Российский ВПК продолжил получать немецкие станки после начала войны

Один из крупнейших в мире производителей станков немецко-японская компания DMG MORI, объявившая после начала войны об уходе из России, продолжает помогать российскому военно-промышленному комплексу, выяснило «Агентство». Сохранить бизнес в России вопреки санкциям компании помогли номиналы, а также российский менеджер, чья семья публично осуждала войну.

Короткая версия

Article in English

Как DMG MORI оказалась в России? Компания открыла станкостроительный завод в Ульяновске в 2015 году, причем на торжественной церемонии присутствовали секретарь Совбеза Николай Патрушев и немецкий посол Рюдигер фон Фрич.

• Несмотря на то, что к тому моменту санкции ЕС запретили поставлять оборудование и технологии для военно-промышленного комплекса России, заказчиком ульяновского завода назывался именно российский ВПК — госкорпорация «Ростех», в частности подконтрольные ей «Объединенная авиастроительная корпорация» и «Объединенная двигателестроительная корпорация» (выпускают двигатели для ракет и военной авиации, а также самолеты «Су», «МиГ» и «Ил»).
• России этот завод был важен, поскольку отечественные компании не производят современные станки в нужных количествах. Журнал «Эксперт» в 2022 году назвал ульяновский завод немецко-японского концерна ведущим российским станкостроительным предприятием.

Как DMG MORI осталась в России? Практически сразу после начала полномасштабной войны, 14 марта 2022 года, компания объявила об уходе из России и остановке работы станкостроительного завода в Ульяновске. Однако ничего этого не произошло, выяснило «Агентство».

• Как видно в реестре юридических лиц, оба российских юрлица DMG MORI — ООО «ДМГ МОРИ РУС» и ООО «Ульяновский станкостроительный завод» – продолжают деятельность в России, не сменив собственников. У обеих компаний по-прежнему есть выручка, хоть она и снизилась в 2022 году на 50%. Есть у компаний и сотрудники — на конец 2022 года их было 92. Обеими компаниями сейчас руководит Андрей Соколов, он же сотрудник головной компании DMG MORI в Германии.
• Источник «Агентства», близкий к российскому руководству компании, подтверждает, что после начала войны она продолжила работать и приступила к сборке как минимум 200 станков — комплектующие для них были на заводе на момент заявления об остановке работы.
• В пользу продолжения деятельности компании говорит и то, что после марта 2022 российские юрлица стали получать комплектующие и станки через Азию. Как следует базы таможенных деклараций ImportGenius, с марта 2022 года ульяновский завод получил комплектующих на 261 тысячу долларов от индийских компаний. А «ДМГ МОРИ РУС» закупила на 195 тысяч долларов у китайской структуры станки неизвестного производства.

Как DMG MORI продает станки военным заводам? «Агентство» выяснило, как именно DMG MORI сейчас продает свои станки – это делается не напрямую, а через связанные с ней компании. Речь идет об ООО «Сервис Про» и ООО «Сервис Плюс» – сертифицированных партнеров DMG MORI. Обе связаны с Соколовым. До августа 2023 года ООО «Сервис Про» владела 1% компании ООО «ПАРС», где 99% принадлежит Наталье Соколовой, супруге Андрея Соколова. Согласно документам, которые имеются в распоряжении «Агентства», в 2022 году Наталья Соколова также получала зарплату в компании ООО «Сервис Про». «Агентство» также располагает свидетельствами и документами, которые подтверждают, что фактическим управлением компаний занимается именно Соколов. Еще одна компания, занимающаяся сбытом станков, – ООО «Дм Технолоджис» – создана бывшим директором по продажам «ДМГ МОРИ Рус» Рустамом Аляутдиновым.

• «Агентство» изучило финансовую отчетность всех трех компаний и обнаружило, что они действительно активно продают станки DMG MORI российскому ВПК и компаниям, находящимся под западными санкциями. Вот как это происходит:
• Вскоре после начала войны, в июне 2022 года, «Сервис Про» заключила договор на поставку оборудования и пусконаладочные работы с компанией АО «Финвал Энерго» на 962 млн рублей. Клиенты АО «Финвал Энерго» – военно-промышленные заводы, входящие в «Ростех»: АО «ММП имени В.В. Чернышева», АО «Станкотех», Уфимское моторостроительное производственное объединение, АО «218 Авиационный ремонтный завод». В августе 2022 года АО «Финвал Энерго» получила окончательный платеж за поставку станка модели CTX gamma 1250 от АО «ММП имени В.В. Чернышева», а в декабре ей перечислили деньги за станок модели DMС 635 V ecoline, который был поставлен для АО «ОДК-СТАР».
• «Сервис Про» в 2022 году занималась обслуживанием и ремонтом станков, которые уже были установлены на военных заводах. Это были предприятия госкорпораций «Ростех», «Тактическое ракетное вооружение», «Алмаз-Антей». Из отчетности также видно, что «Сервис Про» закупила оборудование на 21 млн рублей у китайской компании, которая поставила станок «ДМГ МОРИ РУС».
• «Дм Технолоджис» в 2022 году купила у «ДМГ МОРИ РУС» станков на 520 млн рублей. Часть из них (на 314 млн) она продала тому же «Сервис Про», а часть (стоимостью 209 млн) ООО «МПИ-Волна». К тому моменту эта компания уже находилась под санкциями Европейского союза и Японии. Точных обоснований при введении санкций не называлось, но связанное с компанией ООО «Машприборинторг-Волна», которое также попало под санкции, занималось поставками оборудования для ПАО «Яковлев» (ранее имело название ПАО «Иркут») и для Главного военно-строительного управления №12.

Позиция компании и ее руководства. Формально семья главы российских юрлиц DMG MORI осуждает войну. В 2022 году Наталья и Андрей Соколовы получили израильское гражданство, сменили фамилию на Голдман и с лета 2022 года проживают в Берлине. В феврале 2023 года Наталья Голдман дала интервью немецкой газете Tagesspiegel, где рассказала, что они с мужем придерживались оппозиционных взглядов, война для них стала шоком и она умоляла мужа в марте 2022 не ходить на протесты. Тем не менее, сейчас Андрей Соколов-Голдман продолжает руководить «Ульяновским станкостроительным заводом» и «ДМГ МОРИ РУС». Наталья Соколова-Голдман владеет долей в компании ООО «Фишер Шпиндель Технолоджи», которая занимается ремонтом станков DMG, установленных на военных заводах.

• В разговоре с «Агентством» Андрей Соколов подтвердил, что уехал в Германию и работает в немецкой компании DMG MORI, на дальнейшие вопросы он отказался отвечать, сославшись корпоративные правила. Рустам Аляутдинов, владелец и директор «Дм Технолоджис», а также Александра Яковлева, директор и формальный владелец «Сервис Про», вопросы «Агентства» проигнорировали.
• В DMG MORI не ответили на вопросы «Агентства». Но еще весной 2023 года компания заявляла Financial Times о хищении своих станков, давая понять, что не имеют отношения к продолжению производства. Тогда же компания заявляла, что разрабатывает систему слежения и удаленного отключения станков в случае, если они начнут использоваться для производства оружия.
• 20 сентября 2023 года власти Украины внесли компанию DMG Mori в список «международных спонсоров войны» за продолжение работы в России и поддержку военного потенциала страны.
• Источник «Агентства», близкий к российскому руководству компании, утверждает, что руководство немецко-японской корпорации DMG Mori в курсе ситуации как с поставками станков до февраля 2022 года, так и с продолжением продаж и сервисного обслуживания после официального объявления компании об уходе из России.

Контекст. Как рассказал «Агентству» британский адвокат, партнер Global Diligence Александр Презанти, сам факт, что компания DMG Mori продолжает работать в России после февраля 2022 года, не является нарушением. «Ключевой вопрос: что она делала? – продолжает юрист. – Если “ДМГ МОРИ РУС” остается под контролем DMG MORI и продолжает импортировать товары и технологии конечного военного пользования, то немецкая DMG MORI нарушает регламент. Кроме того, если “ДМГ МОРИ РУС” прямо или косвенно продает свою продукцию организациям, находящимся под санкциями ЕС, то это также является нарушением регламента 269/2014».

• Нарушение санкций в Германии является преступлением. Лицу, уличенному в этом, грозит тюремное заключение на срок от 3 до 10 лет и штраф в размере до 500 000 евро. Компания, признанная виновной в такой деятельности, может быть оштрафована на сумму до 10 миллионов евро.

Авторы: Михаил Маглов, Андрей Затирко

Фактчекинг: Екатерина Резникова