«Среднестатистический прокурор или судья — это несчастные люди. Их ежедневно насилуют». Юрист Сергей Голубок о перестройке судебной системы, люстрациях и марксизме как источнике проблем
Статуя Фемиды у здания Верховного суда РФ
Aleksander Polyakov/Global Look Press
Что делать с судебной системой России — тема споров, которые идут уже не один год. Можно ли ее улучшить или придется полностью ликвидировать действующие российские суды и начать строить все с нуля? В интервью Republic адвокат, кандидат юридических наук Сергей Голубок рассказал, как сделать судебную систему России независимой, какие для этого нужны условия, где взять новых судей, куда деть старых и почему, по его мнению, без люстраций ничего изменить не получится.
«В стране только один судья — Путин, и он принимает решения, исходя из своих соображений»
— Мы признаем, что судебная система в России несовершенна, извращена, искажена и нуждается в реформе. Но хотелось бы от вас конкретики, чем именно она больна. Представьте, что вы доктор и к вам в кабинет попал больной — «путинская» судебная система. Какой диагноз вы ей поставите?
— Смерть. Судебная система в России по сути отсутствует. Смысл судебной системы — независимые решения на основе права, на основе состязательного процесса, на основе изучения позиций сторон и доказательств. В путинской России решения принимает кто угодно, только не суд. Если посмотреть на уголовные дела, то принимают решения не судьи, не прокуроры и даже не следователи, а оперативники на основе команд — они им поступают на основе статистики, которую нужно выполнять. Или на основе каких-то личных интересов — коррупционных или каких-то других. А все остальные звенья просто оформляют это решение, готовят те или иные бумажки и подшивают к делу. И в этих условиях говорить о судах вообще не приходится.
Существенная ошибка реформаторов в 1990-е годы — представление о том, что суды больны, и они нуждаются в лечении. А смысл был не в лечении, не в реформировании, а в создании судов заново. Это, конечно, требует усилий и времени. Но ни того, ни другого приложено не было. И в результате мы имеем ту ситуацию, которую имеем. В стране только один судья — Путин, и он принимает решения, исходя из своих соображений. А органы, которые называются судами и в которых работают люди в черных одеяниях — это просто канцелярии среднего уровня, они оформляют бумаги и осуществляют определенные действия технического характера.
Наличие такой системы — это результат полного отсутствия понимания того, что экономический рост, устойчивое развитие страны невозможно без верховенства права и независимого суда.
Такой подход — это проявление марксизма. Я бы сказал так, что вирус, в результате заражения которым судебная система в России погибла, это марксизм. Он исходит из того, что есть экономический базис, а все остальное — это надстройка, что глубоко неправильно. В 1990-е годы так называемые реформаторы исходили из той же идеи: достаточно провести рыночные реформы, а все остальное приложится.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]