«Эти годы безвозвратно потеряны для Зандро и для нашей семьи»

Как малыши, отправленные в детдома при живых родителях, помогают российским властям строить скрепное общество

Никулинский районный суд Москвы* вынес невероятные, запредельные сроки врачам-репродуктологам и суррогатным мамам, работавшим в программе суррогатного материнства. 19,5, 17,5, 16 лет — столько не дают даже за убийство. «Новая» напоминает подробности этого чудовищного процесса.

Все началось в 2017-м году, когда пожилой филиппинец Эдгардо Невада, страдавший бесплодием, обратился в московскую клинику «Петровские Ворота» с просьбой помочь ему стать отцом. В то время российское законодательство позволяло иностранным гражданам пользоваться услугами суррогатных матерей в России.

Эмбриолог Тарас Ашитков при помощи особой операции сумел получить биоматериал Невады, соединить его с донорскими яйцеклетками и вырастить эмбрионы. Европейский центр суррогатного материнства в Москве нашел суррогатную мать, и из первого эмбриона в январе 2019 года родился долгожданный ребенок — сейчас он живет в семье своего отца на Филиппинах.

В декабре 2019-го при помощи другой суррогатной матери в Петербурге родился второй сын Невады Данило. Ребенок появился на свет с родовой травмой, ему диагностировали кефалогематому. Чтобы сделать операцию на мозге, ребенка перевезли из Петербурга, где он родился, в Москву. В возрасте двух недель он был прооперирован в Морозовской детской больнице. После операции, накануне новогодних праздников, его выписали. Ребенка вместе няней по распоряжению отца поселили в подмосковной квартире в Одинцове, откуда в середине января малыша должен был забрать отец. Но в ночь на 9 января 2020 года младенец скончался. Официальной причиной смерти названа пневмония.

Возможно, ребенок подхватил во время операции инфекцию, которая не сразу проявилась. Кроме ребенка Невады, в квартире находилось еще трое детей двух супружеских пар: двойняшки филиппинских политиков Фредениля и Джейн Кастро — Аника и Артуро, а также сын Конрадо Потенсиано и Рейджины Мэри Джейн Эсоренья Зандро Амбрзио. Эти дети также родились от суррогатных матерей, а помогли им в этом клиника «Петровские Ворота» и юридическая фирма «Росюрконсалтинг».

Полиция, приехавшая вместе со скорой в квартиру, где умер Данило Невада, забрала детей Кастро и Потенсиано в Видновский специализированный дом ребенка для детей с органическим поражением ЦНС с нарушением психики (на самом деле у младенцев не было никаких нарушений психики, просто все дома ребенка в России называются специализированными и предназначены для такой категории детей, поскольку психические нарушения у малышей диагностируются, как правило, после 3 лет).

Следственный комитет возбудил два уголовных дела:

• о причинении смерти по неосторожности (ч. 1 ст. 109 УК РФ),

• о торговле людьми (ч. 2 ст. 127.1 УК РФ).

Поначалу в качестве обвиняемых был обозначен «неустановленный круг лиц». Эмбриолога Тараса Ашиткова, его супругу репродуктолога Юлию Иванову, акушера-гинеколога Лидию Панаиоти вызывали на допросы как свидетелей.

Весной 2020 года была проведена генетическая экспертиза, установившая прямое родство умершего Данило Невады, а также живых Аники и Артуро Кастро и Зандро Потенсиано с их биологическими отцами. Директор «Росюрконсалтинга» Константин Свитнев говорит, что на этом уголовное дело и должно было закончиться, ведь нельзя же продать ребенка его собственным родителям, которым он и так принадлежит по праву происхождения, а репродуктивные технологии в России не были запрещены, и многие россияне и иностранцы ими пользовались.

• Но летом того же года дело было переквалифицировано на статью 127.1 (ч. 3) УК РФ (купля-продажа людей, повлекшая по неосторожности смерть, в составе организованной группы).

Обвинения предъявили врачам Ашиткову, Ивановой и Панаиоти, директору Европейского центра суррогатного материнства Владиславу Мельникову, руководителю «Росюрконсалтинга» Константину Свитневу, юристу Роману Емашеву, курьеру Валентине Чернышевой, которая возила младенцам питание, памперсы, средства ухода, и переводчику с китайского Кириллу Анисимову, который с филиппинцами вообще не общался, а работал с китайскими клиентами.

«Это был абсурд — обвинять врачей в том, что они продали детей их биологическим родителям, — говорит Свитнев. — Но у меня появилось ощущение, что сверху дан приказ и суррогатное материнство для иностранцев в России скоро прикроют, а это дело хотят использовать как причину».

«Дело репродуктологов» включало в себя 11 эпизодов, связанных с рождением 14 детей в трех филиппинских семьях и одной семье из Таиланда. 10 детей из этих 14 находятся с биологическими родителями, трое были переданы из Видновского дома ребенка в российские приемные семьи, один умер.

По версии следствия, Свитнев и Мельников организовали преступную группу, в которую вовлекли, помимо врачей и своих сотрудников, еще и суррогатных матерей, — двум женщинам также были предъявлены обвинения. Одна из них, Лилия Валеева, предоставила свои донорские яйцеклетки для создания эмбрионов по репродуктивной программе филиппинского бизнесмена, причем она пожелала быть записанной матерью в свидетельство о рождении этих детей, став таким образом матерью де факто и де юре. Другая, Татьяна Блинова, лишь вынашивала младенцев. Константин Свитнев успел уехать из России и сейчас находится за рубежом. Кирилл Анисимов, Роман Емашев и Валентина Чернышева признали свою вину, пошли на упрощенное судебное разбирательство без изучения обстоятельств дела и вызова свидетелей и получили минимальные сроки.

Приговор остальным обвиняемым Никулинский суд Москвы огласил 3 ноября.

• Владислава Мельникова приговорили к 19,5 колонии строгого режима,

• Тараса Ашиткова — к 17,5 годам колонии строгого режима,

• Юлию Иванову к 16,5 годам колонии строгого режима

• Лидию Панаиоти — к 16 годам лишения свободы.

• Лилия Валеева получила 10,5 лет,

• Татьяна Блинова — 4 года с отсрочкой исполнения наказания до тех пор, пока ее ребенку исполнится 14 лет.

Никто из осужденных 3 ноября в Никулинском суде вину не признал.

Врачи убеждены, что невозможно продать детей их же родителям. Адвокат Людмила Айвар утверждает, что на суде не было представлено ни одного доказательства того, что ее подзащитные торговали детьми. По ее мнению, врачи всего лишь делали свою работу — помогали людям продлить род.

Константин Свитнев называет приговор чудовищным: «Даже за тяжкие насильственные преступления не дают такие сроки». По его словам, Владиславу Мельникову 56 лет и вряд ли он доживет до освобождения.

Понять, в чем истинная причина такого сурового приговора врачам, сложно, но в обвинительном заключении содержатся намеки на то, что детей продавали одиноким мужчинам, а в российской желтой прессе появлялись публикации о том, что младенцев заказывали мужчины нетрадиционной сексуальной ориентации.

Мы связались с Фреденилем Кастро и Конрадо Потенсиано по электронной почте, попросив прокомментировать эти обвинения.

Господин Кастро ответил, что счастлив со своей женой Джейн в браке с марта 1981 года, а обвинение в нетрадиционной ориентации назвал самой глупой вещью, которую когда-либо слышал. Как пояснил Константин Свитнев, Джейн Кастро не может иметь детей и по российскому законодательству до 2022 года могла пользоваться программами суррогатного материнства в РФ. Собственно, благодаря этим программам родились 7 детей Кастро, 5 из которых живут на Филиппинах вместе с родителями.

Аника и Артуро Кастро были переданы опекой в приемную семью в 30 июня 2023 года, а Зандро Амбросио Потенсиано — 03 июля.

По словам филиппинца Кастро, ему и его супруге отказывают во встрече с детьми, в звонках им, а также в передаче им подарков, хотя Фредениль Кастро и его жена записаны родителями детей в свидетельствах о рождении и официально не лишены родительских прав.

«Российские власти делают все возможное, чтобы не только лишить наших детей родителей, а также братьев и сестер, но и украсть их идентичность, их национальность, лишить их страны», — написал Фредениль Кастро в письме.

Он также прислал список ведомств, куда обращался за помощью. В этом списке —

• Следственный комитет РФ,

• Министерство образования РФ,

• аппарат вице-премьера РФ по социальным вопросам Татьяны Голиковой,

• Уполномоченный по правам детей,

• Уполномоченный по правам человека,

• президент РФ.

Конрадо Потенсиано ответил «Новой» в письме, что прожил со своей первой женой 30 лет и именно с ней начал «процесс суррогатного материнства», поскольку она болела раком и не могла иметь детей. Первый ребенок пары родился от суррогатной матери в США, четверо следующих — от суррогатной матери в России. Младший, Зандро Амбросио, биологического отца так и не увидел. После смерти жены от рака Конрадо несколько лет провел в одиночестве, а сейчас женат на Реджине Мэри Джейн, и у них есть биологический ребенок. «Мы связались практически со всеми важными и влиятельными людьми в России, — написал господин Потенсиано. — Но в результате всех наших усилий свидетельство о рождении моего сына Зандро Амбросио Потенсиано было аннулировано и ребенка отправили в приемную семью.

Эти годы безвозвратно потеряны для Зандро и для нашей семьи. Мы никогда не сможем компенсировать ему то, что он упустил. И никто не возместит нам и другим нашим детям то, что мы потеряли из-за российских властей».

В декабре 2022 года Госдума РФ приняла закон, запрещающий иностранным гражданам пользоваться услугами суррогатного материнства в России. «Это позволит предотвратить торговлю нашими детьми, защитить малышей от ситуации, когда они попадают в однополые пары или становятся жертвами преступлений, в том числе продажи на органы», — так прокомментировал принятый закон председатель Госдумы Вячеслав Володин. Дети Кастро и Потенсиано к тому времени уже два года находились без своих биологических семей.

Летом 2023 года, в разгар судебного процесса над врачами-репродуктологами, Верховный суд России подтвердил родительские права супругов Кастро в отношении Аники и Артуро, которые, по версии российского следствия, были им «проданы». Однако детей супругам так и не отдали.

Кроме филиппинских детей, в России «зависли» еще несколько десятков малышей, выношенных суррогатными матерями в РФ для граждан Австралии и Китая.

Австралийцы Кууск с начала 2020 года не могут забрать двойню Оскара и Софи — дети живут в московском ЦССВ «Центральный» (детские дома в России теперь называются центрами содействия семейному воспитанию). Несмотря на то что в апреле 2023 года Мосгорсуд подтвердил родительские права Кууск и обязал опеку вернуть им детей, органы опеки отказались отдавать им детей, а родителей даже не пустили на территорию детского дома.

* Дело вела следователь по особо важным делам Главного следственного управления СК РФ, майор юстиции Любовь Смирнова, приговор вынес судья Константин Дубков.