Экономическую политику Байдена называют «байденомикой»

Правда, что самый пожилой президент в истории США оказался смелым реформатором? Это поможет ему победить на выборах? Выпуск рассылки Kit на «Медузе»

Джо Байдена, самого пожилого президента в истории США, многие воспринимали как промежуточного кандидата, который подуспокоит политические страсти и даст американскому обществу передышку после четырех лет Дональда Трампа в Белом доме. Однако у самого Байдена были другие планы. Он не только порвал с экономическими догмами последних сорока лет, но и заложил рекордные расходы на восстановление экономики от последствий ковида. А еще провел масштабную перестройку транспортной инфраструктуры и начал зеленый переход американской промышленности. Для экономических реформ Байдена даже придумали специальный термин — байденомика. Рассылка Kit рассказывает, что байденомика из себя представляет и почему ее активно критикуют.

Этот текст написал журналист и политический исследователь Георгий Ванунц специально для Kit — «Медуза» публикует его с разрешения редакции. Kit — это медиа в имейл-рассылке. Подпишитесь на него здесь, и вы будете получать два длинных текста в неделю.

Глава 1

Как Байден и демократы вернулись к политике Рузвельта

«Не знаю, что это за хрень, но она работает» — так в июне 2023 года Джо Байден признался, что о термине «байденомика» он узнал из The Wall Street Journal. И добавил, что вполне готов взять его на вооружение.

Так и произошло: летом слово все чаще стало мелькать в выступлениях американского президента и официальных сообщениях Белого дома. Ему даже придумали емкое определение: «„Байденомика“ — это про выстраивание экономики от середины к краям и снизу вверх».

«Снизу вверх» — противоположность «сверху вниз», то есть «экономике просачивания». В этой логике чем больше денег останется после налогов у частных компаний и инвесторов, тем больше «просочится» вниз, то есть будет реинвестировано в открытие новых филиалов, создание рабочих мест, повышение зарплат или инновационные разработки.

Обратный подход подразумевает, что «лишние» деньги останутся у рядовых граждан, которые потратят их на новые товары и услуги, то есть тоже разгонят экономику, но уже «снизу вверх». Для этого людям нужно обеспечить более высокие зарплаты и возможность экономить на образовании, медицине и прочих расходах. А необходимые для этого деньги взять у бизнеса. Ну а «от середины к краям» и вовсе не имеет никакого конкретного значения: под «серединой» очевидно подразумевается средний класс, к которому в свою очередь политики зачастую причисляют едва ли не все трудоустроенное население.

Экономический советник Байдена Хизер Буши выделила три основания «байденомики»: «умные» государственные инвестиции, поддержка работников, содействие конкуренции. А Белый дом подробнее развернул эти обтекаемые формулировки. Речь идет об упрощении создания профсоюзов, госинвестициях в транспортную инфраструктуру и возобновляемую энергетику, а также о борьбе с монополиями. А еще о снижении цен на лекарства, расширении доступа к здравоохранению, образованию и даже интернету, повышении налогов для корпораций и домохозяйств с годовым заработком больше 400 тысяч долларов.

Можно подумать, что это похоже на стандартный список щедрых обещаний, которыми разбрасывается каждая новая президентская администрация. Это не совсем так. Достаточно заглянуть в аналогичные заявления других президентов-демократов. Например, Билл Клинтон в начале президентского срока в 1993 году заявлял о «трех опорах» — бюджетной дисциплине (не тратить на улучшение жизни людей больше, чем собираешь с них налогов), инвестициях в образование и науку и выходе американских компаний на зарубежные рынки. Барак Обама в 2010-м перечислил уже пять «опор»: ужесточение контроля над Уолл-стрит, то есть финансовым рынком; инвестиции в образование, технологии и возобновляемую энергию; расширение доступа к здравоохранению и, при всем этом, сокращение государственного долга.

На фоне своих предшественников, которые ставили во главу угла образование и технологии, Байден с его мостами и дорогами, профсоюзами и демонополизацией в начале 2020-х выглядит почти как герой-попаданец из времен своего детства. Совпадение не случайно. Администрация 46-го президента США открытым текстом провозглашает возвращение к золотой эпохе Демократической партии.

Дело вовсе не в персональной ностальгии Байдена. Тем более что ключевые лица его экономической команды годятся президенту в дети. Скажем, Национальный экономический совет в начале байденовского срока возглавлял 44-летний Брайан Диз. Столько же тогда было его заместителю и ключевому связному между Белым домом и прогрессивным крылом Демпартии в конгрессе Бхарату Рамамурти. Уже упомянутой Буши 53 года, а председательнице Федеральной торговой комиссии экономистке Лине Хан в этом году исполнилось лишь 34. Однако неофициальный манифест, предвосхищающий возвращение Демпартии к корням, написал в 2019 году вовсе не один из этих экономистов, а нынешний советник по национальной безопасности Джейк Салливан, которому на тот момент был 41 год.

В эссе «Новые старые демократы» Салливан размышляет об исторических циклах американской экономической политики: о том, как Франклин Рузвельт ответил на Великую депрессию созданием восьми с половиной миллионов рабочих мест, а Линдон Джонсон продолжил его экономические реформы социальными, подписав «Закон о гражданских правах», запрещающий расовую сегрегацию.

Рузвельт и Джонсон настолько приучили Америку к активному и амбициозному федеральному правительству, что до начала 1980-х даже их политические оппоненты-республиканцы всерьез не оспаривали роль государства в развитии страны. Конец этому положил Рональд Рейган, с чьим президентством принято связывать «неолиберальную революцию» — он оказался убежденным противником «большого правительства», социальных расходов и профсоюзов. Ни «прогрессивист» Клинтон, ни Барак Обама по большому счету не сворачивали с рейгановского пути.

Но, как пишет Салливан на исходе 2010-х, настало время вернуться к наследию Рузвельта и Джонсона. И на это неожиданное предложение Салливана натолкнул собственный опыт. В 2016-м он помогал с предвыборной программой Хиллари Клинтон. Тогда она неожиданно уступила Дональду Трампу, чьи постоянные расистские и сексистские высказывания казались многим (и в первую очередь демократам) несовместимыми с должностью президента США. Салливан делает вывод, что Демократическая партия слишком прочно ассоциируется со спорами об идентичности, расе и гендере, которые отпугнули некогда лояльный электорат белого рабочего класса. На деле же у этого электората много общего с самыми разными группами угнетенных, и в первую очередь — ощущение тупика от растущего экономического неравенства и деградирующей инфраструктуры.

Салливан завершает эссе призывом к однопартийцам воскресить принципы Рузвельта и Джонсона, перестать стесняться обвинений в «левизне» и взвалить на себя миссию спасения американского среднего класса. Попунктный рецепт этого спасения в его тексте удивительно схож с основами «байденомики»: поддержка работников в их борьбе за достойную оплату труда и социальные гарантии, антимонопольная стратегия по сдерживанию корпораций, повышение налогов для богатых, инвестиции в инфраструктуру без страха увеличить госдолг.

Через несколько недель после победы на выборах Джо Байден объявил о назначении Салливана советником по национальной безопасности.

Глава 2

Зеленый переход и война чипов: из чего состоит «байденомика»

Администрации Байдена в чем-то повезло с началом президентского срока. Он выпал на пик пандемии коронавируса, когда человечество уже год жило в условиях чрезвычайного положения. Поэтому активное государственное вмешательство, особенно в форме экономической поддержки, едва ли могло вызвать у кого-то протест.

Тем не менее за «Американский план спасения» (American Rescue Plan Act) — меры, призванные вывести национальную экономику из ковидного кризиса стоимостью почти два триллиона долларов — не проголосовал ни один представитель Республиканской партии. Акт приняли благодаря перевесу демократов в один голос в сенате. Джо Байден подписал его в марте 2021 года.

«Американский план спасения» гарантировал каждому гражданину страны с годовым доходом ниже 75 тысяч долларов единовременную выплату 1400 долларов и годовые налоговые вычеты от двух до трех тысяч на каждого несовершеннолетнего ребенка. На поддержку бизнеса, пострадавшего во время карантина, правительство выделило 1,7 триллиона долларов. Предприятия со штатом меньше 500 человек и самозанятые претендовали на льготный заем на сумму до 10 миллионов долларов под 1% годовых. Причем если 60% этих денег уходили на зарплатный фонд, то заем и вовсе прощали.

Еще 122 миллиарда долларов выделили детским садам и средним школам — например, на переоборудование классов и вентиляционных систем с учетом угрозы вирусы. Больше 20 миллиардов пошли на экстренную помощь арендаторам жилья, чей доход сократился во время пандемии. В среднем по стране каждый такой арендатор получил почти четыре с половиной тысячи долларов. Еще пять миллиардов выделили бездомным людям — как прямыми платежами, так и на строительство специальных комплексов доступного жилья или выкуп целых зданий. Наконец, почти в 100 миллиардов долларов обошлось распространение бесплатных тестов на COVID-19 и вакцинация. И все это оказалось лишь разминкой.

«Байденомика» опирается на три пакета реформ. Первый — Закон об инвестициях в инфраструктуру и рабочих местах (The Infrastructure Investment and Jobs Act) — пришлось мучительно долго обсуждать в том числе с «умеренным» крылом Демократической партии и уменьшать сумму с первоначальных 2,3 триллиона до 1,2. Эти деньги пошли на строительство и ремонт мостов, железных дорог, аэропортов, водопровода, городского транспорта и другой инфраструктуры.

Инфраструктура в США

По плотности покрытия железными дорогами США почти в пять раз уступают Германии и Чехии. Так, в Хьюстоне — крупнейшем городе штата Техас с населением два миллиона человек — останавливается лишь один поезд в день. А в столице штата Аризона Финиксе, где живет более полутора миллионов человек, поездов совсем недавно и вовсе не было. Но все меняется. Государственная железнодорожная компания Amtrak, для которой новые госинвестиции стали рекордными с момента основания в 1971-м, уже наметила открытие 30 новых маршрутов. Пользоваться ее услугами станут почти вдвое больше пассажиров, чем раньше.

Кроме того, в это сложно поверить, но в 2023 году 42 миллиона американцев (это примерно 12% населения страны) не имели доступа к широкополосному интернету. Закон об инвестициях заложил 65 миллиардов долларов на его проведение и даже ежемесячную оплату интернета пользователям с низким доходом.

Деньги также пойдут на создание сети электрозаправок на федеральных трассах и закупку электробусов. Еще более 70 миллиардов направят на замену водопроводов по всей стране и очистку водоемов. Конечная цель — предоставить каждому доступ к бесплатной и чистой питьевой воде.

Второй из трех ключевых пакетов «байденомики» — это Закон о снижении инфляции (Inflation Reduction Act). Он шел к президентской подписи почти год, так и не получив ни одного голоса республиканцев. А «умеренные» демократы приложили все усилия, чтобы снизить заложенные в него траты с 1,75 триллиона долларов до 900 миллиардов.

Закон можно разделить на две основные части. Первая, поскромнее, касается медицины: помогать будут тем, кто пользуется Medicare — программой медицинского страхования для граждан от 65 лет и людей с инвалидностью. Это около 65 миллионов человек. Теперь Департамент здравоохранения устанавливает потолок цен на лекарства по программе Medicare. Например, инсулин больше не может стоить дороже 35 долларов — раньше в среднем за него платили вдвое больше.

Но запомнится антиинфляционный пакет скорее второй своей частью. А именно попыткой ускорить зеленый переход американской экономики. Не просто так в нем прописана цель сократить выбросы CO₂ в стране на 40% к 2030 году. Убеждать бизнес переходить на зеленые технологии будут щедрыми налоговыми вычетами. Например, каждый потребитель может заплатить на две тысячи долларов меньше налогов в год за покупку тепловых насосов, пеллетных котлов или солнечных панелей. Схожие льготы работают и при покупке автомобиля с электродвигателем. При этом деньги выдаются только на покупку машин дешевле 55 тысяч долларов, что подстегнуло Tesla снизить цены на некоторые модели.

Еще более щедрые налоговые стимулы предложат американским корпорациям. Например, производители возобновляемой энергии теперь могут заплатить часть налогов не сразу, а через 10 лет. Похожие налоговые кредиты получили и производители компонентов для зеленой энергетики — солнечных панелей и ветряных мельниц, — и добытчики алюминия, кобальта, лития и никеля. А Департамент энергетики выделит до 25 миллиардов долларов льготных кредитов на открытие заводов по производству электромобилей.

Закон о снижении инфляции приняли в августе 2022-го, и уже через год было создано 170 тысяч рабочих мест в зеленом секторе, а в первом квартале 2023-го продажи источников возобновляемой энергии подскочили на 54%. Косвенный индикатор эффективности реформ — тревога, которую они вызвали среди европейских политиков, которые испугались массового переезда зеленых корпораций в США. Европейский союз даже обвинил Вашингтон в нарушении правил Всемирной торговой организации, а председательница Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен заключила, что Европе нужен свой Закон о снижении инфляции.

Третий элемент «байденомики» — это Закон о чипах и науке (CHIPS and Science Act). Согласно документу, около 280 миллиардов долларов пойдут на изучение и производство микрочипов на территории США. А налоговый вычет в 25% должен помочь вернуть на родину фабрики таких компаний, как Intel, AMD и Nvidia, которые в последние десятилетия предпочитают открывать новые производства в Юго-Восточной Азии и Европе. По подсчетам консалтинговой фирмы McKinsey, еще в 1990-х на США приходилось 37% всех произведенных в мире полупроводников, а к 2020-м доля снизилась в три раза.

Своего недовольства байденовскими рефорами не сдержал и Пекин. Посольство КНР в Вашингтоне публично выразило «решительный протест» по поводу принятия Закона о чипах, заявив, что Вашингтон снова мыслит категориями холодной войны. Вице-президент Ассоциации полупроводниковой промышленности КНР обвинил американцев в нарушении принципов свободного рынка, а китайский Минторг предупредил о дестабилизации международной торговли в результате принятия документа.

По метафоре Нейтана Айера, специалиста по климатической политике из института Роки-Маунтин в США, Закон о чипах можно считать мозгами, Закон об инвестициях — хребтом, а Закон о снижении инфляции — мотором экономической программы администрации Байдена. Вместе они должны не просто стимулировать экономический рост, но и выполнить несколько социальных и политических задач.

Во-первых, «озеленить» энергетическую систему страны, которая выделяет 12,5% всего углекислого газа на планете. Во-вторых, восстановить общественную инфраструктуру в стране — в 2021-м году Американское общество гражданских инженеров оценило ее состояние на C— (то есть три с минусом). От водопровода и интернета до жилья, мостов и железных дорог. И в-третьих, создать и вернуть в страну «качественные» рабочие места с хорошей зарплатой и высоким уровнем защиты трудовых прав.

В отличие от своего кумира Рузвельта, даже в начале президентского срока Байден не имел особо впечатляющей поддержки избирателей. Скромный перевес (235 против 199) в палате представителей демократы по традиции потеряли на промежуточных выборах в ноябре 2022 года. Именно тогда по большому счету и остановился проект «байденомики». Как минимум до следующих выборов, которые состоятся в ноябре 2024-го.

Действующей администрации удалось согласовать далеко не все из амбициозных планов: до лучших времен отложили понижение минимального возраста для участия в программах Medicare с 65 до 60 лет, создание инфраструктуры бесплатного дошкольного образования и введение трехмесячного отпуска по показаниям здоровья и для ухода за семьей. А громкое обещание списать 20 тысяч долларов долга за обучение каждому американцу с годовым доходом ниже 125 тысяч не дал реализовать Верховный суд США.

И все-таки основные реформы Белый дом довел до президентской подписи. А вот поможет ли это Байдену переизбраться на второй срок — большой вопрос.

Глава 3

Инфляция и компромиссы: за что критикуют «байденомику»

«Хотя наша работа еще не окончена, „байденомика“ уже работает на благо американского народа», — сообщал в июне 2023-го пресс-релиз Белого дома. Так, за прошедшие два года в стране, если верить данным правительства, появилось больше 13 миллионов новых рабочих мест, было открыто больше 10 миллионов новых фирм, объявлено о строительстве 150 фабрик батарей (каких именно, в пресс-релизе не сказано) и 50 фабрик солнечных панелей.

Американская экономика действительно продемонстрировала рекордные для стран «Большой семерки» темпы восстановления после пандемии ковида: к третьему кварталу 2023 года ВВП страны вырос на 7,4% с доковидного 2019-го. За это же время аналоничный показатель Германии вырос всего на 0.3%, Японии — на 2,4%, а в среднем по Еврозоне — на 3,4%.

Еще активнее, чем ВВП, рос показатель удовлетворенности работой. В 2022 году 62% американцев были довольны своими рабочими местами — это на 5,5% выше, чем в 2020-м. А уровень безработицы еще в первый год президентства Байдена опустился с 6,3% до 3,7% и с тех пор не поднимался. Так долго на этом уровне он в последний раз задерживался больше пятидесяти лет назад.

При этом критиков у «байденомики» хватает: сторонники неолиберализма возмущены вмешательством государства в рыночные механизмы, а левые недовольны скромностью этого вмешательства. В первую очередь Байдену пеняют на колоссальные расходы, положительные эффекты от которых, по мнению скептиков, меркнут на фоне раздуваемой таким расточительством инфляции и роста государственного долга. Этот аргумент выглядит убедительно, учитывая динамику инфляции, которая разогналась с 1,4% в месяц инаугурации Байдена до 7,5% в январе 2022-го.

У такого невиданного темпа немало объяснений, часть из которых с политикой Байдена никак не связана: это и нарушение глобальных цепочек поставок во время пандемии ковида, и резкий рост потребительского спроса за счет сэкономленных во время локдаунов денег, и скачок цен на нефть и газ после начала полномасштабной войны в Украине. А еще элементарная жадность корпораций, которые часто получали рекордные прибыли, повышая цены под предлогом этой самой инфляции. Например, средняя годовая прибыль Shell после пандемии почти утроилась.

Но на фоне постоянного подорожания продуктов и периодических обвалов финансового рынка даже такие объективные факторы не очень убеждали критиков. «Президент Байден обещал сократить имущественное неравенство, и ему определенно удалось это сделать, угробив экономику!» — язвил сотрудник Института инновационных программ Меррилл Мэтьюз, комментируя худший с 1939-го года старт фондового индекса S&P 500.

Однако к лету 2023 года инфляция в США выправилась до 3% в месяц — в два раза ниже аналогичных показателей еврозоны. С февраля 2023-го, впервые за два года, рост зарплат в стране стабильно обгоняет инфляцию. Как и в случае с разгоном, инфляцию затормозили глобальные факторы: цепочки поставок восстановились до препандемийного уровня, а цены на нефть упали с 117 долларов за баррель в марте 2022-го до 75 долларов в июне 2023-го.

Вдобавок Федеральная резервная система США остудила национальную экономику, увеличив процентную ставку почти с нуля в марте 2022-го до 5,5% в июле 2023-го. Главный экономист рейтингового агентства Moodyʼs Марк Занди верит в долгосрочный положительный эффект этих мер: «Он [Закон о снижении инфляции] снизит зависимость экономики от скачков цен на нефть, которые становились виной почти каждой рецессии со времен Второй мировой войны».

Вырос ли при Байдене многострадальный госдолг США, который так беспокоит Владимира Путина? Разумеется. Последним американским президентом, при котором этот долг сократился, был Кельвин Кулидж, покинувший Овальный кабинет в 1929 году. За три же года при Байдене госдолг США увеличился на 22%. Для сравнения: за четыре года президентства Дональда Трампа он вырос больше чем на 40%, за восемь лет Джорджа Буша — младшего — на 105%. Мессия экономного правительства Рональд Рейган в свое время и вовсе этот госдолг утроил. А своего кумира Рузвельта нынешнему президенту США вряд удастся догнать даже за несколько дополнительных сроков: тот удерживает национальный рекорд с десятикратным ростом долга за 12 лет.

Но все это вряд ли получится объяснить американцам, которые пока не впечатлены «байденомикой». Средний рейтинг одобрения Байдена держится чуть выше 40%, что соответствует показателю Трампа на четвертый год президентства (39,4%), немного уступает Обаме в аналогичный период (44%), но сильно хуже, чем, например, у Буша-младшего (50,6%). На это, конечно, сильно влияет возраст действующего президента. 77% американцев уверены, что 82 года (столько исполнится Байдену в ноябре) — это слишком высокий возраст, чтобы эффективно управлять страной.

Экономика, строго говоря, не самая большая проблема президентского рейтинга: по данным исследовательского центра Pew, в декабре 2023-го у негативно настроенных избирателей было больше вопросов к его иммиграционной политике и «способности объединить страну». Но и особой уверенности в экономическом курсе американцы явно не чувствуют, иначе их мнение вряд ли расходилось бы с фактами. Так, согласно проведенному в сентябре опросуThe Harris Poll, 59% респондентов думают, что национальный ВВП падает, хотя он растет. А 51% уверены, что безработица находится на историческом максимуме, хотя в реальности она на минимуме.

Ничего удивительного в этом нет. По данным Бюро переписи населения США, по итогам 2022 года средний американец потерял в доходе (с учетом изменений в зарплате и инфляции) почти 1750 долларов. «Администрация Байдена могла бы сказать: „Ребята, при другой экономической политике последние два года у нас была бы массовая безработица, у вас бы просто не было работы“. Но людям не свойственно радоваться тому, что у них есть работа, они фокусируются на ценах», — объясняет экономический обозреватель The New York Times Джим Танкерсли.

Адам Грин, основатель «Комитета кампаний за прогрессивные перемены», который помогает кандидатам от Демократической партии на выборах, высказался еще резче: «В случае с экономикой невозможно убедить людей в чем-то, что не отражается на их жизни, просто повторяя одни и те же аргументы».

Впрочем, шансы, что оставшиеся до выборов 10 месяцев увеличат популярность «байденомики», есть. Очередной виток арабо-израильского конфликта пока всерьез не отразился на ценах на нефть и газ, а тренд на снижение инфляции, по прогнозам аналитиков из консалтинговой фирмыErnst & Young, продолжится и в 2024-м.

Претензии к «байденомике» есть и у тех, кто симпатизирует демократам в их решимости совершить зеленый переход. Даниела Габор, экономистка из Университета Западной Англии, классифицирует выбранную байденовской администрацией стратегию как «дерискинг» — попытку государства решить важные общественные проблемы руками частного бизнеса, предложив ему почти гарантированные прибыли за счет субсидий и льгот.

Проблема такого подхода, полагает Габор, — это почти полный отказ от кнута при раздаче пряников. На короткой дистанции решения Байдена никак не мешают топливным гигантам продолжать наращивать добычу ископаемого топлива, а частным зеленым компаниям получать субсидии и в то же время повышать цены для потребителей. Это в сентябре 2023-го уже сделали британские ветроэнергетики.

С Габор неожиданно согласен защитник рыночной глобализации, директор Института мировой экономики Питерсона Адам Поузен. По его мнению, фокус на государственной поддержке производителей, а не потребителей или исследователей зеленых технологий, приведет не к скорейшему распространению этих технологий, а к взвинчиванию цен и дележке рынков, как это было с вакцинами от ковида.

На ту же проблему указывает Сэм Гиндин, экономист и политолог, в прошлом возглавлявший исследовательский отдел Канадского профсоюза работников автомобильной индустрии. Может, в «байденомике» и просматривается искреннее желание уйти от рыночного фундаментализма и вернуть рядовым американцам хотя бы крупицу веры в политическую элиту, но смелости для настоящих свершений ей не хватает.

Гиндин напоминает, что Рузвельт во времена Второй мировой войны не стеснялся запрещать производство гражданских автомобилей, а Байден побоялся даже как следует поднять налоги для корпораций. И символические жесты вроде появления Байдена на забастовке сотрудников автомобильных компаний в Детройте не похожи на настоящую защиту трудовых прав.

В своей, мягко говоря, комплиментарной книге о первом сроке Байдена бывший редактор The New Republic Фраклин Фоер называет американского президента ни много ни мало «последним политиком» — вашингтонским ветераном, который осознает всю важность построения коалиций, уважения к институтам и терпимости к чужим взглядам.

Однако термин «политик» можно понять и по-другому. Джо Байдену принадлежит сразу два рекорда — сегодня он самый возрастной президент в истории США, но в 1972-м он же стал самым молодым сенатором. За полвека политической карьеры Байден неоднократно врал, лицемерил и попадал в публичные скандалы, но главное — никогда не стеснялся адаптировать свои взгляды. На исходе бурных 1970-х он активно мешал расовой десегрегации, высказывался против права на аборт и легализации марихуаны и голосовал за ужесточение тюремных сроков. А в 1980-х Байден-сенатор не просто публично поддержал Рейгана с его «неолиберальной революцией», но даже побежал вперед паровоза, предложив несколько инициатив по сокращению социальных программ и заморозке государственных расходов.

Возможно, за 40 лет политический карьерист Джо Байден, некогда одним из первых демократов расставшийся с наследием Рузвельта, сильно скорректировал взгляды на экономику (а заодно — на расовые проблемы, аборты и марихуану). Но скорее всего своим разворотом 46-й президент США обязан историческим обстоятельствам и смене партийных настроений, к которым он был чуток на протяжении всей карьеры. Осталось только проверить, насколько эти настроения совпадают с запросом американского народа, который, по всей видимости, скоро будет вновь выбирать между Байденом и Трампом.

Георгий Ванунц для Kit