Оригинал материала
"Выгодная Кремлю зависимость": почему регионы Кавказа – всегда в числе бедных
По итогам 2022 года на последнем месте в рейтинге* российских регионов по материальному благополучию снова оказалась Ингушетия. В список аутсайдеров попали еще семь республик Северного Кавказа, которые уже несколько лет не могут улучшить свои позиции. Экономисты, демографы и антикоррупционный специалист рассказали редакции Кавказ.Реалии, с чем связана такая статистика.
Материальное благополучие российских регионов оценивается по стобалльной шкале. Авторы исследования из государственного агентства "РИА Новости" учитывали отношение доходов населения к стоимости фиксированного набора потребительских товаров и услуг (19,8 тысячи рублей в среднем по России. – Прим.), среднемесячный объем вкладов в банках, долю населения с доходами ниже границы бедности, долю семей, которые могут позволить себе ипотеку, и другие факторы.
Ингушетии удалось набрать лишь один из 100 максимальных баллов, республика заняла последнее, 85-е место в рейтинге. На 83-м месте оказалась Карачаево-Черкесия, следом идут Калмыкия (81-е место), Чечня (80-е), Кабардино-Балкария (79-е), Дагестан (77-е), Северная Осетия (73-е) и Ставропольский край (68-е). Если сравнить свежее исследование с данными за 2021 год, можно заметить, что в большинстве регионов благосостояние выросло, однако в Карачаево-Черкесии и Ингушетии показатели оказались еще хуже, чем в предыдущем году.
Региональные чиновники никак не хотят стимулировать труд людей
Не последнее место в бедственном положении экономики в Ингушетии занимает бездействие региональных чиновников, считает доктор экономических наук, профессор Ингушского государственного университета Мурат Булгучев.
"Ингушетия со дня своего образования в 1992 году ежегодно занимает среди субъектов РФ последнее место по науке, экономике, предпринимательству, денежным накоплениям населения, а отсюда происходят все беды. Региональные чиновники никак не хотят стимулировать труд людей… Ингуши хотят работать на государственных предприятиях, так как прекрасно понимают отношение наших чиновников к частному предпринимательству", – сказал профессор в разговоре с корреспондентом Кавказ.Реалии.
Официально в федеральных целевых программах Ингушетию называют регионом с высоким потенциалом для развития туризма. Однако, по словам Булгучева, эти программы в регионе реализуют люди, далекие от менеджмента.
"Развивать в регионах туризм тоже должны исключительно молодые менеджеры. Во всех властных структурах они должны сменить людей, воспитанных и обученных сталинским укладом", – считает ученый.
Самые непрозрачные регионы
В августе Ингушетия, Чечня, Кабардино-Балкария и Северная Осетия также оказались в конце рейтинга по уровню зарплат и безработицы: тогда как в среднем по стране официально зарплата растет, а безработица падает, в этих республиках ситуация развивается наоборот.
В то же время Ингушетия традиционно оказывается на самых высоких местах по уровню занятости населения в неформальном секторе (60%) и по уровню безработицы (27%), напоминает глава организации "Трансперенси Интернешнл – Россия" Илья Шуманов.
"На Северном Кавказе распространены практики, связанные с неформальными взаимоотношениями: неофициальное трудоустройство родственников, терпимое отношение к коррупционным практикам. Например в Чечне на высокие государственные посты устраиваются только родственники Кадырова", – говорит эксперт по антикоррупционным расследованиям.
Шуманов признался – ему трудно представить, что почти 30% жителей Ингушетии действительно являются безработными: "Это аномальное число, оно в пять раз выше, чем в среднем по России. Людей, которые формально трудоустроены и реально платят налоги, на Северном Кавказе действительно мало. Но мерить по этому критерию население просто бессмысленно: люди могут быть заняты неофициально, намеренно занижать налогооблагаемую базу. Мы видим, что некоторый достаток и даже дворцы на Северном Кавказе есть, просто этот достаток скрыт от государства. Это регионы очень слабо "опрозрачены".
Что же касается Калмыкии, которая не относится к кавказским регионам, но также оказалась в конце рейтинга, то здесь Шуманов отмечает, что для этой республики характерны схожие тенденции: "Калмыкия – это регион, где существует аналогичная проблема: и занятость в неформальном секторе, и безработица на достаточно высоком уровне. Процесс "опрозрачивания бизнеса" и экономических моделей натыкался на сопротивление местных элит, которые воспринимали это как попытку контроля. В результате все еще больше уходило в тень".
Впрочем, по его словам, еще одной причиной слабой статистики по благополучию на юге и Кавказе может быть недоверие местного населения к власти: люди не верят, что официальное трудоустройство и уплата налогов принесет какие-либо социальные гарантии.
Чем беднее регион, тем больше денег из Москвы им достанется
Большой теневой сектор экономики в северокавказских республиках отметил и демограф Владимир Козлов. Однако он выделил еще одну особенность: "Непонятно, сколько людей живет в Ингушетии. Я бы не доверял результатам переписи населения. Люди уезжают из региона, но их продолжают учитывать как безработных местных".
Ингушетию и Дагестан Козлов назвал регионами, в которых население переучтено: "Об этом нам говорит слишком высокая продолжительность жизни и слишком низкая рождаемость. Много косвенных индикаторов говорят о том, что население учтено неверно".
При этом Козлов считает, что не во всех регионах Северного Кавказа наблюдаются проблемы в учете населения: например, в Чечне, по словам эксперта, такой проблемы нет.
Ранее о том, что власти Чечни в целом достоверно отражают статистику по безработице, говорил демограф Алексей Ракша.
Экономическая зависимость
Экономист и демограф Марина Лифшиц выдвинула предположение, что экономическая независимость республик Северного Кавказа в нынешних реалиях не выгодна ни самим регионам, ни федеральному центру: "Наша бюджетно-налоговая система работает так, что деньги из регионов забирает центр, он же их перераспределяет. Чем беднее регион, тем больше денег из Москвы им достанется".
По ее словам, когда регион экономически зависит от центра – он зависит от него и политически: "При Ельцине регионы платили в центр гораздо меньше, но они имели и реальное представительство в федеральных органах власти, а губернаторы и депутаты реально избирались. Сейчас этого нет".
Лифшиц убеждена: чтобы что-то изменилось, нужно менять бюджетно-налоговую систему. Но если регионы получат экономическую самостоятельность, они потребуют и самостоятельности политической.
* Официальная российская статистика включает данные по аннексированному Крыму и Севастополю, а также оккупированным Запорожской и Херсонской областям Украины и так называемым сепаратистским "ДНР" и "ЛНР".
- В руководсте Чечни в середине июля заявили о получении первого места в блоке "Экономическое развитие региона" рейтинга Министерства промышленности и торговли России. Как формируется валовой региональный продукт (ВРП) – один из ключевых показателей развития территории, действительно ли Чечня совершила в прошлом году прорыв и почему Москве выгодно сохранять зависимость республики от "бюджетной иглы", разбирался сайт Кавказ.Реалии.
- По данным Росстата, главного госоргана статистики, Чечня остается аутсайдером по безработице, росту банкротств, размеру пенсий и зарплат учителей, объему банковских вкладов и материальному благополучию населения. На этом фоне заявления из Грозного о лидирующих позициях в рейтинге Минпромторга вызывают вопросы в их объективности.
- Росстат опубликовал данные о живущих за границей бедности в 2022 году. Худшее положение в стране по этому показателю оказалось в Ингушетии – малоимущей здесь является треть населения. В других регионах СКФО дела обстоят не лучше. Опрошенные редакцией Кавказ.Реалии эксперты рассказали, что еще известно об уровне бедности в северокавказских республиках и почему официальная статистика может не отражать реального положения дел.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить