музыкальный критик
В этом списке — 30 альбомов в произвольном порядке, оставивших самый яркий след в моем 2023 году. Кроме этого, их почти ничто не объединяет — они спеты на разных языках, выполнены в разных жанрах, получили (или не получили) разную прессу и даже действовали на меня по-разному: какие-то утешали и помогали жить, другие пробуждали любопытство, некоторые мотивировали — но были и те, что, наоборот, ввергали в беспросветную тоску.
Впрочем, есть, по-видимому, и еще один общий знаменатель: каждая из перечисленных записей кажется мне в самом деле необыкновенно талантливо сочиненной и исполненной.
Этот материал преследует две цели сразу: привлечь читательское внимание к отличной музыке, которая, возможно, прошла мимо вас, а также отправить самому себе послание в будущее вроде тех, что пускают в бутылках по морским волнам, и таким образом запрограммировать собственные воспоминания об этих 365 днях жизни.
Захватывающие вариации на тему ирландского фолка — но не в плясовой, а скорее в мрачной, готической его разновидности: музыка, которая, по ощущению, могла бы стать альтернативным саундтреком к «Банши Инишерина».
Неугомонная гиперактивная электронная музыка с изобретательными джазовыми духовыми и обилием увлекательной ближневосточной эзотерики: в основе альбома — книга египетских мистиков XIII века.
Вдохновенный полистилический рок в исполнении 72-летнего барабанщика Чарльза Хейворда из This Heat и его более юных коллег: постпанк, арт-рок и фанк в одном флаконе — без малейшей оглядки на то, куда дует ветер.
Виртуозный по исполнению и впечатляющий по масштабам альбом, в котором авторская песня, криволинейный инди-рок и даже полифоническая вокальная музыка сводятся под зонтиком блюграсса и американы.
Полноформатный дебют живущей в Берлине перуанской электронщицы: гуманистическая клубная музыка, облекающая в звук историю борьбы матери Куртесис с раком (а в одной из композиций внезапно собственной персоной появляется Ману Чао).
Калейдоскопический андеграундный хип-хоп из Калифорнии, который, в отличие от иных работ в этом жанре, старается не грузить, а радовать — в том числе роскошным инструментальным фоном в духе джаза, фанка, фьюжна и даже «кентербери-саунда» 1970-х.
Певица, когда-то занимавшаяся туманной фолктроникой, переделывает свои более ранние песни в просторном, пышном, практически эстрадном звуке — и внезапно выясняется, что в таком прочтении им прямая дорога в вечность.
Новый проект Ильи Черепко-Самохвалова из «Петли пристрастия» — менее резкий по звучанию (за него тут отвечают музыканты другой хорошей белорусской группы Port Mone), но, кажется, еще более трагический по содержанию.
Лаконичный, но буквально лопающийся от количества креативных идей авант-поп-альбом каталонской певицы и пианистки: извилистая музыка, которая, кажется, сама заранее не знает, что ждет ее за каждым следующим поворотом.
Бывший участник Simian Mobile Disco и The Last Shadow Puppets (и продюсер десятков видных британских пластинок последних 20 лет вплоть до свежих записей Depeche Mode) дебютирует соло — и сразу с шедевра; запись чем-то напоминает Брайана Ино времен «Another Green World».
Немецкая гитаристка проводит свой биг-бэнд через огонь, воду и особенно медные трубы: развернутая сюита о ведьмах и некоторые другие фрагменты записи напоминают уже не столько джаз, сколько прог- или авант-рок для большого инструментального состава.
Безупречная меланхолия в исполнении опытной четверки музыкантов во главе с сооснователем великой группы Japan Стивом Янсеном — десять негромких, но поэтичных, полных внутреннего достоинства песен обо всем на свете.
Резкие и честные песни-заклинания о мире после 24 февраля 2022 года, положенные на индустриально-электронный каркас (тембрально он соответствует основной эмоции записи) — некоторые эпизоды бьют буквально наотмашь.
Впечатляющий трибьют Джеймсу Ризу Юропу, классику эпохи регтайма и раннего джаза; несмотря на скачок на сто с лишним лет в прошлое, в прочтении Джейсона Морана эта музыка внезапно кажется абсолютно современной — и тематически, и по звучанию.
Альбом года в стиле «vanguarda paulista» — экспериментальной поп-музыки родом из бразильского города Сан-Паулу: завораживающие, хитросплетенные песни, женящие босанову и тропикалию с психоделией и арт-роком.
Монументальный альбом космического джаза и соула, в котором многоликий ансамбль и его главная героиня без видимых усилий проворачиваеют непостижимые вокально-инструментальные фокусы — практически «Songs in the Key of Life» 2023 года.
Шумный, нервный, колюще-режущий гитарный рок на пути от Velvet Underground к постхардкору: особенно хороши две развернутые композиции с изнурительными зацикленными грувами, из которых бруклинская группа выпивает все возможные соки.
Восемь писем пожилого харьковчанина, друга семьи артиста и пасынка поэта-обэриута Александра Введенского, зачитанные под напряженный эмбиент — то есть под тот самый невыносимый шум времени, в сопровождении которого все мы (но особенно — соотечественники главного героя альбома) живем уже почти два года.
Самый находчивый и вдохновенный альбом 2023-го в условно мейнстримном пространстве: произвольно ветвящиеся вокальные мелодии, прихотливые аранжировки, хитовые припевы по соседству с самыми смелыми экспериментами.
Афрофутуристический музыкально-театральный спектакль, целиком основанный на перкуссионных полиритмах и захватывающих вокальных выходах: музыка, вызывающая мгновенный телесный отклик — и притом неизменно содержательная.
Японское трио, кажется, стремящееся облечь в звук всю экосистему родного для него острова Эносима — птички поют, ручьи журчат, и, в целом, выходит фактически нью-эйдж, но творчески переосмысленный и обладающий на фоне событий 2023 года редким и ценным утешительным потенциалом.
Темнокожая поэтесса и певица путешествует по «корневым» стилям — от госпела и блюза до кантри и авторской песни — и виртуозно обходит по пути все преграды: никаких истерик и экзальтации, просто большой американский альбом как он есть.
В эпоху простых и однозначных эмоций Анна Би Сэвидж как будто стремится доказать, что человек — все-таки сложное существо: альбом «in|FLUX» проводит нас через череду противоречивых аффектов под аккомпанемент подобающе хитро устроенной музыки.
Пассионарные речитативы в сопровождении раздерганного электропанка и изобретательно подобранных семплов: впечатляющий как на звуковом, так и на содержательном уровне проект из глубин петербургского андеграунда.
Тонкий, изящный, полный воздуха эмбиент-поп — запись как бы необязательная, не привлекающая к себе излишнего внимания, не манипулирующая слушателями, но в своем тихом обаянии абсолютно неотразимая.
Страстный спиричуэл-рок южноафриканского автора, спетый на смеси английского и языка зулу: и максималистский саунд альбома, и пафос текстов (по крайней мере, их англоязычной части) вдыхают желание жить в эпоху, когда иные события, напротив, это желание ослабляют.
Песни печали и надежды, отчасти возвращающие в счастливые времена второго альбома группы «I Am a Bird Now»; спетые уникальным, не похожим ни на кого голосом Энони, они могут быть описаны как соул, причем сразу во всех смыслах слова — и жанровом, и буквальном.
Сногсшибательная свежая запись хедлайнеров лейбла Ored Recordings. Они занимаются вовсе не только музыкальной этнографией: традиционный черкесский фолк предстает у Jrpjej не музейной вещью, а живым, дышащим организмом.
Блистательный эфиопский джаз, наследующий великим работам Махмуда Ахмеда, Мулату Астатке и других классиков, с единственным нюансом: у инструменталистов, аккомпанирующих здесь певцу Аснаке Гебрейесу, отчетливо ощущается жесткая рок-выучка.
Тихий и завораживающий альбом болотной английской хтони — в регистре шепота Пи Джей Харви в последние лет 15 звучит мощнее, чем в регистре вопля, и этот альбом новое тому подтверждение (а еще он, кажется, способен удачно зарифмовать список, начинавшийся с пластинки Lankum).
Лев Ганкин