Чемодан, вокзал, Константинополь

Что представляет собой «первая по чести» церковь мирового православия, которая стала убежищем для антивоенно настроенных священников из России

Восстановленные

10 января, по итогам скоротечного и абсолютно формального церковного суда Московской епархии РПЦ, патриарх Кирилл лишил московского протоиерея Алексея Уминского сана. 27 февраля Константинопольский патриарх Варфоломей подписал Указ о «восстановлении в священном сане» отца Алексия. Как установил синод Константинопольского патриархата, поступок Кирилла был «обусловлен не церковными критериями, а справедливым несогласием данного клирика с *** в Украине».

Традиционно православная церковь не признавала политически мотивированных «прещений» — например, наиболее авторитетный в истории Российской церкви Поместный собор 1917–1918 гг. реабилитировал митрополита Арсения (Мациевича), «лишенного сана» по инициативе Екатерины II за протест против секуляризации церковных владений. Руководство РПЦ неграмотно применяет к антивоенно настроенным клирикам 25-е апостольское правило, карающее за «клятвопреступление». Как показывает элементарный лингвистический анализ, греческий термин «ἐπί-όρκία» в тексте правила означает момент принесения присяги в суде. Это правило, пишет профессор о. Кирилл (Говорун), осуждает «тех клириков, которые сознательно лжесвидетельствовали в суде или других юридических процессах, предусмотренных римским правом». И никак не осуждает тех, кто не согласен с очередным политическим заявлением церковного администратора, верно служившего в разных качествах разным политическим режимам.

В течение последних двух лет патриарх Варфоломей неоднократно принимал под свой омофор клириков, наказанных РПЦ за отказ молиться о победе ВС РФ.

Например, в июне прошлого года он восстановил в сане московского священника Иоанна Коваля, который заменил в «патриаршей молитве о святой Руси» слово «победа» на слово «мир». О. Иоанн был вынужден покинуть Россию и теперь служит на приходе Константинопольской церкви в Анталье.

Годом ранее Варфоломей принял группу литовских и белорусских клириков РПЦ, репрессированных своим священноначалием за антивоенную позицию. Он учредил для них новую каноническую юрисдикцию — Литовский экзархат, — ссылаясь на то, что до конца XVII в. территория современной Литвы входила в Киевскую митрополию Константинопольского патриархата, незаконно аннексированную Московским патриархатом.

Убежище под константинопольским омофором нашел и постоянный автор «Новой» протоиерей Андрей Кордочкин, ранее служивший в Испании, но уволенный со всех постов в РПЦ за критику «богословия ***».

Ныне он служит на приходе Вселенского патриархата в Германии и участвует в проекте «Мир всем», оказывающем помощь священникам, вытесненным из РПЦ после 24 февраля 2022 года. Проект ведет свой мартиролог «исповедников мира», в котором сегодня 15 имен. Помимо материальной и юридической поддержки, «Мир всем» при необходимости помогает перейти из РПЦ в Константинопольский патриархат.

Геополитика в православии

Представителей РПЦ крайне раздражает эта новая церковно-геополитическая реальность — ведь впервые за многие годы у их клира появляется реальная каноническая альтернатива, шанс выйти из крепостной зависимости у епископов и патриарха. Причем выйти не в катакомбы или маргинальные группы, которые стигматизированы как «раскол», а в респектабельный патриархат, признанный всеми официальными поместными церквами.

По словам зампреда Московского церковного суда, «судившего» Коваля и Уминского, протоиерей Владислава Цыпина, РПЦ разорвала общение с Константинополем и вправе игнорировать его решения. Более того,

Московский патриархат отрицает древнее право Константинопольского патриарха иметь юрисдикцию над православной диаспорой и выступать последней инстанцией в разрешении споров клириков со своими епископами и патриархами.

Это право дано ему 9, 17 и 28-м правилами IV Вселенского собора (451 г.), что признавала и Русская церковь в Средние века, поскольку формулировки правил звучат однозначно:

«Если клирик со своим, или со иным епископом имеет судное дело: да судится в областном Соборе. Если же на митрополита области епископ или клирик имеет неудовольствие, да обращается… к престолу царствующего Константинополя, и пред ним да судится».

Московский Стоглавый собор 1551 года признавал, что только Константинопольскому патриарху «дана власть» судить архиереев других патриархатов; эту позицию повторяли в своих письмах в Константинополь царь Алексей Михайлович и патриарх Никон. После учреждения московского патриаршества в 1589 году Константинопольский собор установил зависимость патриарха северных стран от Вселенского престола. Сегодня РПЦ придерживается нового толкования этих правил, ограничивая понятие «диаспора» тремя географическими областями, упомянутыми для примера в 28-м правиле, и приравнивая Константинопольского патриарха (именуемого также Вселенским) ко всем остальным патриархам.

Такое понимание стало формироваться в эпоху Российской империи, особенно в XIX веке, когда Петербург был главным спонсором православного Востока, и бедные греческие или славянские церкви под гнетом Османской империи не вспоминали о своих исторических правах и привилегиях. После падения империи в 1917 году Константинополь заявил о своем лидерстве в мировом православии и об особых правах Вселенского престола. Например, он провел календарную реформу 1924 года (РПЦ не приняла ее до сих пор и служит по «старому стилю»), а также включил в свою юрисдикцию православные приходы Америки и Западной Европы, в том числе русские.

Итоги Второй мировой войны породили новую модель устройства православного мира — без абсолютного лидерства Константинополя или Москвы. Точно в соответствии с границами военно-политических блоков церкви стран Восточной Европы стали сателлитами Москвы, а церкви греческого мира и Запада — сателлитами Константинополя. Между этими полюсами балансировали общины православных арабов и Иерусалимский патриархат.

Но после распада СССР и социалистического блока центр тяжести вновь сместился в сторону Константинополя, который восстановил позиции в церквах Восточной Европы, возродил Эстонскую апостольскую церковь и даровал автокефалию Православной церкви Украины, отвергнув право Москвы на церковную колонизацию этой страны. Советская пропаганда окрестила Константинополь «марионеткой США» — и эта риторика возродилась в современной России, где украинскую автокефалию называют «проектом Госдепа».

Апостольский престол

Лидирующее положение Константинополя в мировом православии связано не только с актуальными геополитическими факторами. В отличие от РПЦ, Константинопольская церковь принадлежит к так называемым «апостольским», поскольку ее основателем считается первый ученик Христа — апостол Андрей Первозванный.

По преданию, он рукоположил своего ученика Стахия во епископа Византия — тогда еще маленького городка, на месте которого три века спустя расцветет Константинополь, столица великой православной империи, просуществовавшей более 1100 лет. Собственно, положение этого города как Нового Рима предопределило статус его епископа как первого в православном мире. Этот статус стал абсолютным в XI веке, когда произошел окончательный раскол Западной и Восточной церквей, и православные стали смотреть на католиков во главе с Папой Римским как на еретиков.

Сегодня Константинопольская церковь объединяет примерно 3200 приходов в составе 130 епархий на всех континентах, кроме Африки (это территория Александрийского патриархата) и Антарктиды. По данным Всемирного совета церквей, прихожанами Константинопольского патриархата считают себя 5 255 000 человек. При этом в самом Константинополе (Стамбуле) и на прилегающих к нему территориях осталось всего около 5 тысяч православных.

Отношения Вселенского патриархата, резиденция которого расположена в стамбульском районе Фанар, с властями Турции довольно сложны: например, с 1971 года тянется конфликт вокруг высшей богословской школы патриархата на острове Халки, которую власти закрыли и не разрешают восстановить.

Тем не менее Вселенский патриарх Варфоломей (Архондонис) остается патриотом Турции и гордится офицерским званием, которое получил в начале 1960-х, проходя службу в турецкой армии. Он родился в греческом селе Айи-Теодори на острове Имврос — одном из двух островов Эгейского моря, которые остались в составе Турции по итогам Греко-турецкой войны 1919-1922 гг. Начальное богословское образование получил на том самом острове Халки, но усовершенствовал его на Западе — в Риме, Швейцарии и Германии. Став митрополитом Филадельфийским в 1973 году, представлял Константинополь в разных экуменических организациях, уделяя особое внимание сближению с католиками. Этот курс он продолжил, и став патриархом в 1991-м, даже анонсировал разные даты воссоединения с Западной церковью, за что подвергался критике православных консерваторов-антизападников.

В 2016 году Варфоломей завершил почти 100-летнюю подготовку ко Всеправославному собору и провел его на острове Крит — правда, РПЦ буквально за 10 дней до собора отказалась от участия в нем, что развязало Константинополю руки для нормализации церковной ситуации в Украине. На соборе предполагалось принять новый порядок предоставления автокефалии национальным церквам, но раз РПЦ решила его не обсуждать, то Константинополь сохранил за собой право единоличного дарования автокефалии и выдал соответствующий Томос Православной церкви Украины в начале 2019 года.

В ответ РПЦ разорвала каноническое общение с Константинополем, парадоксальным образом сохранив такое общение с церквами, которые признают Вселенского патриарха.

Позже, уже совместно с Сербской церковью, патриарх Варфоломей даровал автокефалию Православной церкви Северной Македонии.

После 24 февраля 2022 года он не раз жестко критиковал своего московского собрата за неспособность донести евангельскую правду до властей, призывая Кирилла уйти в отставку. 10 декабря 2022 года на конференции по международной политике в Абу-Даби Варфоломей говорил об уклонении от РПЦ от христианства, назвав национал-шовинистическую доктрину «русского мира» «основой идеологии путинского режима» и богословской ересью.

В эпоху беспрецедентных вызовов, которые брошены христианскому миру Кремлем, Вселенский патриархат оказался лидером православного сопротивления тирании и агрессии под псевдохристианскими лозунгами.