Белгородцы рассказывают, как ходили на выборы под обстрелами

И сомневаются в честности подсчета голосов

Три дня голосования в Белгородской области прошли под массированными обстрелами. На территории области вели боевые действия украинские формирования РДК, легион «Свобода России» и «Сибирский легион», в которых воюют россияне, — они пытались помешать проведению выборов. Власти региона делали вид, что обстрелы никак не повлияли на желание людей голосовать. Явка в первый день голосования якобы составила 67%, а по итогам выходных и вовсе достигла 87%, или около 780 тысяч избирателей, из которых 91% отдали свой голос за Путина. Ни страх, ни взрывы, ни шесть погибших в результате обстрелов якобы «не поколебали» желание граждан прийти на участки. Местные жители рассказали «Холоду», как это было на самом деле.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

Ради безопасности героев «Холод» изменил их имена.

«Почему же нас никто не может защитить?»

Мария, дизайнер

Я переехала в Белгород 10 лет назад и сразу начала строить свой дом, где сейчас и живу. Хоть я или люди, которых я лично знаю, пока не пострадали от обстрелов города, мне все равно очень страшно, когда слышны взрывы, а слышны они каждый день. Я всякий раз вздрагиваю, спускаюсь на первый этаж и пережидаю в глухом месте, где нет окон. У нас трясутся окна и двери, все это очень громко.

Если бы я доверяла правительству, я чувствовала бы себя в большей безопасности. Но я не доверяю — злюсь и испытываю страх. В последнее время научились давать сигнал ракетной опасности секунд за 10 до взрыва, но раньше сигналы были далеко не всегда. В основном я ориентируюсь по звукам летящих ракет: уже научилась за эти два года отличать, стоит мне бояться или нет. Из-за боязни пропустить момент прилета я постоянно настороже, перестала спать с берушами. Помогает пес, который лает, когда слышит громкие звуки: такое не пропустишь.

В пятницу был обычный рабочий день. Избирком Белгородской области заявил, что явка на выборах в первый день составила 67%, но я вообще не знаю людей, кто голосовал именно в пятницу, но у меня не так много друзей. Мое окружение в основном находится в апатии. Насколько я знаю, они не голосовали вообще, поэтому в такую высокую явку не очень верится.

Мы с мужем голосовали в воскресенье в 12 часов, и на нашем участке было довольно много людей в это время. Но я не знаю, участвовали ли они в акции «Полдень против Путина» или просто так пришли голосовать. Мы поставили галочки не за Путина.

Не думаю, что после этих выборов что-то изменится в лучшую сторону. Для меня участие в голосовании было попыткой немного успокоить свою совесть, потому что больше сделать я ничего не могу.

Жители Белгородской области уже не знают, как им добиться того, чтобы их услышали в остальных регионах России. На днях они запустили новую акцию: на страничках «Первого канала» во «Вконтакте» начали оставлять десятки и сотни комментариев с хештегом #белгородэтороссия. Вскоре «Первый канал» закрыл возможность комментировать их новости вообще. Игнор тревожит всех, я слышу эти разговоры отовсюду, даже от медсестер в больнице. Все говорят: «Почему же нас никто не может защитить?»

В первые месяцы войны очень много людей оставляли свои антивоенные сообщения под постами в соцсетях Белгорода и губернатора Гладкова. Сначала таких комментаторов блокировали — я это знаю, потому что меня заблокировали очень быстро. А потом и вовсе отменили возможность оставлять какие-либо сообщения, как это теперь сделал и «Первый канал».

Время от времени я встречаю в соцсетях вопросы, которые задают белгородцам: мол, почему же мы не уезжаем туда, где безопасно. Наверное, люди, которые задают такие вопросы, не понимают нас совсем. Здесь мой дом, который я строила 10 лет: он сделан по моему вкусу, по моим эскизам, я не могу продать его и купить точно такой же в другом месте. Я люблю это место, люблю все, что сделала в своем жилище своими руками, все, что сделала на своем участке.

Под обстрелами, но в своем доме мне гораздо легче морально, чем в чужом месте, которое будет не таким, как я хочу.

«Двум смертям не бывать, а одной не миновать»

Сергей, предпенсионер

Я родился и всю жизнь прожил в Белгороде. Моя двоюродная сестра погибла во время ракетного обстрела Белгорода 30 декабря 2023 года. Они вместе с подругой и внуком гуляли на центральной площади, где была елка. Во время обстрела сестра с подругой закрыли собой внука: он выжил, а они погибли на месте. Сестричке было 66 лет, она всю жизнь отработала медсестрой в детской больнице. Так и умерла, спасая детей. В Белгороде тогда погибло 25 человек. Это очень тяжело. И до сих пор долбят, долбят и долбят как минимум три раза в день. Они делают это почти по расписанию: в восемь утра, днем, вечером.

Обстреливают именно центр Белгорода, и это самое страшное. Там никакой военной техники нет. Зачем сюда стреляют — непонятно. Мы крепимся, а что нам еще делать? Детей очень жалко, потому что им приходится прятаться. Бедные наши внучата. А сам я ничего не боюсь. Как говорится, двум смертям не бывать, а одной не миновать. Один раз бахнет, и все. Не остаться бы только без рук и ног, не стать бы инвалидом. Взрослые не боятся — нам до лампочки. Быстрее бы только это все закончилось.

Моей маме 87 лет. Она после сигналов о ракетной опасности в пятницу 15 марта пошла и проголосовала. Я сам в пятницу работал, голосовал в воскресенье. Приехал к мамику, покушал, сходил на участок. Правда, там на входе вывернули все карманы, заставили показать телефон, зажигалку выложить. Это понятно, опасались всяких провокаций. Я спокойно проголосовал, девчатам пожелал всего доброго. Не буду говорить, кого я выбрал, — это мое личное дело.

Я думаю, что чем больше стреляют, тем больше людей идут и голосуют — все хотят, чтобы война закончилась как можно скорее. Не знаю, изменится ли что-то после выборов в лучшую сторону: на все воля божья. Мы встаем утром, молимся, поэтому нам боженька помогает.

Мы уже привыкли к обстрелам, куда нам бежать? И для чего бежать? И с чем бежать? Мы тут родились, мы тут будем жить и умирать.

«Мы отдуваемся за остальную всю Россию»

Карина, студентка

Я родилась в Белгородской области, а три года назад переехала в сам Белгород, чтобы учиться в университете. Из-за обстрелов, которые стали в последние дни такими сильными, на выходных я уехала в родной город к родителям. Находиться в Белгороде очень страшно — я постоянно сидела в ванной или коридоре всю предыдущую неделю.

Здесь, у родителей сирена не звучит, но мне она уже мерещится постоянно, а ночью снятся обстрелы. Страшен каждый «бах» за окном, даже когда это просто какой-то громкий звук.

Никто из моих одногруппников и друзей не ходил голосовать вообще. В университете нас голосовать не агитировали. У всех очень апатичное настроение в этом плане: и из-за обстрелов, и из-за отсутствия выбора как такового. Когда мы обсуждали с друзьями выборы, многие задавались риторическим вопросом: «А за кого голосовать-то?» Голосовать не за кого, достойных кандидатов нет.

Я очень много раз слышала такой аргумент: «Во время войны президента не меняют». Многие белгородцы так думают. Думаю, что среди тех, кто действительно дошел до избирательных участков, довольно большая поддержка Путина. Но многие голосовать просто не пошли.

Я с родителями проголосовала в субботу на участке, бумажным бюллетенем, поставила галочку за Даванкова, хотя я и не поддерживаю ни одну из выдвинутых кандидатур. Я видела, что Белгородской области приписали очень высокую явку в первый день выборов, но очень сомневаюсь в достоверности этих цифр. Пятница — рабочий день. А если ты не работаешь и не учишься, то вообще-то страшно лишний раз выходить на улицу, потому что в любой момент может начаться обстрел.

Я считаю, что после выборов ничего не изменится в лучшую сторону — скорее, даже хуже станет. Мы видим в новостях, как Москва празднует 10-летие присоединения Крыма: все радуются, смеются. В это же время слышим обстрелы, читаем, что в Белгородской области из-за прилета ракеты убило семью из четырех человек. От такого контраста я чувствую жуткую безысходность, подавленность и беспомощность. Мы отдуваемся за всю остальную Россию, а другие регионы о нас даже не думают.

Хештег #белгородэтороссия я увидела на выходных: люди начали оставлять комментарии в разных соцсетях с ним и выкладывать рилсы в инстаграм с видами мирного красивого города, которые контрастируют с обстрелами. Но я не думаю, что в этой акции много смысла: похожее белгородцы уже запускали прошлым летом, когда оставляли везде сообщение с хештегом #шебекино и #шебекиноэтороссия. Ну и что с того? Шебекино обстреливают каждый день, город уже практически снесен. И всем плевать, кроме нас, белгородцев.

Нам говорят, мол, уезжайте. А куда нам уезжать? За какие деньги? В Европу мы не можем уехать, визы нам не дадут, беженство нам не оформят. Мы никому не нужны: ни той, ни другой стороне.