Борщ в Ашкелоне

Почему наши пожилые тети и бабушки раз за разом верят Соловьеву больше, чем собственным родственникам под обстрелом

Моя подруга Диана родом из Шадринска — это такой небольшой городок в нашей Курганской области, — уехала в Израиль в 2018 году. Она маленькая и хрупкая, и когда она приезжает в Россию (редко), ей даже в ее 27 лет приходится брать паспорт, чтобы купить бутылку вина.

Когда мы были студентами, Ди (как ее все тут звали) вовсю занималась активизмом. Боролась за соблюдение трудовых прав, проводила какие-то соревнования, организовывала дискуссионные клубы… Даже в те вегетарианские времена любая гражданская активность, если только она не под согласованными флагами, считалась оппозиционной. С последующим выдавливанием человека из общественной жизни. Все эти звонки из администрации, задушевные разговоры с людьми в штатском…

Все молодые и инициативные валили из нашей Курганской области в соседние регионы. Ну и Диана тоже уехала — но не в Екатеринбург или Питер, а в Израиль, вслед за мамой.

Там Диана вышла замуж, много работала, откладывая деньги на открытие своего первого бизнеса — небольшого зоомагазина в городе Ашкелон. Все эти годы мы оставались на связи, я кое-что знаю теперь про этот их Ашкелон.

В этом приграничном с сектором Газа городе живет большое количество выходцев из стран СНГ, молодые в основном пары: близость к сектору и частые обстрелы существенно влияют на стоимость жизни.

Тут подешевле.

В новую квартиру с видом на сектор Газа Диана переехала в конце сентября. Скоро, уже через полгода, Ди получит израильское гражданство.

А утром 7 октября я узнал из ее сторис, что на Ашкелон напали хамасовцы.

6.34
Соцсети Дианы. «Доброе утро!» Нажимаю на видео, появляется звук: воздушная тревога.

— Охренеть у вас будильник! — пытаясь подбодрить Ди, написал я ей.

— Да, что-то жестко, сирена уже два часа не смолкает.

В оправдание себе могу сказать лишь то, что видео с ракетами, которые сбивает «Железный купол», Диана публиковала не впервые. Ставшие рутиной ракетные атаки давно воспринимались нами с долей иронии и порой довольно мрачного юморка.

9.04
Телеграм-канал BRIEF: «Несколько десятков ракет были выпущены с территории сектора Газа по центральным и южным районам Израиля, есть прямые попадания ракет в Тель-Авиве и Ашкелоне».

9.06
Телеграм-канал SHOT: «По данным израильских СМИ, в Ашкелоне ракета прилетела в жилой дом».

11.34
Соцсети Дианы. В кадре — раскуроченные машины, горящая парковка у дома. Из пробитой стены стоящего по соседству здания вырываются языки пламени. Короткая подпись: «Это уже у нас…»

Звоню Диане.

— Прилетело прямо во двор. Уже объявили войну. Аэропорт закрыт. Нам всем сказали закрыться в доме и не выходить никуда.

11.45
В сетях — первые кадры с подписями арабской вязью, бегущие по пустыне люди, пленная девушка в окровавленной одежде, горящий танк, пленный танкист, ракеты…

11.57
Соцсети Дианы. На фото — одетые в черное люди с автоматами, идущие по направлению к ее дому. Подпись: «Никогда не думала, что буду рада армии в городе».

12.20
«Соловьев»: «То есть если верить израильской полиции, 60 человек разгромили погранохрану и захватили два приличных города — Сдерот и Ашкелон…»

12.36
Пишу Диане: «Ди, там какой-то ад. Пишут, что боевики в Ашкелоне».

13.03
«Прием, скажи, у тебя все в порядке?!»

14.08
«Ди!!!!»

16.14
«Напиши хоть что-то!»

В то, что Ашкелон взят ХАМАС, первоначально не верилось. Как такое возможно?! Где армия? Где Моссад? Это же Израиль! Но все происходит на самом деле, и захват приграничного города — тоже реальность. Что тогда с Ди?

К этому времени сеть была уже переполнена изуверскими кадрами с фанатиками, будто сошедшими со страниц средневековых летописей.

Дом Ди — на перекрестке, отличная огневая точка. Те, кто пришел в город, прекрасно это понимают.

Ощущение неизвестности, страх за близкого человека и шок. Последний раз эту гамму чувств я переживал 24 февраля 2022 года. И вот все вернулось.

Кошмар неотвратим, от него не убежишь, он коснется каждого, вне зависимости от места прибывания и гражданской позиции.

17.03
Пока пропаганда и блогеры упражнялись в злорадстве по отношению к уехавшим в Израиль, я дозвонился до Дианиной тети, Анастасия Викторовны.

«Мы разговаривали с Дианкой утром, по Ватсапу (принадлежит компании «Мета», признанной экстремистской организацией), только обстрел начался. Говорю ей: уезжай. А она: не переживай, все в порядке будет. Потом в обед еще раз попыталась до нее дозвониться. Не берет. Звонила и писала, куда только могу, чтобы узнать. А если не узнать — то хоть фамилию передать. Но везде глухо!»

По итогам этого страшного дня, 7 октября, в Израиле погибло 23 россиянина (и как минимум один человек числился пропавшим без вести).

8 ОКТЯБРЯ. 03.04
В углу экрана смартфона высветился квадратик уведомления от аккаунта Дианы в соцсети:

«Со мною все в порядке. Успели сбежать. У мамы в доме есть бомбоубежище. Сидим здесь. Страшно. Эти уроды еще в городе, машин мало — всем они заглядывают в окна».

«Никогда не думала, что бомбоубежище — классное место, чтобы познакомиться с соседями по площадке. Прекрасные люди».

09.10. 13.02
Звоню Диане. Еще до ее голоса слышу в трубке гул и глухие звуки дальних разрывов.

— Привет. Это что такое? Снова у вас?

— Нет, это там… — спокойно, практически буднично ответила Ди. — У нас уже третий день окна трясутся, это сектор бомбят.

— А вас больше не обстреливают?

— Ага, если бы… Сирена не выключается, хз откуда у них столько ракет. В городе все закрыто, многие уезжают.

— Не думаешь тоже свалить?

— А куда валить? По всему Израилю стреляют. В Тель-Авиве, в Иерусалиме — везде бомбят. А на севере «Хезболла», так что ехать некуда. Мы с мамой уже шутим, что в Ашкелоне остались самые отбитые — те, кто с Урала… Все переживем. Мамуля моя вообще девяностые прошла. Так что пошли они со своими ракетами. Я дома борщ варю.

— Я серьезно говорю. Может, уже в Россию?

— Нет, спасибо. Не хочу. Уж лучше здесь. Хотя… если это не закончится, то, конечно, надо что-то думать. Каждые полгода война! Мы ведь только открыли магазин, и сейчас у нас простой. Мы уже влетели на большие бабки. Но ни в Россию, ни куда-нибудь в СНГ мы точно не поедем. До получения израильского гражданства мне осталось меньше полугода. Получу паспорт — и будем решать. А вообще… Мы тут все очень разочарованы позицией России, которая даже не осудила нападение 7 октября. Посольство никаким образом не оказало помощь тем соотечественникам, кто решил уехать. Мы, конечно, не строили иллюзий насчет того, что кому-то нужны. Но все равно… это не тот случай, когда рад, что твои ожидания подтвердились. Помимо уехавших от мобилизации, в Израиле много тех, кто живет здесь давно. Среди старшего поколения наших земляков здесь много тех, кто поддерживает Путина, но и про них тоже забыли. Посольство даже ради приличия не предложило никому эвакуироваться.

Отдельно Диану разочаровали российские новости, освещающие ситуацию, по ее мнению, со стороны ХАМАС и закрывающие глаза на смерть россиян.

Диана: «Хамасовцы уже убили стольких наших, но по телевизору про них не говорят. А наоборот: рассказывают, какой хороший ХАМАС, какой ужасный Израиль… Но это же они вторглись! И воду, и свет, и водопровод — это же все им построил Израиль, а они выкопали трубы, сделали из них ракеты и запустили по нам…

Зато позвонила тетушка и полчаса рассказывала мне, какой хороший Путин… и что Израиль сам во всем виноват…

Вот она смотрит телевизор, и ей в голову пришла мысль позвонить мне и все это рассказать. А бабуля вообще звонить перестала даже просто узнать, как дела…»

Мы попрощались, Ди положила трубку. А я все не мог отделаться от ощущения, что я попал в машину времени и снова вернулся в февраль 2022-го. Как много таких же тетушек и бабушек звонили (или не звонили) своим родным в Киев, Мариуполь, Харьков…

Николай Мокроусов, специально для «Новой газеты»