Как Запад поставляет микросхемы для оружия в Россию

The Insider изучил около сотни наименований импортных микросхем, которые Россия использует в войне против Украины. Часть из них была взята из открытых источников, а часть — из списка электронных компонентов, который удалось установить экспертам из группы Ермака-Макфола (по большей части это микросхемы, найденные в упавших в Украине российских ракетах либо в подбитой технике). В результате многомесячного расследования The Insider установил маршруты, которыми 98 микросхем попали в Россию, но не для всех из них известны поставщики после начала полномасштабного вторжения (в таможенных данных далеко не всегда указывают спецификацию товара, иногда указывают лишь, что это «интегральные микросхемы»).

Среди этих 98 микросхем The Insider обращал особое внимание на те, которые относятся не к бытовым или индустриальным, а скорее к специальным (военным) микросхемам. Грань между одними и вторыми расплывчата, но ее все же можно установить по совокупности параметров: цене, сложности, распространенности, узости или широте функционала, диапазону рабочих температур. К примеру, гражданские микросхемы отличаются от аналогичных военных диапазоном температур, в которых они могут работать (у военных он шире), устойчивостью к ошибкам, полнотой тестирования (военные микросхемы тестируются строже). Это приводит к тому, что в принципе «одинаково изготовленные» микросхемы получают разные категории и стоят по-разному.

И если о конечном получателе поставщики бытовых микросхем могли и не догадываться, то вот при поставке специализированных микроэлектронных компонентов поставщик не мог не понимать, как они будут использоваться. Как выяснилось, практически все компании-экспортеры, о которых речь пойдет ниже, — китайские фирмы-посредники. При этом западные фирмы-изготовители не приложили ровно никаких усилий, чтобы их продукция не попала к российским оружейникам.

Джеймс Ходсон, член международной рабочей группы по санкциям, заявил The Insider, что без введения более строгого режима «знай своего клиента» бороться с обходом режима санкций будет почти невозможно:

«Способность России поддерживать и увеличивать импорт критических компонентов — это признак не хорошо работающей рыночной экономики, но вполне стандартной военной экономики, в которой фокусы интересов и стимулы направляются из центра. За исключением импортозамещения справедливым будет сказать, что способность России к инновациям сильно пострадала в результате войны, а усиление централизации власти и нормативного регулирования правительством (и увеличение надзора за всеми секторами), вероятно, сделает российскую экономику менее способной к стратегической долгосрочной адаптации. — Особенно если выручка от продажи ископаемых энергоносителей будет соответствующим образом сокращена правительствами, союзными Украине.

Что может сделать американское правительство? Должны стать нормой гораздо более строгие режимы KYC („знай своего клиента“), как привыкли американские банки, а усилия правоохранителей должны приводить к быстрым и крупным отрицательным стимулам при совершении ошибок в будущем. Компании, чьи продукты идентифицированы и изъяты с полей боевых действий, должны столкнуться с неприятными последствиями. Это заставит сделать гораздо более детальный контроль стандартной процедурой. Американские компании и посредники видели взрывной спрос на разных серых рынках. Они с удовольствием заполнили этот избыточный спрос своим предложением и должны были понимать, что это — признак российского спроса, прошедшего через третьи стороны (базовая математика). Ограничение спроса на этих рынках серьезно снизило бы возможность России получать критические компоненты».

Вот ключевые примеры того, какими путями в российском вооружении уже после начала полномасштабного вторжения оказывались иностранные микросхемы.

Су-24