Оригинал материала
«Я за решеткой, но я свободнее, чем вы»
Саше Скочиленко дали 7 лет колонии. От задержания до приговора прошло 19 месяцев. Какими они были — в фотоистории Андрея Бока для «Бумаги»
Петербургскую художницу Сашу Скочиленко приговорили к семи годам колонии по делу о «фейках» про российскую армию. Весной 2022 года Скочиленко заменила ценники в супермаркете на карточки с антивоенными высказываниями, после чего на нее написали донос. Судебный процесс над художницей длился 19 месяцев — все это время петербургское издание «Бумага» и фотограф Андрей Бок следили за делом и присутствовали почти на всех заседаниях. Результатом их работы стала фотоистория о Саше Скочиленко и людях, окружавших ее на протяжении всего этого тяжелого пути, который привел к бесчеловечному приговору. С любезного разрешения «Бумаги» «Медуза» публикует этот материал целиком.
Глава 1
«Сашу забирают. Сотрудники писали от моего имени»
Силовики выслеживали Сашу 10 дней. Они искали девушку, которая заменила в «Перекрестке» ценники на антивоенный текст, — по доносу пенсионерки. Тогда из магазина Скочиленко пошла к другу, в квартире которого ей вскоре и устроили засаду.
Утром 11 апреля Сашу Скочиленко разбудил звонок приятеля: к нему нагрянули с обыском, «ищут тело». В 11:00 Саша уже была у его подъезда. Через две минуты ее друг Леша получит сообщение, которое изменит их жизнь на ближайшие годы.
Через два дня Сашу в наручниках привезли в Василеостровский суд, ее обвинили в «распространении заведомо ложной информации об армии РФ по мотивам политической ненависти». Близкие друзья и девушка Саши Соня в суде надеялись, что судья Елена Леонова учтет серьезные заболевания Саши: порок сердца, циклотимию с лекарствами по часам и целиакию, требующую особой диеты.
Пять часов ожидания — и судья решила арестовать 31-летнюю девушку.
Глава 2
«Даже одна из конвоирш сказала, что это довольно жестоко»
Саша не отрицала, что заменила те ценники. Но она не считала, что информация на них была «заведомо ложной». На одном из последних заседаний Скочиленко объяснила свой поступок:
Я просто хотела, чтобы военные действия остановились, потому что это мои ценности: жизнь для меня священна, я просто хотела остановить войну. Не из ненависти, не из вражды, а из сострадания.
После вторжения России в Украину Саша — как и сотни шокированных петербуржцев — участвовала в антивоенном митинге. Из-за ночи в полиции у нее развилось ПТСР. Весной Скочиленко проводила антивоенные джемы. Ее переписка со знакомой из Киева, приобщенная к делу, показывает: Саша близко к сердцу приняла новости об обстрелах мирных жителей в Мариуполе.
В первый год полномасштабной войны в России по политическим мотивам задержали более 20 тысяч человек. За антивоенные высказывания и выступления возбудили 370 уголовных дел — многие из них по доносам. Дело Саши Скочиленко встало в этот ряд.
Из судебной клетки на первом заседании Саша успела рассказать: «Мне все здесь внушают, что ты делаешь что-то позорное и плохое, если выступаешь за мир».
Контакт Саши с внешним миром ограничили: на апелляции по мере пресечения ее подключили по видеосвязи из СИЗО и она не видела пришедших на суд посетителей. Соне и Леше месяцами отказывали в свиданиях с Сашей: «Даже одна из конвоирш сказала, что это довольно жестоко», — жаловалась Саша защитнице Яне Неповинновой.
Когда Скочиленко проводили по коридору, приставы вытесняли всех оттуда — на одном из заседаний 2023 года они для этого распылили слезоточивый газ.
Глава 3
«Я имею огромную поддержку людей со всего мира»
После подавления антивоенных протестов люди, несогласные с войной и репрессиями, перенесли свою активность в суд.
На Сашины заседания начали ходить десятки петербуржцев: «Чтобы было видно, что людям не все равно», — объясняла не знакомая с подсудимой программистка Анна.
Вокруг дела Скочиленко образовалось сообщество из сотен людей, поддержка распространилась и на других политзаключенных в Петербурге. Сашин процесс растянулся на месяцы, и враждебное пространство Василеостровского суда неожиданно стало местом поддержки и отстаивания принципов.
«У моих обвинителей есть власть и деньги, а я имею неизмеримо больше — доброту, эмпатию, реальную любовь и огромную поддержку людей со всего мира», — писала Саша в письме из изолятора.
Мама Саши Надежда поддерживала ее из Франции. На заседания приходили консулы европейских стран и известные горожане.
«Когда ты в зале заседания не один, уже полегче, поэтому я пришла», — рассказывала акционистка Ануш Панина. Она отсидела за выступление против мобилизации 25 суток. «Кроме того, те, кто поддерживает Сашу, имеют возможность видеть друг друга», — объясняла Ануш.
Саша, музыкантка и авторка двух книг, стала мировой знаменитостью. «Би-би-си» внесла Скочиленко в топ-100 влиятельных женщин мира 2022 года, художница Ксения Сорокина передала Саше свою «Золотую маску» за спектакль «Финист ясный сокол» (позже его создательниц Женю Беркович и Светлану Петрийчук арестуют по обвинению в «оправдании терроризма»). Акции в поддержку Скочиленко прошли в городах Европы, а петицию с требованием освободить девушку в России подписали 169 тысяч человек.
Через год после ареста Саши ее девушке Соне наконец удалось добиться свидания — первой возможности поговорить наедине. За время процесса у девушек было больше десяти таких встреч. Параллельно с судом Соня лечилась от рака.
Глава 4
«Мы делаем из судов настоящее шоу»
В конце года к делу Скочиленко подключился звездный адвокат Юрий Новолодский — учитель защитницы Саши Яны Неповинновой. Он известен в Петербурге с 1990-х годов: работал в правительстве Анатолия Собчака вместе с Владимиром Путиным, защищал в суде миллиардера Михаила Мирилашвили и криминального авторитета Владимира Кулибабу.
Это нарушило однообразный ход судов: Новолодский красноречиво спорил с прокурором Александром Гладышевым и потребовал отвода судьи Оксаны Демяшевой.
Новолодский сделал ставку на независимых экспертов, и защита добилась неожиданного успеха: в суд вызвали авторок экспертизы со стороны обвинения Анастасию Гришанину и Ольгу Сафонову. Вместе с адвокатами их допрашивала независимая лингвистка Светлана Друговейко-Должанская.
Ольга Сафонова признала, что ее вывод о ложности информации на ценниках — результат некорректного понимания задачи эксперта и что саму информацию нельзя назвать «заведомо ложной» для Скочиленко.
«Конечно, немного боюсь приговора. Но судов жду: сейчас мы делаем из них настоящее шоу и умопомрачительный опыт разноса обвинительной власти», — писала Саша «Бумаге».
Тем временем другие суды вынесли первые приговоры по делам о военных «фейках». Московскому муниципальному депутату Алексею Горинову суд назначил семь лет колонии. Политику Илье Яшину — восемь с половиной лет. Петербуржца Олега Белоусова суд отправил в колонию на пять с половиной лет.
Для Саши Скочиленко прокурор Гладышев запросил восемь лет.
Глава 5
«Снова я прохожу через пытки»
Осень 2023-го превратилась в пытку. Судья Демяшева делала заседания почти ежедневными. Сашу привозили в суд в семь утра — весь день она сидела за решеткой, судья запрещала перерывы, даже чтобы Скочиленко могла выпить воды и принять таблетки.
«И снова я прохожу через пытки голодом, как в самом начале моего заключения. Ездить в суд очень трудно. После каждого такого дня хочется лежать пластом сутки», — писала Саша из СИЗО.
На одно из слушаний Скочиленко привезли в суд с кардиомонитором. Судья решила, что необходимость заменить в приборе батарейки не стоит переноса заседания.
Темп сказался и на здоровье 72-летнего Новолодского: он попал в больницу. На одном из заседаний он просил выступать сидя — Демяшева отказала.
Глава 6
«Вы судите пацифистку»
Саше вынесли приговор 16 ноября 2023 года — через 19 месяцев после задержания.
«Насколько же слабой верой в наше государство и общество обладает наш прокурор, если считает, что наша государственность и общественная безопасность могут порушиться от пяти маленьких бумажек?» — сказала Саша в последнем слове.
На жаргоне следователей посадить человека в СИЗО называется «взять в плен». Так вот, я не сдалась и не согнулась в условиях плена, под угрозой травли, болезни и голода.
Фотографии Андрей Бок для «Бумаги»