Тимоти Эш: Почему использовать замороженные российские активы для помощи Украине можно и нужно?

Тимоти Эш – профессиональный экономист, специализирующийся на развивающихся рынках, в частности России, Украине и Турции. "Дрон" переводит и публикует мнение с сокращениями с разрешения автора. Оригинал публикации – здесь.

Сейчас так много шумихи вокруг вопроса использования "замороженных", а на самом деле пока только "обездвиженных" российских активов для Украины, что полезно будет опубликовать ответы на часто задаваемые вопросы по данной теме.

Вопрос: О какой сумме идет речь?

Ответ: в настоящее время в западных юрисдикциях "обездвижено" около 330 млрд долл. активов российского центробанка, примерно две трети из которых находятся в ЕС, в основном во Франции и Бельгии, а остаток - в Великобритании, США, Японии и Швейцарии. Высокая доля Франции и Бельгии обусловлена ролью финансового депозитария Euroclear.

На самом деле общая сумма российских активов, "обездвиженных" в западных юрисдикциях, приближается к 400 млрд долл., если учитывать активы олигархов.

Для сравнения: эта сумма как раз может покрыть издержки на восстановление Украины от ущерба, нанесенного российским вторжением, согласно последним оценкам Всемирного банка и Киевской школы экономики (по состоянию на осень прошлого года). Или же этих средств хватит, чтобы покрыть четыре года текущих расходов на поддержку Украины в военное время, которые составляют примерно 100 млрд долл. в год.

В: Почему эти активы до сих пор не конфискованы и не переданы Украине, ведь вы уже почти два года приводите аргументы в пользу этого?

О: Есть множество причин. Заставить наших лидеров сделать то, что необходимо и совершенно очевидно, - это как зубы выдергивать.

У противников ареста и замораживания активов разнообразные аргументы. Озабоченность вызывает наличие необходимой правовой основы для перехода к аресту и распределению средств с учетом необходимости защиты суверенного иммунитета России.

Кроме того, их волнует, как такой шаг повлияет на восприятие верховенства закона в западных юрисдикциях, как он отразится на долларе и евро в качестве резервных валют, а также возможность принятия Россией ответных мер в виде ареста западных активов у себя.

Я считаю, что все эти аргументы слабы и не выдерживают никакого сравнения с императивом национальной безопасности, который заключается в том, чтобы Украина выиграла войну или, по крайней мере, не проиграла ее. Разберем их по порядку:

Во-первых, ряд экспертов, в том числе [американский дипломат, ученый и писатель Филип] Зеликов, [бывший председатель Всемирного банка Роберт] Зеллик и [юрист Юлия] Зискина настаивают, что государство пользуется суверенным иммунитетом лишь в том случае, если оно соблюдает международное право.

В данном случае Россия явно его не соблюдает, поскольку она вторглась в Украину, захватила честь ее территории и таким образом явно нарушает международное право. Кто может это отрицать? В рамках аргументации в пользу "контрмер" Зеликов и другие утверждают, что суверенный иммунитет России утрачивается, пока она не вернется к соблюдению международного права, а в промежуточный период ее активы могут быть конфискованы и затем переданы Украине.

Во-вторых, законы создаются политиками и политическими деятелями. И если в настоящее время в западных правовых системах не существует законов, позволяющих арестовывать и передавать Украине российские активы, то эти законы должны быть приняты.

Однако в США такие законы уже существуют, что было доказано на примере резервов центральных банков Ирака и Афганистана. В США были изданы соответствующие приказы президента для замораживания и изъятия активов центральных банков сначала у режима Саддама Хусейна в Ираке (выплаченных Кувейту в качестве компенсации за вторжение в ходе первой войны в Персидском заливе), а затем у режима Талибана в Афганистане.

В Европе, возможно, придется изменить законы, но это необходимо. Если Запад считает угрозу со стороны России экзистенциальной, то устранение такой угрозы должно стать приоритетом национальной безопасности.

В-третьих, что касается аргумента о незыблемости принципа верховенства закона на Западе, зададим вопрос: где было верховенство закона, когда все эти грязные (доходы от клептократии и автократии) российские деньги пришли в Европу в первую очередь?

Уже более десяти лет ясно, что представляет собой режим Путина (фашистская диктатура), так почему же правильные вопросы не задавались раньше? Поэтому Западу не следует сейчас так ханжески рассуждать о святости западного правового государства, ведь Запад принимает и даже поощряет получение отмытых средств из юрисдикций, где нет верховенства закона, а когда эти средства попадают на Запад, они каким-то образом становятся "очищенными" и затем и защищенными тем самым "верховенством закона". Речь о двойных стандартах.

В-четвертых, что касается угрозы для резервных валют, то опасение заключается в том, что другие авторитарные режимы с крупными активами центральных банков на Западе - например, Китай и страны Персидского залива - испугаются, что их активы могут быть аналогичным образом конфискованы, и поэтому переместят свои активы, дестабилизируя доллар, евро или фунт стерлингов. Пока что нет никаких доказательств того, что это произошло в случае с "обездвиживанием" российских активов, и страны G7 уже дали понять, что Россия никогда не получит эти деньги обратно.

Реальность такова, что Китай и другие авторитарные режимы имеют ограниченные возможности для размещения своих триллионов долларов в валютных резервах, поскольку ликвидных альтернатив просто мало, и они не настолько доверяют друг другу, чтобы обмениваться своими резервами между собой.

Можно утверждать, что если сейчас наказать Россию за ее действия в Украине, то это станет правильным сигналом для других авторитарных режимов, чтобы они не участвовали во вторжениях, военных преступлениях и геноциде, иначе их активы будут конфискованы. Если эти режимы хотят сохранить свои активы в безопасности в западных юрисдикциях, им нужно просто соблюдать международное право.

В-пятых, активы Запада в России (менее 100 млрд долл.) - гораздо меньшая сумма в сравнении с 400 млрд долл. российских денег в западных юрисдикциях. Между тем, Россия уже приступила к конфискации этих активов путем принудительной продажи.

И в любом случае вопрос должен заключаться в том, почему интересы национальной безопасности Запада должны ставиться выше интересов западного бизнеса, который изначально принял неверные инвестиционные решения, вкладывая деньги в Россию. Их предупреждали, но эти западные компании предпочли пожинать плоды, продолжая инвестировать в страну, возглавляемую фашистским режимом.

Теперь их не должны выручать западные налогоплательщики. Нас не должно волновать, что случится с западными пивными компаниями или производителями йогуртов с инвестициями в России - их собственные акционеры должны спросить у их руководства, о чем, черт возьми, они думали?

Аргументы против конфискации слабы, но против идеи использования "обездвиженных" российских активов для Украины сплотилось мощное лобби западного бизнеса, инвестирующего в Россию, центральных банков и казначейств Запада.

Я думаю, что в западных центральных банках и казначействах существует бюрократическая инерция - ""нет" по умолчанию". Принять верное решение, конечно, сложно, и в краткосрочной перспективе, возможно, проще сказать "нет". Но я бы возразил, что долгосрочные риски, связанные с неправильным подходом, намного превышают краткосрочные трудности.

И здесь, как мне кажется, проблема в том, что многие из тех, кто принимает решения, - это те, для кого национальная безопасность не является специализацией, или же они уже давно ошибочно интерпретируют действия России. На протяжении последних двух десятилетий все те, кто блокирует этот шаг, ошибались решительно во всем, что касается России.

В: Можно ли обойтись без российских активов?

О: Теперь мы переходим к сути вопроса.

Я бы перевернул вопрос с ног на голову и спросил оппонентов, какова альтернатива использованию "обездвиженных" российских активов для обеспечения победы Украины в войне и успешного восстановления?

Отправной точкой должна стать математическая оценка того, что требуется для поддержки Украины. По приблизительным подсчетам, в военное время нужно около 100 млрд долл. в год, из которых примерно 40 млрд долл. приходится на фискальную поддержку и поддержку платежного баланса, а остальное - на военные нужды. После заключения мира на одно только восстановление нужны будут 500 млрд долл., а ежегодные расходы в мирное время составят 50 млрд долл.

Уже сейчас Запад с трудом оплачивает ежегодный счет в 100 млрд долл. На США приходится примерно половина от общей суммы в 100 млрд долл. в год, но с учетом того, что законопроект о поддержке Украины в размере 61 млрд долл. застрял в Палате представителей, а с возможным приходом к власти Трампа финансирование Украины вообще может прекратиться, как тогда будет покрываться дефицит?

ЕС в последнюю минуту удалось добиться одобрения четырехлетнего пакета финансирования Украины в размере 50 млрд евро на декабрьском заседании Совета ЕС. Это произошло вопреки жесткой оппозиции со стороны [премьер-министра Виктора] Орбана в Венгрии, а с учетом приближающихся непростых европейских выборов эта задача только усложнится.

Сможет ли Европа восполнить колоссальный дефицит, который, возможно, возникнет после ухода США? Я сомневаюсь в этом на фоне глобального кризиса стоимости жизни и роста популизма.

В: А что насчет схемы ЕС по использованию процентов от "обездвиженных" российских активов для Украины?

О: Всего 3-4 млрд евро в год - это не так уж и много, если сравнивать со 100 млрд долл., которые нужны ежегодно во время войны.

Я уже предлагал одно из решений - инвестировать полученные средства в более доходные активы: активы на развивающихся рынках могут принести Украине 10-процентную доходность, то есть 30 млрд долл. с лишним в год. Еще лучше использовать "обездвиженные" российские активы для покупки репарационных облигаций, выпущенных Украиной - базовый актив по-прежнему будет принадлежать России, что снизит остроту проблем с верховенством закона и правами собственности.

В то же время это даст Украине доступ ко всем средствам, необходимым для победы в войне. Однако Европа проявляет излишнюю осторожность или вообще отказывается смотреть фактам в лицо - похоже, что там действительно хотят проиграть эту войну.

В: А что насчет вопросов морали и справедливости?

О: Очевидная моральная позиция должна заключаться в том, что Россия обязана заплатить за свои преступления и разрушения в Украине. Использование "обездвиженных" российских активов для Украины должно стать первым взносом в счет возможной репарации.

Но этим дело не ограничивается. В настоящее время западные правительства используют деньги своих налогоплательщиков для финансирования Украины, вместо того чтобы использовать готовые российские деньги, имеющиеся на счетах западных банков - "обездвиженные" российские активы.

Это говорит о том, что наши правительства, похоже, ставят средства российских налогоплательщиков выше средств собственных налогоплательщиков. Странно. Точно так же частных кредиторов Украины (в основном западных пенсионеров) просят о сокращении украинской задолженности, опять же потому, что наши правительства не хотят использовать деньги российских налогоплательщиков.

И, как отмечалось выше, не используя "обездвиженные" российские активы для оплаты Украины, западные деловые круги в России, которые сделали неудачные вложения в Россию, ставятся важнее западных налогоплательщиков. Эти западные компании не должны быть спасены за счет западных налогоплательщиков.

Готовность наших политиков поставить интересы российских налогоплательщиков выше интересов западных налогоплательщиков должна стать большим скандалом - почему журналисты до сих пор не обратили на это внимания?

В конечном итоге все сводится к тому, что наши ответственные лица никак не поймут угрозу со стороны России и риски возможного поражения Украины. Они отказываются понимать, что требуется для победы в этой войне, которую мы просто не можем позволить себе проиграть. Необходимы ясность мышления и лидерство, которых, к сожалению, не хватает.