В Украине надеются, что США помогут восстановить страну после войны. Но пример Косова показывает: иногда американское покровительство идет только во вред

Издание Politico — о том, как элиты США нажились на доверии Приштины

Спустя два года после начала российского вторжения надежды украинской власти во многом связаны с поддержкой со стороны США — не только в ходе боевых действий, но и после их окончания. Однако история показывает, что Киеву не стоит ожидать от Вашингтона слишком многого. В частично признанной республике Косово, выход которой из-под контроля Сербии многие в США считают главным дипломатическим успехом последних десятилетий, американское покровительство не способствовало ни экономическому, ни социальному развитию. Политики и предприниматели из-за океана оказались намного более заинтересованы в личной выгоде, чем в помощи молодому государству, выяснило издание Politico. «Медуза» пересказывает материал Politico о том, как тесные экономические контакты с США усугубили проблемы Косова — и принесли пользу только самим американцам.

В Косове к американцам относятся как к благодетелям. Однако республика — по-прежнему в числе беднейших в Европе

В отличие от Ирака и Афганистана, где местное население по большей части относилось к американскому контингенту враждебно, в Косове США до сих пор считают государством-благодетелем — за помощь в изгнании югославских войск в 1999 году. Тогда силы НАТО под командованием американского генерала Уэсли Кларка остановили этнические чистки со стороны сербов против албанцев и добились перехода региона под управление ООН. С тех пор по всему Косову установили множество монументов, прославляющих участие США в борьбе за независимость от Белграда. Американским политическим и военным лидерам возводили памятники, в их честь называли улицы и площади. Особенно в Косове почитают бывшего президента Билла Клинтона и Мадлен Олбрайт, которая занимала при нем должность госсекретаря. Местные жители часто рассказывают туристам, как после войны мальчиков часто называли Клинтонами, а девочек — Мадлен.

В Вашингтоне отношения с Приштиной тоже описывают исключительно в положительных тонах — как главный (и, возможно, единственный) пример того, как интервенция США в составе НАТО помогла спасти человеческие жизни и предотвратить эскалацию насилия. Один американский дипломат в разговоре с автором Politico Мэттью Карничингом заверил, что он и его коллеги «вспоминают Косово с гордостью в сердце».

Тем не менее, по многим объективным критериям действия США в Косове нельзя однозначно оценить как успешные. Интересы американцев в регионе в основном сводятся к извлечению собственной выгоды, а не к поддержке местного населения и развитию экономики. Одним из наиболее ярких примеров такого отношения можно считать энергетическую инфраструктуру Косова, которая спустя четверть века после войны по-прежнему в упадке. Электроснабжение зависит от двух устаревших и вредных для экологии угольных электростанций (одна из них начала функционировать еще в 1962-м). Из-за этих предприятий Приштина считается одним из самых загрязненных городов в Европе.

Уровень безработицы в Косове с 2013 по 2022 годы в среднем составил более 27 процентов — это тоже один из худших показателей в Европе. В последние годы динамика незначительно улучшилась. Однако безработица остается одной из ключевых проблем. Из-за низких зарплат и отсутствия возможностей многие молодые люди уезжают — около 800 тысяч граждан (больше, чем в любой другой европейской стране) живут за границей. Почти все они посылают деньги родным. И хотя эти переводы нельзя считать надежным источником дохода, в Косове они составляют примерно 15 процентов ВВП.

Среди других серьезных проблем — политическая нестабильность и коррупция. Один из основных инициаторов провозглашения независимости, пятый президент Косова Хашим Тачи, которого президент США Джо Байден однажды назвал местным Джорджем Вашингтоном, с 2020-го содержится под стражей в Гааге по обвинению в преступлениях против человечества и военных преступлениях, предположительно совершенных в период войны.

Отношения между албанским правительством Косова и сербским этническим меньшинством, живущим на севере, в последние годы только обострились, несмотря на присутствие в регионе почти четырех с половиной тысяч миротворцев НАТО. В начале февраля сербский президент Александр Вучич обвинил премьер-министра Косова Альбина Курти в «кампании этнической чистки» — за то, что Центральный банк Косова объявил евро единственной официальной валютой, хотя большинство жителей сербского анклава все еще используют динары.

После провозглашения независимости в Косово хлынули инвесторы из США. Многие их проекты скорее навредили республике, чем способствовали развитию

Американские корпорации массово заинтересовались Косовом после провозглашения независимости в 2008 году. Чтобы сделать свои предложения более соблазнительными для местных властей, они заручились поддержкой бывших членов администрации Клинтона, которые участвовали в выводе региона из-под контроля Сербии. Первопроходцем, который попытался нарастить влияние в регионе, стала одна из крупнейших частных компаний США Bechtel. Во многом благодаря связям с американским правительством она обрела глобальное влияние во второй половине XX века и занималась строительством самых разных объектов — от Трансаравийского нефтепровода до Евротоннеля под Ла-Маншем.

С властями Косова представители Bechtel согласовали контракт на строительство высокоскоростной трассы. Сама идея, что республике, где за чертой бедности на тот момент проживало около 60 процентов населения, нужны такие дороги, казалась спорной. Однако американцы впечатлили местные политические элиты, рассказав, как «патриотическая магистраль» позволит живущим в Косове албанцам за несколько часов с комфортом добираться до границы с Албанией, вместо того чтобы целый день преодолевать крутые повороты на разваливающихся старых дорогах.

Главными лоббистами проекта стали бывший сотрудник Совета национальной безопасности США Марк Тавларидес и Кристофер Делл, который тогда занимал пост американского посла в Косове. Последний заверил местные власти в том, что строительство сулит им экономическую выгоду в долгосрочной перспективе. В разговоре с журналистом Politico много лет спустя Делл заявил, что его долг как посла состоял в продвижении американского бизнеса за границей.

Несмотря на высказанные Всемирным банком и Международным валютным фондом (МВФ) сомнения в целесообразности проекта, в 2010-м правительство Косова заключило с Bechtel соглашение на сумму около 700 миллионов евро. Полные детали контракта никогда не раскрывались, но известно, что стоимость строительства в нем оговаривалась только примерно, а верхняя планка расходов отсутствовала.

Как молодое частично признанное государство без кредитного рейтинга, Косово не могло позволить себе привлечь для строительства заемные средства на длительный срок. Вместо этого власти решили финансировать проект напрямую из бюджета, из-за чего пришлось серьезно ограничить другие статьи расходов. «Полная стоимость R7 (как назвали проект) составила больше 20 процентов ВВП Косова за 2010 год, что серьезно повлияло на государственный бюджет», — говорилось в отчете МВФ.

По окончательным условиям проекта, длина автомагистрали должна была составить 102 километра, а стоимость — 400 миллионов евро. Однако в процессе Bechtel сократила маршрут до 77 километров. Общие же расходы на строительство, которое американская компания совместно с турецким холдингом Enka завершила в 2012-м, достигли миллиарда евро.

В 2013-м посол Делл оставил государственную службу и возглавил отделение Bechtel в Мозамбике. По его словам, переход никак не связан с тем, что он продвигал интересы той же корпорации на Балканах.

В 2014-м Bechtel и Enka согласовали контракт на строительство еще одной дороги — автомагистрали прогнозируемой стоимостью 600 миллионов евро, которая должна была соединить Приштину со столицей Македонии Скопье. Правительство Косова проигнорировало негативное влияние R7 на экономику и одобрило новый проект. Строительство завершилось в 2019-м. А в январе 2024-го бывшего министра инфраструктуры Пала Лекая обвинили в злоупотреблении служебным положением и приговорили к трем годам заключения за несанкционированную переплату Bechtel и Enka 53 миллионов евро.

Виновными по тому же делу признали трех сотрудников ведомства Лекая, но в материалах дела не фигурировал ни один сотрудник Bechtel или вообще американец. Представитель компании отказался комментировать Politico коррупционный скандал, но сказал, что Bechtel «строит высококачественные дороги, которые помогают местным сообществам, способствуют росту экономики и развитию торговли, создают возможности для обучения и рабочие места, а также улучшают взаимосвязь [между разными регионами]».

Бывшая госсекретарь США пыталась получить контроль над телекоммуникациями Косова, а экс-командир сил НАТО в Европе — над горнодобывающей промышленностью. Им помешали только огласка в прессе и критика ООН

Строительство — далеко не единственная сфера американских интересов в Косове. Не меньший ажиотаж у инвесторов вызвали телекоммуникации, а в особенности — процесс приватизации ранее находившейся под государственным контролем компании-оператора PTK. Главным претендентом на покупку 75 процентов предприятия стала компания бывшего госсекретаря и одной из самых популярных в Косове американок Мадлен Олбрайт.

Критики Олбрайт напоминали, что ее компания к тому моменту уже владела единственным в Косове оператором мобильной связи, и предупреждали, что если она приобретет еще и PTK, то получит почти абсолютный контроль над ключевыми экономическими и социальными процессами. Олбрайт неохотно отозвала свое предложение после выхода в The New York Times статьи о конфликте интересов, которым чревато ее участие в тендере. Предположения о том, что она пыталась использовать свой статус для продвижения бизнеса, экс-госсекретарь при этом назвала «нечестными» и «омерзительными».

Олбрайт умерла в 2022 году, но ее родственники и бизнес-партнеры по-прежнему активны на Балканах. Дочь соратницы Клинтона Элис возглавляет Millenium Challenge Corporation — американское агентство, которое выдает гранты на конкретные проекты правительствам развивающихся стран, включая Косово. А бывший советник Олбрайт Джеймс ОʼБрайен недавно вернулся в регион в качестве заместителя госсекретаря по делам Европы и Евразии.

Другим видным инвестором, не теряющим интереса к Косову, остается бывший командующий силами НАТО генерал Уэсли Кларк. Начиная с 2012 года, он несколько лет пытался получить контроль над обширными запасами бурого угля от имени канадской Envidity Energy Inc., где тогда занимал руководящую должность. Кларк и его компания обещали властям Косова инвестировать в проект производства синтетического топлива восемь миллиардов долларов. В 2013-м правительство даже изменило законодательство, чтобы по упрощенной схеме предоставлять иностранцам лицензии на добычу угля без публичного тендера. Вскоре Envidity разрешили заниматься разведкой и добычей бурого угля на территории, составляющей примерно треть Косова.

В 2016-м Программа развития ООН выпустила отчет с критикой Кларка, отдельно отметив, что проект Envidity противоречил предыдущей версии законодательства республики. Противники новых правил лицензирования высказывали опасения по поводу того, что Косово лишится природных ресурсов, а прибыль от их эксплуатации почти эксклюзивно достанется иностранным инвесторам. В отчете также говорилось, что проект Кларка «напоминает неоднозначное строительство двух автомагистралей компанией Bechtel, которую представлял бывший посол США в Косове Кристофер Делл».

После публикации ООН парламент Косова отозвал лицензию Envidity, но даже тогда Кларк не отказался от попыток нарастить влияние в регионе — только теперь генерал сосредоточился на продвижении возобновляемых источников энергии. В последние годы он регулярно встречается с премьером Альбином Курти и другими представителями местной политической элиты и пытается — пока неизвестно, насколько успешно — убедить их, что его компании следует доверить реформу национальной энергетической инфраструктуры.

В сферах, где вложения действительно могли бы принести пользу, американские инвесторы проявляют осторожность. Их пугает напряженная обстановка на границе с Сербией

В кризисе в Косове находится не только энергетическая, но и горнодобывающая промышленность. Еще в период существования Югославии в государственной компании Trepça, которая занималась добычей полезных ископаемых и считалась одним из ключевых работодателей на Балканах, числилось больше 20 тысяч сотрудников. Они отвечали за функционирование десятков шахт, металлургических и перерабатывающих заводов. Но в последние десятилетия Trepça пребывает в упадке: оборудование устарело, а штат резко сократился.

По словам нынешнего главы компании Эниса Абдуррахмани, политики с начала 2000-х использовали Trepça как агентство по найму, чтобы предоставлять избирателям работу и обеспечивать себе поддержку населения, но параллельно занимались отмыванием денег. «В предприятие вложили более 100 миллионов евро, но мы так никогда и не увидели этих денег», — рассказывает Абдуррахмани.

По состоянию на 2024 год в Trepça числится около пяти тысяч албанских и сербских сотрудников, которые работают в разные смены и в равной степени претендуют на руководящие должности. Абдуррахмани уверен, что при поддержке иностранных инвесторов компания смогла бы расшириться и модернизировать добычу цинка и свинца. Однако американские корпорации не спешат вкладываться в бизнес, где есть риск конфликтам между этническими группами.

Противостояние сербов и косоваров, как называют живущих в Косове этнических албанцев, даже спустя 16 лет после провозглашения независимости Косова носит острый характер. Разрядить обстановку не удалось ни Брюсселю, ни Вашингтону: сербские власти по-прежнему считают Косово сепаратистским регионом и не признают его самостоятельность.

Сербия и Косово

После Второй мировой в Косове, исторически населенном сербами, стали обосновываться албанцы. Начались распри на религиозной почве (сербы — православные, албанцы — мусульмане).

В 1998–1999 годах разгорелась полноценная война. В конфликт вмешалось НАТО: чтобы остановить наступление югославской армии на повстанцев в Косове, американская авиация начала бомбить сербские города. После этого властям Сербии пришлось согласиться отдать Косово под управление ООН.

В 2008 году Косово провозгласило независимость. Ее признали большинство стран ЕС и более сотни стран — членов ООН. Россия, Китай, Иран, Сербия и ряд других стран не признали Косово как отдельное государство.

Сейчас Сербия де-факто утратила контроль над большей частью Косова, но все еще отказывается формально признавать его независимость. В Белграде до сих пор считают эту территорию своей южной областью.

Одним из главных поводов для продолжения конфликта остается статус примерно 50 тысяч этнических сербов, живущих на севере Косова рядом с сербской границей. Конфликты между албанцами и сербами на этой территории продолжаются много лет, несмотря на присутствие американского контингента. В прошлом году потасовка на границе закончилась гибелью одного косоварского полицейского и трех сербов.

Многие критики американского участия в делах региона считают враждебные отношения между Белградом и Приштиной дипломатическим провалом США, поскольку, обладая колоссальным влиянием, Вашингтон так до сих пор и не смог стабилизировать ситуацию. «Если бы Америка хотела разрядить обстановку на севере Косова, то она без труда могла бы это сделать, — сказал в разговоре с Politico бывший член правительства Косова на правах анонимности. — Америка может сделать намного больше, но [в регионе] сложилась болезненная дипломатическая обстановка». По словам собеседника издания, проблема сводится исключительно к недостатку заинтересованности со стороны США.

Многие среди тех, кто знаком с нюансами отношений между Штатами и Косовом, отзываются таким же образом не только о конфликте между Приштиной и Белградом, но и о других сферах общественной и политической жизни: политике, экономике, социальном благоустройстве. Среди основных факторов, из-за которых американское покровительство не привело к желаемым результатам, упоминают сосредоточенность инвесторов исключительно на личной выгоде, коррупцию и злоупотребление статусом благодетелей, полученным многими дипломатами, бизнесменами и военными из США в период войны за независимость Косова.

«Это одна из величайших загадок, — сказал еще один бывший министр. — Как такая страна, как Америка, может вложить столько ресурсов и политического капитала в превращение Косова в функциональное государство, но все равно провалиться? Американцы просто забыли про Косово».

Автор Politico Мэттью Карничинг предполагает, что похожая судьба может ждать и Украину в случае, если Киев будет возлагать слишком большие надежды на поддержку американских партнеров. В качестве подтверждения журналист приводит реплику бывшего конгрессмена-республиканца Джо Скарборо, который теперь ведет авторское шоу на телеканале MSNBC:

Как вы думаете, что случится, когда война между Россией и Украиной закончится? Кто займется строительством? Это будет не Эквадор [или кто-то еще], это будут Штаты. Американские бизнесмены, подрядчики. Мы будем будем отстраивать Украину, и это принесет американцам большие деньги.

«Медуза»