"Хотят человек сто позакрывать". В Башкортостане продолжаются задержания по "Баймакскому делу"

Количество фигурантов "Баймакского дела", которым предъявлены обвинения, приблизилось, по данным местного издания "Аспекты", к цифре в 80 человек. По делу работает группа из 33 следователей, которые в том числе выясняют "роль" башкирских политэмигрантов и бывшей организации "Башкорт" в "организации" баймакских протестов. Срок следствия уже продлен до 17 июня, до этой же даты суды продлевают арестованным сроки содержания под стражей. "Idel.Реалии" собрали последнюю информацию о том, как расследуется дело, и поговорили с экспертами о причинах столь массовых репрессий в республике.

"БУДЕТ "БАШКИРСКАЯ СОТНЯ"

Задержания участников баймакских протестов идут в Башкортостане уже два месяца. Преследования не прекращаются ни на один день, силовики задерживают всё новых и новых активистов и других граждан. Их подозревают в причастности к "массовым беспорядкам" и столкновениям с полицией в Баймаке 17 января.

Задержанным по-прежнему вменяют части 1 и 2 статьи 212 УК РФ ("Массовые беспорядки") и часть 1 статьи 318 УК РФ ("Применение насилия в отношении представителя власти").

Уголовное дело по ч. 1, 2 ст. 212 УК РФ и ч.1 ст. 318 УК РФ возбудил старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел управления СКР по Башкортостану Ильдар Ишбулатов 17 января 2024 года.

В постановлении о возбуждении уголовного дела (имеется в распоряжении "Idel.Реалии") говорилось, что 17 января 2024 года с 9 до 14 часов "неустановленные лица, будучи осведомленными организаторами массовых беспорядков о месте и времени массовых беспорядков, <...> используя в качестве предлога освобождение от уголовной ответственности Алчинова Ф.Ф., применяя в качестве оружия камни, деревянные палки и металлические пруты, бросая их в сотрудников полиции…, участвовали в массовых беспорядках, сопровождавшихся насилием к представителям власти и иным лицам…", в результате чего "неопределенному кругу лиц был причинен физический и моральный вред".

В постановлении также указывалось, что "неустановленные лица" применили в отношении начальника УМВД России по г. Стерлитамак Р.Р.Асанова "насилие, не опасное для его жизни и здоровья, нанеся ему множество ударов руками и ногами по голове и по телу, причинив Асанову Р.Р. телесные повреждения и физическую боль".

Так, 10 марта силовики задержали 39-летнего жителя деревни Новоусманово Бурзянского района Айсура Тулыбаева. Как сообщили его родственники, он является инвалидом III группы и не работает по состоянию здоровья, поскольку страдает серьезными заболеваниями и нуждается в постоянном медицинском наблюдении. В семье Тулыбаева трое несовершеннолетних детей. Мужчине вменили ч. 2 ст. 212 УК РФ ("Участие в массовых беспорядках").

В тот же день полицейские задержали еще одного уроженца деревни Новоусманово — 21-летнего Вадима Кагарманова. 11 марта задержали 38-летнего жителя деревни Баимово Баймакского района Раиля Галина. Как сообщили его родственники, мужчину вызвали в Управление СКР по Башкортостану и предъявили обвинение по ч. 2 ст. 212 и по ч.1 ст. 318 УК РФ. 12 марта суд по ходатайству следствия арестовал его до 17 июня 2024 года. Как и многие из задержанных, Галин, по словам его родственников, — единственный кормилец в семье, у него четверо малолетних детей в возрасте от трех до тринадцати лет.

11 марта силовики задержали активиста, защитника Куштау Юнира Айбатова. Экоактивист Рамис Теляпкулов рассказал, что городской суд Стерлитамака назначил ему пять суток ареста. Других подробностей экоактивист не сообщил. По данным издания "Аспекты", Айбатов "был в числе тех защитников Куштау, которых задержали 6 августа 2020 года на горе и предъявили им административные обвинения по статье 19.1 ("Самоуправство") и статье 19.3 КоАП РФ ("Неповиновение законному требованию сотрудника полиции"); также его задерживали в апреле 2022 года якобы за организацию флешмоба в деревне Большебасаево Баймакского района против варварской добычи золота".

— Если раньше "отлавливали" людей по фото и видео, раскидывая их сперва для опознания главам районов, сельсоветов, то сейчас просто делают запросы операторам сотовой связи, — говорит на условиях анонимности один из источников "Idel.Реалии", знакомый с ходом следствия. — По биллингу выясняют телефонные номера, их локацию в тот день, 17 января, выясняют, кто, как, на чем приехал тогда в Баймак, как и куда потом уехал. Отрабатывают их личности, контакты — и задерживают. Далее снова отсматривают видео и фото, и если есть материалы, подтверждающие участие в столкновениях, бросании снежками и тому подобное, — тогда предъявляют уголовное обвинение. Если же просто был в тот день на площади, но ничего такого не делал, то человек отделывается административкой.

Один из башкортостанских активистов (мы не разглашаем его имя из-за российского закона о "нежелательных" организациях, оно известно редакции) добавляет, что "в последнее время задержания снова активизировались".

— Но есть отличие, — обращает он внимание. — Если раньше это были облавы по районам, по деревням, то теперь следователи вызывают того, кого нужно, и люди сами едут в Уфу — в СКР. Им предъявляют уголовное обвинение и арестовывают. Как правило, это те, кто уже сначала получил наказание по административной статье. Всё же некоторых предполагаемых фигурантов дела — по кому нет доказательных фото или видео — вычеркивают из списка и отпускают по домам.

По данным местных СМИ, на прошлой неделе количество фигурантов уголовных дел достигло 77 человек. Источники "Idel.Реалии" не исключают, что эта цифра ещё значительно возрастет.

— Они вроде хотят человек сто позакрывать. Если репрессивная машина запущена, она должна кушать; просто так её остановить не получится. Будет "башкирская сотня", — говорит один из источников "Idel.Реалии", знакомый с ходом следствия.

33 СЛЕДОВАТЕЛЯ НА ПОЧТИ 80 АРЕСТОВАННЫХ

Следствие по "Баймакскому делу" разворачивается неспешно. После задержания проходит допрос в качестве подозреваемого, затем человеку предъявляют обвинение по конкретной статье УК и допрашивают уже в качестве обвиняемого. Чаще всего на этом этапе у многих задержанных есть лишь предоставленный государством адвокат. Найти эффективного защитника и заключить с ним соглашение семья задержанного просто не успевает, поскольку иногда по несколько дней не знает, где находится их родственник.

Именно на этом этапе, по словам одного из адвокатов, от многих задержанных под давлением следствия и при помощи уговоров назначенных госзащитников были получены признательные показания.

— Многие уже признали, что бросались снежками, стояли "стенка на стенку" с правоохранителями. Некоторые признались, что в отношении них [правоохранителей] применяли силу, поскольку действовали, по их словам, "в ответ на их насилие". Таких, думаю, процентов 25-30 из задержанных, — говорит собеседник "Idel.Реалии".

После первых допросов задержанного везут в суд, который по ходатайству следствия арестовывает человека. Задержанных в январе-начале февраля отправляли в СИЗО до 17 марта, более поздних — до середины апреля. Сейчас суды заключают задержанных под стражу до 17 июня — именно до этой даты продлен срок следствия по делу.

После суда арестованных отправляют в уфимское СИЗО-1, где они могут сидеть месяцами, пока следствие определится с дальнейшей стратегией.

— Уже два месяца [со дня задержания] прошло, а следствие по моему подзащитному никак не продвинулось, — говорит на условиях анонимности другой адвокат. — Полная тишина: никаких следственных действий не проводится. Ходатайства защитников об ознакомлении с материалами уголовных дел переправляются в Москву, к следователю Главного следственного управления (ГСУ) СКР Хованскому (он возглавляет следственную группу). Тот отвечает в таком духе: мол, время придет, тогда и ознакомитесь с делом.

Как удалось выяснить "Idel.Реалии", в состав следственной группы по "Баймакскому делу" входит 33 следователя, шестеро из которых прикомандированы из других российских регионов. Группу сформировали 22 января постановлением первого заместителя председателя СКР Эдуарда Кабурнеева — после того как 20 января дело ввиду "особой сложности" изъяли из производства управления СКР по Башкортостану и передали в центральный аппарат СКР. Следственную группу возглавил следователь по особо важным делам третьего следственного отдела управления по расследованию преступлений против личности и общественной безопасности ГСУ СКР, полковник юстиции Игорь Хованский (в августе 2015 года указом президента России Игорь Хованский был награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени).

"АРЕСТЫ ПРОДЛЕВАЮТСЯ, НАДЕЖДА НА СКОРОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ ИСЧЕЗАЕТ"

С начала марта следствие начало направлять в Ленинский районный суд Уфы ходатайства о продлении срока содержания под стражей тех обвиняемых, которых арестовали в первую волну задержаний — их арест истекал 17 марта. В период с 4 по 12 марта, по данным картотеки Ленинского райсуда и сообщений родственников, судьи Оксана Илалова, Диана Ардуванова, Филюс Каримов, и. о. председателя суда Эльвира Якупова рассмотрели и удовлетворили около 40 таких ходатайств.

Как сообщают СМИ и родственники фигурантов "Баймакского дела", всем обвиняемым суд продлевает арест до 17 июня (до этой даты в настоящее время продлен срок следствия).

Так, 4 марта суд продлил арест Данису Ахметову, которого обвиняют по ч. 2 ст. 212 УК РФ, Диму Булякбаеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Даяну Валееву (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ), Диму Давлеткильдину (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Ахмету Якупову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Ильнуру Хажиеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Ахату Гибадуллину (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Илшату Ульябаеву (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ). 5 марта арест продлили Шафкату Ульмасбаеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ), Динару Акбалину (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ), Венеру Яубасарову (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ), Закиру Кульмухаметову (ч. 2 ст. 212 УК РФ). 6 марта стало известно о продлении срока содержания под стражей Альфинур Рахматуллиной (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ), Галиму Заманову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Азату Мирзину (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Денису Икбаеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ), Данису Узянбаеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Халиду Ишкуватову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Ильфату Ишмуратову (ч. 1 ст. 212 УК РФ), Юниру Хисаметдинову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Ильмиру Ахатову (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ). 7 марта арест продлили Раяту Давлетбаеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ), Ильясу Байчурину (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ), Айдару Магадееву (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Данису Гайсину (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ), Азату Кусарбаеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Азамату Аминеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ). 11 марта продлили арест Сание Узянбаевой (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Ильясу Байгускарову (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ), Закиру Ахмедину (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Кабиру Суяргулову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Самату Давлетову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Иделю Каримову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Юниру Исламгулову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Вилюру Карачурину (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ), Салавату Елкибаеву (ч. 2 ст. 212 УК РФ, ч.1 ст. 318 УК РФ). 12 марта судьи завершили свою работу над первой волной задержанных, продлив сроки содержания под стражей Артуру Мухаметову (ч. 2 ст. 212 УК РФ), Умутбаю Давлетбердину (ч. 2 ст. 212 УК РФ) и Айсуваку Явгастину (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ). Вменяемые статьи УК РФ указаны на основе информации из картотек судов, сообщений родственников обвиняемых, а также данных, собранных СМИ и волонтерами, оказывающими информационную поддержку фигурантам дела и их родственникам. Данные не везде могут быть точными и актуальными на момент публикации материала.

Как следует из сообщений родственников, аресты фигурантам дела продлевали и другие башкортостанские суды. В частности, 11 марта Дюртюлинский райсуд продлил срок содержания под стражей 24-летнему уроженцу Кугарчинского района Айтугану Китикову (содержится в СИЗО-5 города Дюртюли), которому вменяют ч. 2 ст. 212 УК РФ.

— Родственники обвиняемых до сих пор напуганы, ошарашены; они вообще не понимают, что произошло и происходит до сих пор. Многие из них всерьез рассчитывали, что после 17 марта мера пресечения их родным будет изменена, или же дело вообще закроют. Сейчас же они столкнулись вот с такой суровой реальностью: аресты продлеваются, надежда на скорое освобождение исчезает, — говорит один из башкортостанских активистов, координирующий оказание правовой помощи обвиняемым (мы не разглашаем его имя из-за российского закона о "нежелательных" организациях, оно известно редакции).

— Это следствие, эти суды будут длиться год, не меньше. Никто не знает, на какой цифре фигурантов они остановятся, где предел. На суд выведут всех. Дело большое, политическое — и вряд ли здесь будет какое-то смягчение. Да, многим дадут условно несколько лет лишения свободы. Но процентов 15 получат реальные сроки, — прогнозирует один из источников "Idel.Реалии".

АКТИВИСТ: "ЛИШЬ МАЛАЯ ЧАСТЬ РОДСТВЕННИКОВ ОБВИНЯЕМЫХ ДАЕТ СЕЙЧАС КОММЕНТАРИИ СМИ"

Многие наблюдатели отмечают, что о "Баймакском деле" мало пишут в СМИ, которые в свою очередь практически не получают информации от родных и адвокатов обвиняемых. Пресса вынуждена лишь фиксировать очередные случаи задержаний, арестов и продлений сроков содержания под стражей, опираясь на скудные сообщения в Telegram-чатах от родственников фигурантов дела. Суды по избранию меры пресечения проходят в закрытом режиме, а выходящие из залов заседаний адвокаты практически не дают комментариев.

В феврале юрист правозащитной организации "Команда против пыток" Альбина Мударисова рассказывала изданию "Аспекты-Башкортостан", что родственники фигурантов неохотно идут на контакт с правозащитниками.

— Когда мы приезжали в Баймак, они ожидали подвоха, подозревали, что мы — "засланные агенты", которые хотят выяснить, кто участвовал в тех событиях. Мы прилагали массу усилий, чтобы доказать, что мы не причиним вреда, что наоборот — приехали оказать помощь. Мы точно знали, что люди, живущие неподалеку от суда, могли что-то видеть, но они говорили, что ничего не видели. Человек говорил: "Окна у меня были закрыты" или "Я не смотрел в окно". Люди опасались преследований, — отмечала Мударисова.

Правозащитница также сообщала, что, по рассказам баймакских медиков, 17 января в городскую больницу "привозили очень много людей". По словам врачей, "машины скорой помощи были заполнены пострадавшими; при этом они даже отказывались называть врачам свои фамилии, отказывались давать любую информацию о себе". По словам Мударисовой, "отказывались и мужчины, и женщины, и молодежь, и пенсионеры; боялись также ложиться в больницу, опасаясь, что их там найдут силовики".

По данным, полученным правозащитниками, пятеро пострадавших были с переломами рук, одна женщина — с переломом ноги.

"Большая часть обратившихся за помощью была с ожогами сетчатки и роговицы глаз от распыления силовиками слезоточивого газа", — рассказывала Мударисова.

Башкортостанские активисты, координирующие помощь задержанным и обвиняемым, также отмечают, что родственники и адвокаты фигурантов дела неохотно общаются с прессой.

— Лишь малая часть родственников дает сейчас комментарии СМИ, — говорит один из активистов. — Основная часть, очевидно, послушалась рекомендаций адвокатов говорить как можно меньше — и молчит. А у адвокатов и у самих вовсю действует самоцензура. Всё это, конечно, неправильно — нужна огласка всему этому делу.

При этом можно отметить, что благодаря самоорганизации родственников в соцсетях и Telegram-чатах в последние недели стало появляться больше информации о фигурантах "Баймакского дела" — в частности, их биографии. Родные и друзья обвиняемых подробно рассказывают о них, используя в том числе фото- и видеоформаты.

Еще один активист отметил, что "в видеообращениях к президенту РФ родственники сильно ругают [главу РБ Радия] Хабирова, но вышестоящие власти почему-то не затрагивают".

— Другие родственники пишут обращения в центральный аппарат СКР, но оттуда, судя по тому, что пишут в чатах и комментариях, пока что поступают одни отписки с обещанием провести проверку — и не более.

РУСЛАН ГАББАСОВ: "ВСЕ БЫВШИЕ "БАШКОРТОВЦЫ" ПОПАДУТ ПОД КАТОК ЭТИХ РЕПРЕССИЙ"

Еще в начале февраля появились первые сообщения о том, что следователи на допросах стали "выяснять связи" арестованных с запрещенной в России национальной организацией "Башкорт" и одним из её бывших лидеров, ныне политэмигрантом Русланом Габбасовым. Как сообщают источники "Idel.Реалии", конкретные формулировки уже легли в основу "Баймакского дела".

— На последних продлениях арестов адвокаты, выходя с заседаний, говорили, что всех обвиняемых пытаются связать с "Башкортом" и с Русланом Габбасовым, — рассказали посещавшие мартовские суды активисты.

" …Габбасов, являющийся лидером националистической организации "Башкорт", находясь на территории Литовской Республики, и неустановленные лица, находящиеся в неустановленном месте…, используя в качестве предлога несогласие с привлечением к уголовной ответственности руководителя "Башкорт" Ф. Ф. Алчинова, размещали в общем доступе для неограниченного круга лиц публикации и сообщения, содержание которых было направлено на побуждение жителей Республики Башкортостан к участию в массовых беспорядках, сопряженных с воспрепятствованием нормальной деятельности Баймакского районного суда, перекрытием автомобильных дорог в г. Баймак, а также неисполнению законных требований сотрудников полиции… При этом неограниченному кругу лиц предоставлялась возможность комментирования публикаций без какой-либо цензуры к комментариям, возбуждающим у лиц, их просматривающих, решимость участвовать в организации массовых акций протеста, с последующим их перерастанием в массовые беспорядки, сопровождающиеся насилием, уничтожением имущества, применением иных предметов, представляющих опасность для окружающих, а также оказанием вооруженного сопротивления представителям власти…", — говорится в одном из документов по "Баймакскому делу".

Габбасов отрицает обвинения властей, что он призывал к беспорядкам.

— Это чудовищная ложь, что я якобы призывал к этим протестам и тем более организовывал их. Я распространял информацию об этом судилище над Фаилем Алсыновым, но у меня не было ни одного призыва выходить на протесты, тем более драться голыми руками с силовиками. Единственный призыв у меня был, когда я записал видеообращение в поддержку своего арестованного брата — я призвал людей не молчать о репрессиях, — уточнил Габбасов.

Активист также опроверг утверждения следствия о том, что к организации протестов имеет отношение бывшая организация "Башкорт".

— Вполне возможно, что кто-то из людей, сочувствовавших ранее "Башкорту", принимавшие раньше участие в его легальных акциях, были у суда в Баймаке в те январские дни. Пусть организация давно не действует, но они-то по-прежнему неравнодушны к тому, что творится в родной республике. К тому же хочу подчеркнуть — рамки башкирского национального движения, башкирского общества намного шире этой одной организации. И влияние самого Фаиля Алсынова давно уже вышло за пределы "Башкорта". Это произошло уже во время защиты Куштау: тогда у Фаиля появилось много новых сторонников и сочувствующих, причем людей разных национальностей. После этого он стал народным лидером, имеющим очень широкую поддержку, и именно поэтому так много людей вышло в его защиту.

Тем не менее Габбасов высказал опасение, что в рамках "Баймакского дела" многие бывшие "башкортовцы" могут попасть под уголовное преследование.

— Сейчас, несмотря на то, что организация давно не действует, её по-прежнему демонизируют, приписывают ей организацию всех протестов и окончательно, так сказать, криминализируют. Делают всё, чтобы люди шарахались от самого названия "Башкорт" и от её бывших активистов. Но власти знают, что это по-прежнему авторитетные в народе люди. И поэтому с ними сейчас хотят расправиться; на них идет целенаправленная охота. Боюсь, все бывшие "башкортовцы" попадут под каток этих репрессий, как в свое время попали под сталинские репрессии все бывшие валидовцы — как ближайшие соратники Заки Валиди, так и те, кто служил даже поваром или конюхом в башкирском войске, в учреждениях первой башкирской республики.

"КРЕМЛЬ РЕШИЛ "ЗАЧИСТИТЬ" НЕПОКОРНУЮ РЕСПУБЛИКУ"

Опрошенные эксперты, оценивая небывалый ранее размах преследований в Башкортостане, отмечают целый ряд причин и факторов.

Так, один из активистов башкирского национального движения, пожелавший высказаться анонимно, основную причину репрессий видит в стремлении властей "устранить все препятствия на пути дальнейшей разработки природных богатств республики".

— Людей хотят так напугать, чтобы они больше не смели выступать против разработок месторождений полезных ископаемых в Зауралье — в Хайбуллинском, Баймакском, Учалинском, Абзелиловском районах, где есть большие залежи золота и меди, а также и в других местах республики. Народ ведь очень сильно выступал против этого — вспомните Куштау, вспомните массовые протесты 2020-2022 годов, вспомните народные сходы весной 2023 года. В этом и есть основная причина: олигархические круги, приближенные к Путину, посчитали, что Хабиров не справился с поставленной задачей — усмирить башкирское национальное движение — и пролоббировали силовое решение вопроса.

Активист напомнил, что в течение предыдущих лет в России последовательно выхолащивались все остатки федерализма, что напрямую отразилось на Башкортостане.

— Ранее в республике был свой Кодекс о недрах, требующий согласовывать выдачу лицензий на разведку и разработку ископаемых с местной властью. Теперь лицензии выдает федеральная власть, Роснедра. Убрали также норму закона, требующую согласование разработок с местным населением. Выдачу разрешений на земельный отвод передали от муниципалитетов на республиканский уровень. И местная власть, и население осталось без всяких прав, — констатирует собеседник.

Башкирский политэмигрант Руслан Габбасов определяет причину размаха преследований более объемно:

— Я согласен, что нынешние репрессии — это попытка выкорчевать весь протестный потенциал в республике, в том числе и потому, чтобы он не мешал разграблению природных богатств Башкортостана путинскими олигархами. Но я бы брал шире: цель этих репрессий — упредить будущее народное возмущение, которое будет направлено против войны [с Украиной] и мобилизаций на неё, против империалистической и колониальной политики Кремля: как внешней, так и внутренней. Оно также будет направлено против национального угнетения, против диктатуры и фальшивых выборов, против неизбежного падения уровня жизни, в конце концов. Так что можно сказать: Кремль решил "зачистить" непокорную республику.

Прогнозируя дальнейшее развитие событий, Габбасов опасается ликвидации национальных республик уже в нынешнем году — после президентских выборов.

— Такой шаг вполне укладывается в логику дальнейшей эволюции путинского режима, — считает политэмигрант.

Еще один активист башкирского национального движения (мы не разглашаем его имя из-за российского закона о "нежелательных" организациях, оно известно редакции) отмечает, что в нынешней ситуации федеральную власть не волнуют никакие политические издержки:

— Конечно, они [власти] отдают отчет, что такие репрессии могут сказаться на итогах президентских выборов в республике. Но в их представлении гораздо важнее то, что Урал начал "дымить". А если за ним Поволжье загорится? Вот они и страхуются.

Один из российских политтехнологов, также пожелавший высказаться анонимно, считает, что осуществляемые в Башкортостане силовые меры "не дадут Москве желаемого результата".

— Москва сейчас формально декларирует, что всё ею делается в правовом поле. Мол, люди вместо того, чтобы действовать в рамках законных юридических процедур, вышли на несогласованные акции, нарушили закон, учинили массовые беспорядки, применили насилие и так далее — и вот за это должны ответить . При этом власть прекрасно знает, что эти же люди давным-давно уже испробовали по десять-двадцать раз все рекомендованные им способы добиться справедливости — и ничего этим не добились. И тем не менее власть реагирует, как привыкла, — отмечает он.

По словам аналитика, российские власти не могут или не хотят решиться на глубокую, серьезную проработку вопроса: как справиться с конфликтами в Башкортостане?

— Ведь республику постоянно лихорадит. Да, репрессиями они могут провести, так сказать, профилактическую работу против будущих народных возмущений, но этим не решить системную проблему, которая, на мой взгляд, заключается сейчас в противостоянии силы формального закона с некими культурными народными традициями, с некоей народной, национальной историей. Силовые действия на 80, на 90 процентов не лечат эту проблему. Недовольство постоянно накапливается, пружина всё больше сжимается — и, наконец, она выстреливает, — резюмирует эксперт.

• 17 января Баймакский районный суд республики приговорил Фаиля Алсынова к четырем годам колонии общего режима за речь на народном сходе, в которой следствие и суд усмотрели признаки ненависти по отношению к армянам, жителям Кавказа и Центральной Азии (ч. 1 ст. 282 УК РФ). Гособвинение запрашивало ему более мягкое наказание: тот же срок, но с отбытием в колонии-поселении. Сам осужденный вину не признал — он назвал свое дело политически мотивированным.
• Сразу после оглашения приговора в Баймаке начались массовые протесты, которые переросли в столкновения с полицией. Среди протестующих были раненые. Силовики применяли слезоточивый газ и, предположительно, шумовые гранаты. Следующая акция в поддержку Фаиля Алсынова прошла 19 января в Уфе, на площади у памятника Салавату Юлаеву.
• По итогам протестов Следственный комитет в Башкортостане возбудил уголовные дела об организации и участии в массовых беспорядках (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ), а также по статье о применении насилия в отношении представителя власти (ч. 1 ст. 318 УК РФ).

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.

• 

  Idel.Реалии

  Мы не разглашаем имя автора этой публикации из-за угрозы уголовного преследования по закону о нежелательных организациях в России.