Аддикции ЛГБТ-людей. Чемодан с зависимостями

Как вторжение Российской армии в Украину и эмиграция повлияли на аддикции ЛГБТ-людей

Начало полномасштабной войны, ЛГБТ-фобные законы и репрессии добавили ЛГБТ-людям в России стресса. Не меньше принесла эмиграция. Это первый текст из диптиха. Он посвящён людям, покинувшим Россию, и аддикции ЛГБТ-людей в эмиграции. Второй будет про оставшихся и их отношения с психоактивными веществами и другими зависимостями.

Мы предполагали, что в ней люди будут больше употреблять, поэтому расспросили читателей, как всё это сказалось на их аддикциях. Часть из них так и сделали. Но были и другие — те, для кого эмиграция стала поводом «завязать». Здесь четыре истории разных ЛГБТ-людей с зависимостями в эмиграции. По ним невозможно судить обо всех.

Наши собеседни:ки называют вещества, которые употребляли или употребляют. Если это триггерно для вас, пожалуйста, воздержитесь от чтения.

Если вы столкнулись со сложностями в эмиграции, обсудите их с нами. Мы сможем вам помочь! Приходите на бесплатную консультацию или на встречу группы поддержки для ЛГБТ-эмигрантов. Чтобы попасть туда, напишите в Телеграме: @parni_plus_bot

Арт, 24 года, гей, переехал в Армению

Я сейчас завишу от травы. Если она есть — значит я каждый день буду курить. Хотя иногда удастся делать перерывы, когда она у меня есть, чтобы «выветрить» организм.

Но когда травы нет, то меня это не парит. То есть и без нее я спокойно обхожусь… Я понимаю у себя эту зависимость, но пока не считаю ее проблемой. Поэтому не борюсь с ней, и психологу не говорю.

Попробовать различные вещества я хотел очень давно, и желание есть до сих пор. После полномасштабного вторжения я оказался у друзей в Новосибирске. Там случилась и моя первая попытка суицида, и первый опыт с наркотиками. Я познакомился с мужчиной в Хорнете, пришёл к нему для секса, а он что-то курил. Он говорил название, но я забыл. Хотя и записывал, но все стёр, когда проходил границу.

Это было какое-то химическое соединение, которое мы жгли и вдыхали носом. Я никаких изменений не ощутил, немного добавляли дозу. Он даже предложил сделать это в форме таблетки и засунуть через анус. Я отказался.

В итоге я ушел от него, так ничего и не поняв. Но позже, вечером, у меня появилась энергия, всю ночь не мог уснуть потом. Это и был весь эффект.

Этим летом я хотел попробовать ЛСД, мефедрон и грибы. Но при покупке ЛСД меня три раза обманули, и я так и не смог её достать пока что. Меф и грибы — вроде и нашёл человека, но он слился.

Теперь пока довольствую травой. Вроде безопасно, физического привыкания нет, но вот эмоциональное… я понимаю, что мне нравится то лёгкое расслабление, которое я чувствую, и секс стал лучше, так как могу расслабится немного.

В феврале 2023 года мне диагностировали депрессию, я стал ходить к психологу и психиатру. Благодаря курсу психотерапии я стал увереннее и смог реализовать свои давние желания… Война и эмиграция запустили очень серьёзно мою депрессию.

Справляться помгогают психолог раз в месяц и сама трава. Я увереннее себя чувствую, учусь слышать себя, принимать, мне стало спокойнее.

Жизнь точно стала другой. И я стал другим.

Женя, 31 год, небинарный трансмаскулиный человек, эмигрировал в Армению

Впервые я попробовал траву в 14. Слышал, что трава — не наркотик, и очень хотел узнать, каково это. Рано понял, что склонен к зависимости, и запретил себе две вещи: употреблять то, что считал «тяжёлым», и внутривенно.

Кроме травы я употреблял её производные, dxm, попперсы, грибы, амфетамин, психоделики (включая дизайнерские), МДМА, мефедрон. Может, ещё чего-то не помню. Рад что не довелось попробовать альфу. Видел, как сложно людям возвращаться после неё, сложнее чем с героина, и жизнь она разрушает быстрее.

Первые мысли о том что я пью и употребляю наркотики не так, как другие мои сверстники, возникли ещё лет в 17. Мне было сложно остановиться, я очень грустил, когда выпивка или вещества кончались. Всегда был из тех, кто последний остаётся на кухне вести пьяные разговоры.

В 22 мне удалось бросить наркотики, но спустя 5 лет во время карантина я снова заинтересовался алкоголем и постепенно стал пить каждый день. Я заменил наркотики алкоголем.

Один раз я не пил целый год. Это было тяжёлое время, но я чувствовал себя святым. Когда год закончился, я нашёл себя утром в ванной под включенным душем с полупустой бутылкой крепкого алкоголя в руках. Я пытался заменить один вид алкоголя другим, безалкогольным пивом, растительными наркотиками, препаратами от нарколога, общался с психотерапевтом, составлял графики питья в неделю, посещал психологическую группу, кодировался.

Когда началась война, я очередной раз попытался бросить. Но пил до самой эвакуацию в Турции. Потом пил там чуть не умер от отравления. После возвращения в Россию хотел бросить, но уже через два дня снова запил от z-невыносимости. Приятель сел за «измену» Родине.

Добавился химскес.

Намечалась эмиграция в Армению. Понимание, что я там сопьюсь, помогло решиться на реабилитацию. Я закрыл себя в реабилитационный центр. Его мне посоветовал нарколог из клиники, куда я ходил ставить капельницы. Я спросил, есть ли смысл полежать в отделении. Он ответил, что это не поможет и нужна реабилитация, дал телефон директора. Это был не идеальный центр, но со своей задачей справился.

Когда я вышел оттуда, события в стране были ужасные и очень хотелось сорваться. Из-за трансфобного закона я не смог сделать долгожданную операцию. Но чистота стала для меня на первом месте.

Сейчас я не употребляю полтора года и очень собой горжусь. Но уверен, что останусь зависимым до конца жизни. Прождал, пока наберётся больше года чистого, времени и уехал в Армению. Ищу клинику, где смогу провести операцию, которая сорвалась в России.

Я регулярно хожу на группы Анонимных Наркоманов, это помогло мне найти не употребляющих приятельникс и главное — не даёт забыть, откуда я пришёл. Для того, чтобы выпить, у меня всегда находились поводы или оправдания. Но теперь у меня есть надёжная поддержка. Главное — не пренебрегать ею.

Квир в изгнании, 25 лет, гей, эмигрировал в Грузию

Ещё до начала войны я иногда курил траву, но больше у меня не было никаких зависимостей. После начала, когда я познакомился с открытой сексуальной жизнью, я начал курить сигареты. Сначала это было за компанию с партнёром, потом начал курить дома, когда мастурбирую. Каждый раз, когда занимаюсь сексом.

После начала войны мне пришлось уехать из страны по независимым от меня обстоятельствам. Конечно, это повлияло очень плохо. Мне хочется перестать испытывать негативные эмоции, поэтому я стараюсь их заглушить разными способами: никотином, алкоголем, травой.

Сейчас я могу выкурить пачку в день, если иду в клуб или тусуюсь с друзьями. Удивительно, что я до сих пор не познакомился с типичной зависимостью, например, мефедроном или амфетамином. Но после весны 2022 года я курю траву в больших количествах.

Я уже обращался к психологу. Мы пытались найти какое-то решение, но пока я не бросил и даже не сократил. Сейчас поставил на стоп этот вопрос. Решил, что нужно сначала принять это, дать себе возможность прожить, не корить себя за то, что делаю. Тем более, моя рациональность подталкивает меня к мысли, что трава не так страшна, что я могу курить её много и долго без серьёзных последствий. Если даже это повлияет на меня, то это можно скорректировать.

Хорошо, что я понимаю опасность других веществ, поэтому их стараюсь избегать. Хотя и не всегда получается. Я пользуюсь помощью психологов, стараюсь вести свой блог, помогать друзьям, волонтёрить в разных организациях, но это получается не всегда и не в том объёме, в котором хотелось бы.

Целью моей жизни было развивать локальное сообщество, в том числе, чтобы улучшить свою жизнь. Сейчас я не могу найти для себя цель. Мне сложно найти мотивацию, сложно сказать, как я могу решить эту проблему в ближайшее время.

Глеб, 36 лет, гей, эмигрировал в Испанию с партнёром

Я употреблял наркотики около 15 лет. Зависимость от эйфоретиков и психоактивных веществ. В то время это называли «фен», сейчас стал мефедрон. Началось со знакомства в клубе с парнем, он принимал эти вещества для долгих танцев и утреннего секса после. В то время это не было так повально.

Все 15 лет я пытаюсь ограничивать употребление. Максимум не употреблял, когда у меня был инфаркт. Это около полугода.

Несколько лет жил в Москве. Это открыло для меня новый виток зависимости. В пятницу и субботу в радиусе 500 метров можно найти несколько групп парней, где занимаются сексом под веществами. Таких больших групп я не видел нигде. Это как вечеринки на Сокольниках, но могли быть больше.

Когда началась война, затаились все, включая меня. Было страшно. Люди уезжали. Количество парней в хорнете существенно сократилось. Парней стало еще меньше, когда началась мобилизация. Но человек привыкает ко всему и я снова перешел на режим один раз в месяц.

Весной произошел случай, когда на одной из групп было другое вещество, вероятно соль, и я ушёл в прострацию на два дня. В понедельник у меня была важная встреча, а меня не отпускало. Плюс я как-то неудачно подвернул ногу, что она дико болела.

Было ощущение, что я коснулся дна.

Запланированная за полгода встреча по работе сорвалась, а я на неделю ушёл в себя. Была частичная диссоциация и дикая социофобия. Через недели две я пришёл в себя, на работе сделали вид, что этого не было — потому что вне этого случая я был гиперответственным ценным сотрудником.

Вообще у меня очень уютный и дружелюбный вайб и практически никто из друзей не знает о моей зависимости. Поэтому также и я особо не верю людям, потому что понимаю, как можно хорошо скрываться.

Последние 7 лет я в открытых отношениях. В том числе употребляли вместе, но у него не было с этим проблем, в отличие от меня. Зато моя зависимость ни разу не стала поводом задуматься о расставании.

Мы вместе решили эмигрировать в Испанию. И вместе решили завязать, потому что понимали — с зависимостью далеко не уедем. Сейчас мы в Испании. Я всегда был противником этого режима, начиная с 2014 года и ходил на митинги на Болотной, когда это было не опасно. Но внутренних сил на переезд не было. С принятием новых законов я решился уехать, несмотря на хорошую должность и относительно хорошую зарплату даже по московским меркам.

На данный момент я не употребляю около 2 месяцев. Но считаю себя зависимым, потому что бывших наркоманов не бывает.

Сейчас я справляюсь, потому что в новой стране я никто и мое положение очень шаткое. Был случай, когда я прошёл по грани. Пришёл в гости к парням и в разгар секса они предложили мефедрон. Я быстро собрался и ушел. С тех пор при малейших подозрениях на употребление при знакомствах — сразу теряюсь или блокирую.

Но эта эпидемия здесь ничуть не меньше, чем в России. Про Мадрид и Барселону я вообще молчу. Был там в секс-клубах и был чуть не единственным, кто был не под мефедроном.

Ещё в Москве я собирался пойти в программе «Анонимных наркоманов», но так и не дошёл. И здесь тоже не хожу. Я ребёнок поколения 90-х, живу по принципу «помоги себе сам». Поддерживаем друг друга с партнёром.

Если вы столкнулись со сложностями в эмиграции, обсудите их с нами. Мы сможем вам помочь! Приходите на бесплатную консультацию или на встречу группы поддержки для ЛГБТ-эмигрантов. Чтобы попасть туда, напишите в Телеграме: @parni_plus_bot