Журналистку из Казани Алсу Курмашеву арестовали за то, что она не донесла на себя в Минюст. Этот случай — первый в России

Но далеко не первый, когда в Татарстане преследуют журналистов «Радио Свобода»

В конце октября в Казани арестовали Алсу Курмашеву — журналистку татаро-башкирской службы «Радио Свобода» («Idel.Реалии»). Ее обвиняют в «неисполнении обязанностей „иноагента“». Как считает следствие, журналистка, которая якобы «собирала сведения в области военно-технической деятельности РФ», должна была сама попросить Минюст РФ включить ее в реестр «иноагентов». Теперь ей грозит до пяти лет лишения свободы. Этот случай — не исключение: власти Татарстана уже давно преследуют местных независимых журналистов. «Медуза» рассказывает, как чиновники годами добивались контроля над местным медиарынком.

Алсу Курмашева должна была вылететь в Прагу 2 июня. Журналистка «Idel.Реалий» уже давно живет в Чехии с двумя детьми и мужем, директором телеканала «Настоящее время» Павлом Буториным. Приехать в Казань Курмашевой пришлось по семейным обстоятельствам. Перед обратным рейсом в Чехию журналистку задержали силовики — обыскали и нашли загранпаспорт США. Это стало поводом для первого уголовного дела: Курмашева не уведомляла российские власти о втором гражданстве. Вскоре появилось еще одно обвинение.

Донос на себя

Курмашева начала сотрудничать с «Радио Свобода» еще в 1990-х. Сначала она была корреспондентом, а после запуска в 2016 году «Idel.Реалии» — проекта татаро-башкирской службы на русском языке — стала редактором.

«Алсу Курмаш — настоящий профессионал своего дела. Помимо журналистской и редакторской деятельности она занимается подвижничеством», — говорил в интервью «Idel.Реалиям» татарский активист и политолог Руслан Айсин. Например, Курмашева запустила просветительский проект по изучению татарского языка «Әйдә! Online» на платформе «Радио Свобода». «Для татар, которые живут дисперсно, оторваны от материнской территории, наличие подобного онлайн-института архиважно», — отмечал Айсин. По его словам, в Татарстане «практически не осталось полноценной возможности изучать родной язык» (в 2017 году татарский исключили из обязательных предметов в местных школах).

После обыска в аэропорту Курмашевой пришлось остаться в Татарстане: оба загранпаспорта журналистки — российский и американский — изъяли как вещественные доказательства. В середине октября журналистку оштрафовали на 10 тысяч рублей, но паспорта не вернули. А через неделю ее снова задержали.

В этот раз Курмашеву обвинили в том, что она якобы собирала сведения о «военно-технической деятельности России», но при этом не попросила Минюст РФ включить себя в реестр «иностранных агентов». Татарстанские издания «Вечерняя Казань» и «Бизнес Онлайн» уточняли, что журналистка якобы «незаконно» получила список мобилизованных на российско-украинскую войну преподавателей Казанского национального исследовательского технологического университета (КНИТУ-КХТИ).

Статью Уголовного кодекса, по которой задержали Курмашеву, ужесточили в 2021 году — после того, как ФСБ описала сведения, которые «могут быть использованы против безопасности Российской Федерации», если они «попадут в руки иностранцев». Это, например, информация о расположении военных объектов и местах хранения оружия, прогнозы о военно-политической обстановке и данные о содержании международных договоров и соглашений, которые заключила Москва. Причем среди таких сведений могут быть и те, что уже находятся в открытом доступе, уточнила ФСБ. С декабря 2022-го граждане, которые, по мнению российских властей, «собирают» подобную информацию, должны «донести» на себя в министерство юстиции, чтобы ведомство включило их в реестр «иностранных агентов».

Алсу Курмашева стала первой, кого арестовали по этой части статьи, ей грозит до пяти лет лишения свободы. В конце октября Советский районный суд Казани отправил журналистку в СИЗО до 5 декабря. Муж журналистки Павел Буторин уверен, что Курмашеву арестовали по политическим причинам:

Тут двух мнений быть не может: она не является преступницей, мы не считаем ее преступницей, мы считаем ее политической заключенной. Журналист не должен сидеть в тюрьме только за то, что он пишет, публикует в рамках своей журналистской деятельности.

Представитель Госдепа США Мэттью Миллер на пресс-конференции в Вашингтоне назвал арест журналистки «очередным преследованием граждан США со стороны российской власти».

Эксперт в области медиаправа Галина Арапова тоже уверена, что дело Курмашевой — политическое. По ее мнению, дело Курмашевой «будет сигналом» для многих независимых журналистов и граждан России, не согласных с политикой властей.

Арапова подчеркивает, что применять статью о «неисполнении обязанностей „иноагента“» по отношению к журналистам, которые находятся за пределами РФ, для российских властей нет смысла: для того, чтобы осудить человека по статье, которую вменяют Курмашевой, его необходимо арестовать. Вынести приговор заочно можно только по тяжким и особо тяжким преступлениям — там, где наказание по статье составляет от 10 лет (максимальное наказание по статье об обязанностях «иноагентов» — пять лет). Именно поэтому, считает Арапова, все заочные приговоры в отношении уехавших журналистов сейчас выносят по статье о «фейках» (максимальное наказание по ней — 15 лет лишения свободы):

Это [дело Курмашевой] показательный процесс. Я считаю, что эта статья не будет использоваться массово: нет необходимости. Ее ценность в том, что все [заранее ее] боятся. Это изоляционная статья, которая направлена на повышение самоцензуры, чтобы люди сами шарахались и не писали на тему войны. Или [по логике силовиков]: «Если вы пишете, — не суйтесь в Россию, иначе вас арестуют, как Алсу».

Подобное уголовное дело могли возбудить в любом регионе, считает Арапова, и напоминает, что журналиста The Wall Street Journal Эвана Гершковича задержали в Екатеринбурге, а учредителя хакасского издания «Новый Фокус» Михаила Афанасьева — в Абакане. «Каждый регион пытается продемонстрировать максимальную лояльность федеральному центру», — объясняет эксперт. При этом медиа в регионах, уверена Арапова, «либо заглушили, либо они ушли в подполье, либо согласились с правилами игры и пишут „СВО“ вместо слова „война“».

Впрочем, власти Татарстана, где арестовали Курмашеву, еще до начала полномасштабной войны преуспели в борьбе с нелояльными медиа. В 2010-х чиновники получили контроль над местными СМИ, а против журналистов, продолживших рассказывать о проблемах региона, стали заводить уголовные дела.

Как власти Татарстана возненавидели журналистов

До 24 февраля 2022-го и фактического введения в России военной цензуры основным инструментом, с помощью которого власти Татарстана влияли на региональные издания, были деньги. Официально из бюджета Татарстана на средства массовой информации тратится почти два миллиарда рублей в год.

За государственные медиа в республике отвечает Асгат Сафаров: в 2013 году он возглавил совет директоров холдинга «Татмедиа», который принадлежит Татарстану. В холдинг, согласно информации на его сайте, входят редакции 98 районных, городских и республиканских газет, 17 журналов, 19 телеканалов, 14 радиостанций, 81 сайт, информационное агентство «Татар-информ» и крупнейший в Поволжье полиграфическо-издательский комплекс «Идел-пресс».

Парадоксально, но именно из-за журналистов Сафарову пришлось уйти с предыдущего места работы: до 2012 года он возглавлял республиканское МВД.

В марте 2012-го из отдела полиции «Дальний» в больницу Казани привезли 52-летнего Сергея Назарова. У него диагностировали разрыв прямой кишки и повреждение внутренних органов. Перед операцией Назаров успел рассказать врачам, что полицейские, задержавшие его по подозрению в краже мобильного телефона, изнасиловали его бутылкой из-под шампанского. Вскоре после госпитализации Назаров умер, заметку об изнасиловании задержанного опубликовало небольшое издание KazanWeek.

История о пытках в ОВД получила большой резонанс: сначала о ней написали местные СМИ, а потом и федеральные. Журналисты нашли еще нескольких человек, которые рассказали, что тоже подверглись пыткам в «Дальнем». Тогда же на митинге возле здания республиканского МВД в Казани протестующие потребовали отставки главы ведомства Асгата Сафарова. Татарстанцы принесли к министерству надувные шары в виде бутылок из-под шампанского, а одну бутылку — настоящую — хотели передать самому министру.

Скандал с полицейскими привел к тому, что уже к концу апреля партия «Справедливая Россия» потребовала отставки федерального министра Рашида Нургалиева. Но тот сохранил должность — за министра вступился президент Дмитрий Медведев. Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин тогда же поручил создать в ведомстве отдел по расследованию преступлений, совершенных сотрудниками полиции. По итогам 2012 года количество уголовных дел, возбужденных против полицейских в Татарстане, удвоилось по сравнению с 2011-м.

Новости о пытках в ОВД «Дальний» негативно повлияли на имидж реформы МВД, которую в 2009 году поручил провести Дмитрий Медведев. «Это дело вскрыло тот факт, что переаттестация, которая проходила в рамках реформы МВД, по крайней мере, в Татарстане, прошла формально», — говорил тогда руководитель правозащитной организации «Агора» Павел Чиков:

Несмотря на отрицательные характеристики Службы собственной безопасности, заключения психологов, все подсудимые прошли переаттестацию, были заново утверждены на своих должностях — в том числе руководящих. То, каким образом проходила переаттестация, по сути дела нивелирует всю реформу МВД.

«Очевидно, в 1990-е, когда мы боролись с организованной преступностью, у сотрудников органов внутренних дел появилось чувство вседозволенности», — говорил президент Татарстана Рустам Минниханов во время совещания с силовиками после гибели Назарова. На этой встрече Минниханов обещал «переосмыслить состояние дел» в министерстве и «усилить дисциплину». Через два дня глава местного МВД Асгат Сафаров подал в отставку.

Тем не менее уже спустя месяц Сафаров получил должность повыше: он стал и. о. вице-премьера Татарстана, вскоре возглавил аппарат президента республики, а через два месяца и государственный медиахолдинг «Татмедиа» (его издания тоже освещали историю Серея Назарова).

Следственный комитет признал потерпевшими от издевательств сотрудников ОВД «Дальнего» 14 человек. Десятерых сотрудников ОВД в 2014 году приговорили к лишению свободы на срок до 15 лет, сам отдел расформировали. Это дело стало первым громким процессом о пытках в российской полиции.

Как власти Татарстана купили медиарынок республики

Вероятно, миллионные вложения в газеты и телеканалы, которыми владеет Татарстан, не имели бы смысла, если бы власти не могли оказывать влияние и на те СМИ, которые им не принадлежат. Чтобы полностью контролировать информационную повестку в республике, они с 2010-х годов начали напрямую спонсировать частные медиапроекты, не входящие в «Татмедиа», — казанские общественно-политические и лайфстайл-издания, паблики во «ВКонтакте» и телеграм-каналы.

Пятеро собеседников «Медузы», работающие на казанском медиарынке, подтвердили, что эти медиа получают деньги от республики под видом грантов и рекламных контрактов; в некоторых случаях их финансируют компании, близкие к власти. Так происходит не только в Татарстане: например, государственный Институт развития интернета (ИРИ) открыто выделяет гранты региональным медиапроектам, которые собираются освещать «качественные изменения жизни в России», делать тексты о «защите национальных интересов» и рассказывать истории о «героях наших дней».

Объем грантов для каждого татарстанского издания определяют в администрации Рустама Минниханова в начале года, рассказал «Медузе» руководитель одного из казанских СМИ на условиях анонимности. По его словам, из-за того, что в январе бюджет издания все еще неясен и находится на согласовании у чиновников, в издании могут задерживать зарплату или сокращать расходы на гонорары внештатным сотрудникам.

С середины 2010-х финансирование редакции интернет-издания из 10-12 штатных сотрудников ежегодно обходится бюджету Татарстана в 14-20 миллионов рублей, подсчитывает руководитель другого городского медиа. Рекламы, которую продают такие медиа, на содержание редакции не хватает. В результате издания, как правило, скрывают источники своего финансирования и освещают происходящее в республике в выгодном для властей ключе, акцентируя внимание на республиканских программах: развитии бизнеса, благоустройстве и культурных мероприятиях.

На несколько таких проектов в сентябре 2023 года обратило внимание студенческое медиа «Гроза», изначально запустившееся в Казани. Лайфстайл-изданием Enter, общественно-политическим KazanFirst и сетью городских пабликов «ВКонтакте» управляет татарстанский предприниматель Ярослав Муравьев. «Гроза» называет его медиаменеджером и «медиатехнологом»: Муравьев руководит рекламным агентством К9, которое занимается политическим пиаром для властей республики. Так, в 2020 году К9 работало на выборах президента Татарстана и убеждало россиян голосовать за поправки в Конституцию.

Издания Муравьева выигрывают господряды — например, на рекламу контрактной службы. Согласно тексту госзакупки, почти за два миллиона рублей СМИ Муравьева должны были рассказать жителям Поволжья о возможности вступить в именные батальоны «Алга» и «Тимер», описать «выплаты, довольствие и другие бонусы», которые получают военные, а также «мониторить активность украинских ботов» в комментариях. Кроме того, лайфстал-издание Enter занимается пиар-сопровождением нефтегазохимической компании «Сибур» — она в том числе поставляет сырье для изготовления снарядов для российской армии.

Трое собеседников «Медузы», работавшие с Муравьевым, называют его несамостоятельной фигурой, выполняющей волю республиканской администрации. «Ярик суперзакомплексованный чувак, — описывает Муравьева собеседник „Медузы“. — Ему важно, чтобы про него говорили как про влиятельного медиаменеджера. [Но] по факту все медиаменеджеры сидят в [казанском] Кремле».

В своих аккаунтах в соцсетях Муравьев выкладывает фотографии с Рустамом Миннихановым, главой «Татмедиа» Сафаровым и именные благодарности от Владимира Путина за «особый вклад» в общественно-политическую жизнь страны. Муравьев и Сафаров не ответили на запросы «Медузы».

Медиа, которые продолжали писать о реальных проблемах республики, власти Татарстана попытались купить. Это, к примеру, случилось с «МК Поволжье» — местной франшизой газеты «Московский комсомолец». С 2013-го по 2016-й газета, которой тогда руководил казанский журналист Андрей Григорьев, рассказывала, как на окружающую среду влияют строительные компании, работающие с нарушением норм. Эти компании принадлежали депутату Госсовета Татарстана от «Единой России» и бизнесмену Равилю Зиганшину, главе компании-подрядчика «ПСО Казань», которая в том числе строила космодром «Восточный».

В 2016 году франчайзер, «Московский комсомолец», провел переговоры с другим потенциальным издателем и отказался от сотрудничества с командой Григорьева (причины такого решения не назывались). Местное издание «Бизнес Онлайн» («Idel.Реалии» называют его «провластным») писало о смене издателя МК как о «спецоперации». Журналисты отмечали, что перестановки в издании происходят в преддверии чемпионата мира по футболу-2018 и предполагали, что франшизу выкупил как раз Зиганшин — чтобы избавиться от негативного освещения своих проектов. В то время его компании строили стадионы для ЧМ-2018 в Саранске и Самаре. Новый издатель поволжского МК Ирина Лукашова, до этого работавшая в казанском филиале издательского дома «Комсомольской правды», не раскрыла инвесторов проекта.

Двое собеседников «Медузы», знакомых с условиями сделки, подтвердили, что структуры Зиганшина в 2016-2017 годах финансировали работу «МК Поволжье», а с 2017-го по 2018-й — городской интернет-газеты «Казанский репортер» (первым об этом рассказал «Бизнес Онлайн»).

Как власти Татарстана преследуют независимых журналистов

Уйдя из «МК-Поволжье», Григорьев и его команда запустили «Idel.Реалии» — русскоязычный проект татаро-башкирской службы «Радио Свобода». В «Реалиях» они продолжали писать о нарушениях на стройках Зиганшина, пытках в казанских отделениях полиции и коррупции. В декабре 2017-го Минюст объявил «Радио Свобода», «Настоящее время» и их дочерние проекты, включая татаро-башкирскую службу, «иностранными агентами».

Предпринятые чиновниками Татарстана меры оказались успешными. В сентябре 2020 года «Idel.Реалии» было одним из немногих казанских медиа, которое написало о расследовании Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального про президента Татарстана Рустама Минниханова. У него нашли недвижимость на 3,5 миллиарда рублей, в том числе развлекательный центр и усадьбу с плавучей вертолетной площадкой.

В декабре 2021-го Минюст РФ в один день объявил «иноагентами» четырех журналистов, которые сотрудничали с «Idel.Реалиями», — Андрея Григорьева, Алину Григорьеву, Регину Гималову и Регину Хисамову, а в 2022-м еще троих — Катерину Маяковскую, Екатерину Лушникову и Артура Асафьева.

В том же году против уехавшего из России Андрея Григорьева завели уголовное дело об оправдании терроризма. Поводом для преследования стало видео, опубликованное на ютьюб-канале Григорьева «Объектив-ТВ», в котором говорится о нападении на российского посла Сергея Андреева в Варшаве: 9 мая во время поездки к могилам советских воинов активисты облили его краской.

В августе 2022-го у семерых казанских журналистов, которые сотрудничали с «Idel.Реалии» и другими изданиями, прошли обыски. Силовики посчитали их причастными к публикации видео на ютьюб-канале Григорьева. Свой репортаж об обысках у журналистов провластный «Татар-информ» иллюстрировал фотографиями валюты, банковских карт и антивоенных стикеров, которые нашли в их квартирах. На допросах журналисты отрицали связь с ютьюб-каналом. В ноябре 2022-го Советский районный суд Казани заочно арестовал Андрея Григорьева, а в октябре 2023-го Минюст внес его в список террористов и экстремистов.

«Уверена, у российских властей большой зуб именно на „Радио Свобода“, — считает эксперт в области медиаправа Галина Арапова. Она напоминает, что в 2021 году издание получило более тысячи протоколов об административных правонарушениях за отсутствие пометок „иноагента“ и штрафы более чем на 13 миллионов долларов. „Многие имеют статус „иноагента“ или даже нежелательной организации, но никто не накопил штрафов на 13 миллионов и в тот момент не вел себя настолько вызывающе по отношению к российским властям [не оплачивая их], — говорит Арапова.

После начала российского вторжения „Idel.Реалии“ начали вести список мобилизованных на войну жителей Поволжья и тех, кто отправился туда добровольцем. Издание рассказывает о том, в каких условиях оказываются мобилизованные с Поволжья батальоны, как муфтии Татарстана пропагандируют войну и как она сказывается на регионе.

Алсу Курмашева работала над книгой „Нет войне“, которая состоит из монологов жителей Поволжья, выступающих против войны. Ее в 2022 году выпустило издание „Idel.Реалии“. Это не могло не привлечь внимание российских цензоров, считает Арапова.

После ареста журналистки государственное информагентство „Татар-информ“ опубликовало фотографии переписок Курмашевой с мужем, где они обсуждают передачу неких книг американским политикам и чиновникам — президенту Джо Байдену, вице-президенту Камале Харрис и директору Агентства США по международным медиа Аманде Беннетт. По утверждению „Татар-информ“, Курмашева и ее муж обсуждали именно „Нет войне“: в заметке агентства ее называют „антироссийской книгой, осуждающей спецоперацию“. Также в новости об аресте Курмашевой отмечается, что муж журналистки Павел Буторин — директор „проукраинского телеканала“.

В день второго задержания Алсу Курмашевой, 18 октября, силовики пришли с обыском к родителям казанской экоактивистки и журналистки Юлии Файзрахмановой (сама она уехала из России). По словам Файзрахмановой, на нее завели уголовное дело по статье о „призывах к осуществлению террористической деятельности“ и „оправдании терроризма“. „Формальным поводом стало мое выступление в Европарламенте в Брюсселе в январе этого года, — объяснила журналистка на своей странице в фейсбуке. — Тогда я призвала татар создавать национальные батальоны и выступать на стороне ВСУ или иным способом помогать Украине“.

„Я журналист и общественный деятель, и мое оружие — слово, — написала Файзрахманова. — Возможно, мой голос — это капля в море, но капли формируют моря“.

„Медуза“