Как Раиса Горбачёва влияла на мужа

О том, как могут быть связаны модель политического лидерства и отношения лидера с супругой

Вы читаете текстовую версию видео Разбора

Это кадры с официальных визитов генерального секретаря ЦК КПСС и первого президента СССР Михаила Сергеевича Горбачёва, на которых его сопровождает супруга Раиса Максимовна:

Замечаете ли вы на них что-нибудь необычное? Если вы не застали перестройку, то всё происходящее на этих кадрах покажется вам в порядке вещей. Импозантный молодой президент, а с ним – элегантная жена. Но современники были потрясены: зачем Горбачёв повсюду таскает с собой жену? Она что, член Политбюро? И почему она так одевается ? И что это она постоянно ему нашёптывает? Неужто Раиса Максимовна, женщина, из-за кулис руководит перестройкой, а Михаил Сергеевич только исполняет её волю?

Шок советского зрителя, который не привык к публичному появлению «первой леди», был вполне объясним. Ну вот посудите сами. О том, что Сталин вообще был женат, многие граждане узнали только из некролога по Надежде Аллилуевой, которая покончила с собой в 1932 году – но истинную причину, разумеется, тогда не называли. Нина Хрущёва в свою очередь, конечно, сопровождала мужа во время зарубежных визитов, но запомнили её больше на контрасте с западными первыми леди – той же Жаклин Кеннеди (справедливости ради, Хрущёвой на фото – 61 год, а Кеннеди – 32).

Жёны Брежнева и Андропова на людях практически не показывались, а о супруге Черненко и говорить нечего: когда муж 13 месяцев правит страной с больничной койки, то ей и появиться было просто негде, кроме как на его похоронах.

Неудивительно, что после стольких десятилетий затворничества кремлёвских жён появление Раисы Горбачёвой стало сенсацией и воспринималось даже как одно из направлений перестройки: у супруги генсека, у женщины появилось своё общественное лицо.

С приходом Горбачёва всё стало буквально по-новому. В этом Разборе мы решили посмотреть, как могут быть связаны модель политического лидерства и отношения лидера с супругой. И как, имея перед глазами такой трогательный пример партнёрства и взаимоуважения, как у четы Горбачёвых, мы скатились вот к подобным высказываниям на телевидении:

Президент что сказал? Традиционные ценности: родина, многодетные семьи. Задачу, вот, как будешь выполнять? Ну, без смеха! – Ну мы же воюем. – Хорошо, ты когда начал, во вторую Чечню? Дальше что было? Дальше КТО; дальше 2008-й, Грузия; дальше 2014-й, дальше Сирия, дальше пошло всё остальное. Ты чего думаешь, СВО закончится, у тебя будет жизнь лучше, что ли, и веселее? У тебя будет море свободного времени? Не, не будет. У тебя отпуска есть? Есть. Ты указы президента выполняешь? Выполняешь. Всё, отправил задачу выполнить, через девять месяцев доложи по результату. – Товарищ командующий, да вы чего? – Это же реально? – В принципе, да. – А кто будет выполнять?! Начинать надо с себя! Тебе сколько лет? – 45. – Жене сколько лет? – 42. – Успеешь ещё? – Ну, наверное, успею. – Вот и всё. Начинать надо с себя.

Андрей Гурулёв в телепередаче «Вечер с Владимиром Соловьёвым»

---

Какое первое слово вам приходит на ум в связи с перестройкой? Мне лично – «гласность». И это не только об ослаблении цензуры в печати или обнародовании сталинских преступлений, когда миллионы советских граждан мучили в ГУЛАГе. Но ещё и об обнажении экономических проблем и появлении политической конкуренции. А это было куда менее комфортным для режима. И всё же Горбачёв на это пошёл. Молодой генсек готов был обсуждать со страной буквально всё и был с ней ближе предшественников.

Горбачёв. Кабинетный партиец, протеже вечного председателя КГБ Андропова – откуда у него эта способность к откровенным дискуссиям? А всё просто: именно такая форма общения установилась в семье Горбачёвых. Независимо от обстоятельств – были ли Михаил Сергеевич и Раиса Максимовна простыми студентами или уже президентом и первой леди – они подолгу гуляли вдвоем и… разговаривали. Он сам написал об этом в своей книге «Жизнь и реформы». Горбачёв, или Горби, как называют его на западе, мог обсудить с супругой все самые острые вопросы и получить на них серьезные контраргументы. Раиса Максимовна ведь была – на минуточку – кандидатом философских наук и в рот мужу не заглядывала, хотя поддержка её всегда была безмерна. Важно, что в семье самого Горбачёва уважение к маме, женщине было подлинным. Некоторые историки, кстати, связывают человечность и неагрессивность Горби именно с этим фактом: рос, как сказали бы сейчас, в нетоксичной среде. Нежность и трепетное отношение к женщине Горбачёв пронёс через всю свою жизнь.

И тут само собой напрашивается сравнение с нашим нынешним, с позволения сказать, лидером.

Путин и личное

Со своей бывшей супругой Людмилой Владимир Путин работу никогда не обсуждал. Да что уж там, о его службе в КГБ она узнала только после замужества, и то через третьих лиц. Людмила вспоминает, как Володя постоянно опаздывал к ней на свидания по нескольку часов, а после рождения дочери не могла дождаться от него даже помощи по дому. Этими откровениями Людмила Путина поделилась с журналистом Олегом Блоцким, который в начале двухтысячных выпустил двухтомную биографию Путина на базе интервью с ним самим и его окружением. Правда, вскоре после публикации весь тираж был изъят, и сейчас можно отыскать только фрагменты из этого издания. Но как бы то ни было: у вас нет ощущения, что и со всей страной Владимир Путин поступает так же, как с бывшей супругой? Дескать, я сам знаю, как надо, а вы не лезьте, лишних вопросов не задавайте, не вашего ума дело.

В современной России лучше бы всё засекретить: будь то преступления власти или личная жизнь президента. Горбачёв выглядел абсолютно естественно в окружении детей и внуков, в то время как от Путина, стоящего на Рождественской службе в одиночку, веет нечеловеческим холодом. Но главное, что я хочу здесь подчеркнуть: лидер огромной державы, оказывается, может предъявлять семью обществу, как это делал Горбачёв, и жизнь домочадцев по-прежнему будет нормальной. Ну правда, неужели у Горбачёва было меньше злопыхателей? Значит, Путин прячет свои многочисленные семейства вовсе не потому, что боится за них: просто он, в отличие от Горбачёва, не считает себя подотчётным обществу. И самое главное, не считает свою семью достойной видимости и не признаёт её заслуг в своей карьере.

А если уж скрыть какие-то факты (вроде развода с женой) не удается, то Путин выбирает – нет, не честный прямой разговор, а постановочные сценки. Хотя, казалось бы, ну чего тут страшного? Путин не первый и не последний в истории разведённый президент. Вот и Николя Саркози, не идеал далеко, но в 2007 году тоже развёлся со своей супругой Сесилией, но вместо того, чтобы разыгрывать спонтанную встречу с журналистами, просто публично об этом объявил. Так же поступил и другой французский президент Франсуа Олланд, когда в 2014 году разошелся со своей спутницей Валери Триервейлер. И только наш гарант год за годом изображает, будто его застигли врасплох, причём почему-то всегда в коридоре: то он так объявит о разводе, то в президенты решит баллотироваться. Вот если задуматься: сколько раз мы видели Путина настоящим? Только давайте эти слёзы упоения властью не в счёт.

Горбачёв же не стеснялся проявлять чувства. Вот так по-человечески брать жену за руку просто потому, что им обоим так было привычно и комфортно. Некоторые граждане в письмах Горбачёву даже этим возмущались. Но Горбачёв, рождённый, напомню, в 1931 году, такие выпады считал пережитками домостроя. То есть даже некоторым людям в поколении наших с вами бабушек и дедушек попытки представить жену не как женщину, а как формальное приложение к мужу, казались дремучестью. Если и был какой-то маргинальный запрос на устройство семьи, то Горбачёв отстаивал своё понимание семейных ценностей, основанных на равноправии, уважении, доверии, взаимном интересе. Всё это и есть настоящий европейский взгляд на семью, а вовсе не какие-то «трансформеры», о которых рассуждает Путин.

Мягкая сила

Из-за нежных отношений с женой, а также из-за непривычного для советского общества либерализма Горбачёва обвиняли в мягкотелости. Думаю, вам не раз приходилось слышать от старших родственников, что это он допустил развал страны. Надо, мол, было действовать жёстче. И это притом, что Горбачёв получил в наследство застойную экономику, повсеместный дефицит и разочарование в советских идеалах, и остановить разложение было уже невозможно. Но давайте скажем прямо: нашей стране повезло, что в кресле последнего президента СССР оказался именно такой человек, не склонный к самоутверждению ни в своей частной жизни, ни в управлении государством. Горбачёв в своих мемуарах много размышлял об опыте предыдущих генсеков и видел в применении силы только потерянные возможности для преобразований, не говоря уже о загубленных жизнях.

«Лучше я уйду, но крови не пролью. И стучать кулаком не буду»,

– так Горбачёв формулировал свой взгляд на силовые методы. О том, насколько общество было с ним в этом солидарно, говорит реакция на августовский путч 1991 года, когда по приказу ГКЧП в Москву были введены танки. Граждане не хотели отката назад к репрессивному режиму, так что вооружённые противники Горбачёва были повержены за три дня и навсегда дискредитировали саму идею сохранить силой советский строй и единство республик. А вот представьте, если бы страной в тот момент руководил такой человек как Путин. Сколько крови было бы пролито.

Но отказаться от грубой силы – это вовсе не значит отказаться от силы в принципе. И Горби с Раисой были чрезвычайно одарены по части так называемой мягкой силы – способности получать желаемое благодаря привлекательности своих идей и собственной харизме. Особенно это проявилось во внешней политике. Западная пресса даже называла Раису Максимовну «тайным оружием Кремля» за её обаяние и интеллигентность. Горбачёва не просто достойно смотрелась на фоне западных первых леди, но выступала даже с более прогрессивных позиций: если в обращении к студенткам женского колледжа Уэллсли супруга президента Рейгана Нэнси наставляла их на служение семье, то Раиса Горбачёва говорила о профессиональной реализации женщины в сочетании с семейной жизнью. Впоследствии Раисе приходили из США тысячи писем благодарности и поддержки. Даже цикл бесед с ней, своеобразная её биография под названием «Я надеюсь», выпущенная в 1991 году, был обращён в первую очередь к её американским поклонникам.

Ну скажите, неужели СССР и США всего за пару лет прошли путь от готовности к взаимному уничтожению до переговоров о ядерном разоружении без этой силы привлекательности? Напомню, еще в 1983 году Рональд Рейган называл Советский Союз «империей зла», и сто́роны тогда были в одном шаге от обмена ядерными ударами: всё из-за того, что США разместили в Европе свои ракеты средней дальности, чем поставили территорию Советского Союза под прямую угрозу. Но уже в 1985 году состоялась первая встреча Рейгана и Горбачёва в Женеве. Оба они нуждались в гарантиях мира, и Горбачёв пустил в ход все инструменты, в том числе поощрял контакты жены с западными обществами и элитами. Если Раиса Горбачёва политических решений не принимала, то вот Нэнси Рейган славилась своим влиянием на мужа, и кто знает, в какой степени взаимопонимание между Раисой и Нэнси сыграло на пользу этим переговорам и безопасности всего мира.

Увы, в начале 2020-х годов наша страна в качестве мягкой силы предъявляет миру такие высказывания:

Нам придётся в ультимативном порядке в какой-то момент объявить, что, ну, шахты уже открыты – поэтому теперь так, ну да, в ядерной войне никто не выиграет, но зачем нам мир, в котором нет России? Я другого исхода вообще не вижу, никакого. Это будет таран, это будет ва-банк, это будет два самолёта, летящие лоб в лоб друг другу, и кто-то должен будет дать заднюю. И что-то мне подсказывает, что это будем не мы.

Маргарита Симоньян на телепередаче «Вечер с Владимиром Соловьёвым»

Или мы проигрываем на Украине — мы, значит, Россия – и вот это вот всё сдаём, или начинается Третья Мировая. Лично я считаю более реалистичным путь Третьей Мировой. Ну, потому что зная нас, зная нашего руководителя Путина Владимира Владимировича… Вот самое невероятное, что всё это закончится ядерным ударом, мне всё же представляется более вероятным.

Маргарита Симоньян на телепередаче «Вечер с Владимиром Соловьёвым»

Да и, по правде сказать, новоявленные стратегические партнёры России признают только «жёсткую силу». Ну какие тут ей-богу первые леди, когда принимаешь у себя в Москве либо откровенных террористов вроде ХАМАСа и Талибана, либо сотрудничаешь с ультрарелигиозными ближневосточными правительствами. Ну нет в новом путинском миропорядке, который он строит исключительно под себя, места ни равенству мужчин и женщин, ни общечеловеческим ценностям.

Роль личности

Ну тут, конечно, есть соблазн скатиться в упрощения: будь у Путина такая же спутница, как Раиса Горбачёва, наша внешняя политика не свелась бы к ядерным угрозам, а внутри страны у нас до сих пор был бы плюрализм. Но вот загвоздка: любящие мужья тоже становятся авторитарными лидерами, ведь тёплые отношения с супругой сами по себе не предохраняют от политических ошибок. Тут можно вспомнить и союз Башара и Асмы Асад, Мехрибан и Ильхама Алиевых… Разве эти блистательные, образованные любимые мужьями первые леди смогли уберечь свои народы от войн, развязанных мужьями?

И всё же, если не брать совсем крайние случаи, без супруги-партнёра шансы на политические перегибы всё-таки увеличиваются. Потому что лидеру вообще никогда не нужно выходить из роли единоличного вершителя судеб. Сейчас поясню, что я имею в виду. Про экс-президента США Барака Обаму, например, СМИ писали, что ему прилетало от его жены, Мишель Обамы, за то, что он не помогает ей по хозяйству. Вот так: днём – ты лидер сверхдержавы с ядерной кнопкой, а вечером – муж, который не помыл за собой тарелку или не поиграл с детьми. Это может прозвучать наивно, но ведь именно так и прокачивается мы́шца договороспособности, которая затем будет работать и с другими визави. Иначе велик соблазн начать считать себя полубогом. На таких мыслях себя ловил даже Горбачёв – он открыто признавался в этом на интервью у Михаила Зыгаря в 2014 году. Но Горбачёв вовремя остановился: помимо политики, у него в жизни была и другая страсть – Раиса Максимовна. А когда у лидера всё удовольствие исключительно во власти, то уже ничто не удержит его от искушения удерживать её до гроба.

Как политик Горбачёв со своей человечностью и верой в демократические механизмы, конечно, оказался уязвим. Он и власть в конце концов потерял. Но, как он любил повторять, его политика победила, ведь сами люди не допустили отката к доперестроечным временам. К сожалению, только на тридцать лет.

Сейчас, когда политическая конкуренция в России на нуле, а гражданское общество разобщено, с этим нельзя согласиться – уж слишком очевидно мы растеряли почти все завоевания конца 80-х – начала 90-х. Но как подкупает эта способность Горбачёва не приравнивать свои интересы к интересам государства! Успешность политика ведь не в том, чтобы править вечно, а в том, чтобы оставить после себя жизнеспособные институты и мотивированное на развитие общество. Общество, в котором целые группы, будь то эмансипированные женщины или ЛГБТ-персоны, не подвергаются дискриминации только потому, что они не вписываются в рамки феодального уклада, который теперь у нас – канон добродетели.

Правление Горбачёва началось с фразы, которой он охарактеризовал всю несостоятельность советской системы:

«Так дальше жить нельзя!»

Спросите родителей, они наверняка помнят. И Раиса Максимовна его в этом поддержала. Давайте и мы наконец признаем: «Так дальше жить нельзя!» Нельзя низводить семьи до функции безропотных производителей новых солдат, а женщинам отказывать даже в контроле над собственным телом. Нельзя считать публичное выражение своей точки зрения преступлением, а домашнее насилие – нет! Нельзя объявлять жён мобилизованных, которые вступаются за своих супругов, агентами Запада, ведь без чужого науськиванья сами люди у нас якобы ни на что не способны.

Семья – это действительно важно, но только когда она по любви, а не по приказу. И большинство россиян, я знаю это по своим знакомым и вашим комментариям, ставят интересы и ценности своего партнёра выше любых навязанных стереотипов.

И в конце расскажу историю, которую я слышал от самого Горби и его друга Муратова, моего первого главреда:

Несколько лет назад тот позвал основателя «Новой газеты» на свою лекцию на журфаке МГУ. Муратов сидел на заднем ряду и в какой-то момент получил от лектора записку. Развернув её, журналист остолбенел. «А поехали по девочкам», – было написано знакомым почерком. Муратов опешил, но повиновался. Друзья купили цветы и бутылку водки. Машина долго плутала по городу, объезжая пробки, и наконец остановилась у Новодевичьего монастыря. Горбачёв с цветами вышел на улицу и зашагал внутрь:
– Вот и приехали, – сказал Горби, склонившись перед могилой Раисы. – А вот и моя девочка.

Любите своих единственных. И продолжение следует.