«После пыток открылись суперспособности по написанию стихов и рисованию»

Студент Ибрагим Оруджев, обвиняемый в «терроризме» за сделанное им фото графика работы военкомата, прислал письмо «Новой» из Бутырки

Больше двух месяцев находится в заключении 22-летний Ибрагим Оруджев. Его обвиняют в «прохождении обучения терроризму» (ст. 205.3 УК). Поводом для преследования стал рапорт сотрудника ФСБ, в котором говорилось, что арестованный студент якобы «проводил разведку около военкомата на улице Дмитрия Ульянова в Москве для его поджога с помощью «коктейля Молотова». Ибрагим не признал вину, объяснил, что подходил к зданию военкомата, где сфотографировал режим работы, чтобы потом встать на воинский учет.

Как раз в этот момент его и задержали сотрудники полиции и составили протокол. Оруджеву дали 10 суток по делу о неповиновении полицейским (ч. 1 ст. 19.3 КоАП). Суд в своем решении указал, что будто бы при вынесении постановления об административном аресте Оруджева уже подозревали по статьям о теракте (ст. 205 УК) и госизмене (ст. 275 УК). Однако в конечном итоге — после 10 суток отсидки — ему предъявили обвинение в «прохождении обучения терроризму». Сейчас он находится под стражей в Бутырке. Мы написали Ибрагиму письмо в СИЗО, и он ответил на вопросы «Новой».

«Доброго времени суток! Насчет первых мыслей в заключении… Даже не знаю, с чего начать. Состояние экзистенциального шока не сильно предрасполагает к осмысленному обдумыванию. Первые мысли, что все это сон, что все это происходит не со мной. Оказался не готов к заключению в целом.

Но я такой человек, что быстро адаптируюсь и достойно держу удар. Жаловаться на жизнь или унывать — подарок тем, кто этого не заслуживает. Приятно, что мне пишут регулярно — друзья и родные. Это в жизни самое главное. Иногда познакомиться хотят:) Всегда стараюсь отвечать как можно быстрее, однако тюремный быт не всегда к этому располагает (ночной режим, подготовка к судам, самообразование). Прочел роман французской писательницы Франсуазы Саган «Здравствуй, грусть» в оригинале — приятное чтиво. Я учусь на переводчика, так что для меня иностранная литература как кислород.

С сокамерниками повезло: люди адекватные, язык легко находим друг с другом.

Главнее помнить, что мы такие же люди, как и все остальные. Эта граница весьма и весьма условная. Особенно призрачная она при такой следственно-судебной системе в наше время.

Держаться помогает знание собственной правоты и уверенность в ней. Самообладание не терять — это вообще по умолчанию. Спортшкола меня этому научила.

После пыток открылись суперспособности по написанию стихов и рисованию (думаю позже серьезно этим заняться). Так что я даже в чем-то благодарен сложившейся ситуации. Но, конечно, это не тот опыт, который хочется повторять. По поводу пыток, важно правильно к этому относиться. Я остался цел — это самое главное. В таком случае я считаю случившееся испытанием, с которым я справился (какие-либо подробности о применении физической силы при задержании автор письма просил не уточнять. —Ред.).

Сейчас меня больше всего занимает медитация как следствие созерцательного склада ума и характера. Бутырка — в целом неплохая тюрьма. Как-то так.

Ибрагим».