ахмад, поставщик продовольствия из Узбекистана. Ахмад живет в России больше 15 лет и даже перевез туда свою семью, но не подал документы на гражданство. «Оказалось, что есть таджик с российским гражданством с тем же именем и годом рождения, что и у меня, — продолжает он. — Мне пришлось доказывать [сотрудникам военкомата], что это ошибка и я не тот, кто им нужен. Они не вели себя грубо или еще как-то, просто продержали меня в военкомате какое-то время и потом отпустили».
Бумаги и проблемы
Российское гражданство, как правило, — ценное приобретение для мигрантов из экономически стагнирующих стран Центральной Азии. Не имея возможности найти источник хорошего заработка на родине, такие люди отправляются в Россию в поисках работы и более высоких доходов. В последние годы денежные переводы (в основном из России) составляли эквивалент трети ВВП Таджикистана и четверти ВВП Кыргызстана (хотя на второй год полномасштабной войны произошло значительное падение переводов).
По данным МВД РФ, трудовая миграция из Центральной Азии достигла пятилетнего пика в 2022 году, когда 978 тысяч киргизов, 3,5 миллиона таджиков и 5,8 миллиона узбеков приехали в Россию в поисках работы (некоторых людей в этой статистике, скорее всего, посчитали дважды, так как она отражает общее количество зарегистрированных пересечений границы).
Но хотя Россия остается популярным направлением, мигранты сталкиваются в стране с проблемами — от безжалостной бюрократии и воровства зарплаты до ежедневного притеснения, дискриминации и даже угроз жизни и здоровью от силовиков и агрессивно настроенных граждан.
«Не существует единого опыта мигранта из Центральной Азии, но есть много общих трудностей, связанных с поиском жилья, работы, медицинской помощи, получением зарплаты. Есть и юридические трудности, связанные с получением нужных документов и поддержанием их в порядке», — объясняет Каресс Шенк, доцент кафедры политологии «Назарбаев-университета», которая изучает политику миграции в Евразии.
Российское гражданство может защитить от некоторых из этих повседневных проблем. Среди прочего можно больше не собирать «тонну взаимосвязанных документов, которые нужны мигранту, чтобы не нарушать закон», говорит Шенк. «Однако гражданство не решает проблемы, связанные с дискриминацией, с которой сталкиваются как мигранты, так и многие неславянские народы, живущие внутри России», — добавляет она.
По официальной статистике, в 2022 году российское гражданство получили больше 174 тысяч таджиков, 23 тысячи киргизов и 27 тысяч узбеков. Некоторые даже платили десятки тысяч рублей посредникам, которые подделывают документы и дают взятки от лица «клиентов». Это ставит получателя паспорта, который может не знать о поддельных бумагах, под угрозу лишения гражданства.
Шенк говорит, что некоторые мигранты, с которыми она разговаривала в рамках исследовательской работы, теперь относятся к российскому гражданству как к невыгодному активу: «Многие киргизы, которые получили двойное гражданство, начали переживать, что их призовут в армию, — когда они только получали российский паспорт, такие мысли им не приходили».
«Добровольная» служба
У России давняя история привлечения иностранцев к военным конфликтам за пределами страны. Право иностранных граждан подписывать контракт с вооруженными силами появилось в законодательстве в 2003 году. К 2008-му, когда Россия вторглась в Грузию, количество иностранцев — по большей части узбеков и таджиков — на контрактной службе в России достигло 295. В 2015-м, когда Россия вмешалась в гражданскую войну в Сирии, Владимир Путин подписал указ, разрешающий контрактникам-иностранцам служить «в условиях вооруженных конфликтов».
Пока российские войска пытались добиться хоть каких-то успехов в Украине в 2022 году, Путин подписал еще один указ, упрощающий получение гражданства для иностранных военных, которые заключили контракт на год службы и больше. Затем вербовщики начали обращаться к заключенным из Центральной Азии, отбывающим сроки в российских колониях, а также давить на мигрантов из Центральной Азии и других регионов, чтобы те пошли на войну в обмен на ускоренное вхождение в гражданство.
«Трудовые мигранты постоянно обращаются [за помощью], потому что их, не являющихся гражданами, заставляют подписывать контракты на „добровольную“ военную службу, когда они обращаются за любыми документами, от рабочих патентов до видов на жительство», — подчеркивает правозащитница Валентина Чупик, директор организации Tong Jahoni, помогающей мигрантам.
«Трудовые мигранты в России — это большая и уязвимая группа, которую страна всегда использует в своих целях. И у российских властей есть несколько вариантов, как накормить ими свою армию, — говорит Темур Умаров, аналитик Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии. — Это в первую очередь касается тех, кто находится в заключении в России. Их насильно отправляют на войну в Украину».
Расследования Kloop и «Радио Азаттык» показали, что сотни мигрантов из Центральной Азии отправили работать на территории Украины, оккупированные российскими войсками. «Русская служба Би-би-си» сообщала, что как минимум 93 гражданина стран Центральной Азии (19 из Кыргызстана, 34 из Узбекистана и 40 из Таджикистана) погибли, воюя на стороне России. Однако из-за того, что Россия аккуратно скрывает не только свои потери, но и количество и демографию частей, воюющих в Украине, реальное количество погибших остается неизвестным.
«Я думаю, что масштаб насильного призыва выходцев из Центральной Азии, получивших российское гражданство, будет увеличиваться, — предупреждает Умаров. — Российские ресурсы истощаются, власти, вероятно, не рискнут проводить всеобщую мобилизацию, и еще требуется избегать любой формы паники в обществе. Так что на рабочих мигрантов — наименее защищенную группу в России — ляжет вся тяжесть войны».
Валерия Ветошкина из «Первого отдела» соглашается: «Я думаю, что рост масштабов рейдов вполне вероятен, потому что количество мигрантов, получающих российское гражданство, только растет, что означает, что растет и потенциальное число солдат».
* * *
Из разговора с Наргиз понятно, что увидеть своих сыновей призванными в российскую армию — последнее, чего она бы хотела. «Мои мальчики поехали в Россию за лучшей жизнью, и я просто хочу, чтобы они оставались в безопасности, — говорит она. — Конечно, они должны соблюдать законы страны, которая их приняла, но разве обязательно, чтобы моих сыновей отправляли на смерть?»
Но другие источники, с которыми поговорил корреспондент The Beet, не ставят под вопрос легитимность давления российских властей на мигрантов. «Таково действующее законодательство: ты должен идти служить [в армию], если у тебя есть гражданство», — говорит Болот.
Ахмад выражается еще ярче: «Каждый должен служить своей стране вне зависимости от того, что он думает про [текущий] конфликт. Если кто-нибудь завтра нападет на Узбекистан, я пойду воевать за свою родину. Вместе с гражданством приходит и ответственность».
Но на вопрос, почему после 15 лет жизни и работы в России он не подал документы на гражданство, Ахмад лишь ответил: «Я просто этого не хочу».
Автор: Шер Хашимов для The Beet
Редактор: Айлиш Харт