Оригинал материала
Можно ли верить ФСБ? "Украинский след" и арест мигрантов в Дагестане
ФСБ заявила о задержании в Дагестане четверых подозреваемых в подготовке теракта – они же якобы причастны к нападению в подмосковном концертном зале "Крокус Сити Холл". Сайт Кавказ.Реалии разбирался, что известно о задержанных и можно ли доверять заявлениям спецслужбы.
О проведении контртеррористической операции (КТО) в Махачкале и Каспийске спецслужбы сообщили рано утром 31 марта. По их данным, ночью силовики заблокировали в нескольких квартирах вооруженных людей, подозреваемых в причастности к терроризму.
Бойцы спецназа пришли по пяти адресам, известны некоторые из них: в столице Дагестана это улица Шеболдаева в полутора километрах от здания правительства республики. Здесь, по данным СМИ, "без шума, без единого выстрела" были задержаны двое подозреваемых. В Каспийске операция проходила в том числе на улицах Кавказская и Амет-Хана Султана; в отличие от Махачкалы, здесь силовики открыли огонь по многоэтажному дому.
"Прям подо мной происходило это все. В шесть утра шум, суета, оперативники… Зашли, проверили все, мигрантов спрашивали – есть, нет. Стрельба была, они с улицы стреляли. Видать, [в квартире этажом ниже] двери не открывали. Окна все выбиты, и в мой этаж, в мой дом тоже попали… Видать, дымовыми шашками [стреляли], газ был, глаза резало, дышать невозможно было", – рассказал позднее житель Каспийска.
К 10 утра операция была завершена, режим КТО сняли к полудню. Национальный антитеррористический комитет (НАК) отчитался: задержаны "трое бандитов"; обнаружены оружие, боеприпасы и готовое к применению самодельное взрывное устройство; пострадавших среди гражданских и силовиков нет.
Имена задержанных спецслужбы не назвали. "РИА Новости" со ссылкой источник заявило, что один из них – житель Дагестана, еще двое – уроженцы Центральной Азии. На опубликованных НАК кадрах оперативной съемки во время обыска на столе видны два документа, внешне похожие на паспорта Таджикистана.
Позднее ФСБ (в иерархии российских спецслужб она стоит выше НАК. – Прим.) опубликовала свою версию произошедшего: задержаны не трое, а четверо участников "террористической ячейки", все – иностранцы, которые "непосредственно участвовали в финансировании и обеспечении средствами террора" исполнителей нападения на "Крокус". Газета "Коммерсантъ" уточнила: все четверо – граждане Таджикистана. Расхождение с данными НАК и государственных СМИ о числе подозреваемых ФСБ не пояснила.
У российских спецслужб за десятилетия сложилась репутация, что на слово им доверять нельзя, комментирует задержания военный аналитик Давид Шарп.
Этому явлению – "украинскому следу" – пытаются придать масштаб
"Это не означает, что ФСБ не может сказать правду, – объясняет он. – Но они неоднократно были пойманы на том, что говорят неправду. Попытки руководства России искусственно прицепить Украину к теракту в "Крокусе", которые происходят в том числе с подачи ФСБ, – это яркий пример шитого белыми нитками дела".
Версия о задержаниях в Дагестане граждан Таджикистана, якобы причастных к нападению, отчасти противоречит версии об "украинском следе", замечает Шарп, однако он не исключает, что российские власти придумают удобное оправдание и для этого. С ним согласен политолог из Дагестана (редакция не называет его имя из соображений безопасности. – Прим.):
"Этому явлению – "украинскому следу" – пытаются придать масштаб: вскрыли ячейку в одном регионе, в другом, они якобы связаны между собой. Тем самым показывают, что теперь это уже не просто какие-то случайные люди, которых якобы украинцы поймали именно для атаки в "Крокус Сити", а что террористическая активность носит масштабный характер", – добавил эксперт.
Вопросы и сомнения
ФСБ через государственные СМИ распространила видео с двумя подозреваемыми в Дагестане. Один из них сразу после задержания на вопрос о том, что они собирались взорвать, отвечает: "Набережную в Каспийске". Об этом, сидя за столом в неизвестном помещении, говорит и второй задержанный; он же заявляет, что якобы отвез из Махачкалы в подмосковные Мытищи оружие для исполнителей теракта в "Крокусе Сити Холле".
Эти показания нельзя отнести к прямым доказательствам вины задержанных, указывает юрист, пожелавшая сохранить анонимность из соображений безопасности.
"Доказательственная ценность опроса, если он будет передан следствию в качестве результата оперативно-розыскной деятельности, зависит от того, подтвердит ли задержанный позже в присутствии адвоката свои слова, или заявит об отказе от сообщенного со ссылкой на нарушение права на защиту. В последнем случае доказательство подлежит признанию недопустимым", – объяснила собеседница.
Якобы обнаруженное у задержанных оружие тоже нельзя считать доказательством, есть основания предполагать, что его могли подбросить, говорит член Центра защиты прав человека "Мемориал" Александр Черкасов, ссылаясь на репутацию ФСБ. По его мнению, чтобы понять, связаны ли задержанные с исламистами и терактом 22 марта, недостаточно информации.
После теракта требуется отчетность: мы не смогли ничего предотвратить, но мы все расследовали
"Зато мы достоверно знаем, что ФСБ очень любит отчитываться. Она и до этого заявляла о вскрытии в самых разных регионах России "террористических ячеек". Похоже, это были группы, организованные провокаторами через социальные сети, которыми потом и отчитывались. Точно так же работали с радикальными группами националистов или леваков", – отметил правозащитник.
Черкасов допускает, что активизация спецслужб связана с попытками убедить общество в их дееспособности после провала в "Крокусе", и не исключает применение пыток в отношении задержанных в Дагестане – как это происходило под камеры с основными обвиняемыми по делу.
"После теракта уже не до создания новых фантомных групп. Здесь отчетность требуется другая: мы не смогли ничего предотвратить, но мы все расследовали, – объясняет правозащитник. – Я бы не слишком доверял скороспелым отчетам силовиков с земли, потому что человек, свежепойманный "рыцарями плаща и кинжала", готов признаться в чем угодно – методы известны".
1 апреля стало известно о гибели в Москве уроженца Чечни Асхаба Успанова, которого, предположительно, задержали в ночь после теракта. Его могли подвергать пыткам.Помимо низкого уровня доверия, версию ФСБ о причастности задержанных в Дагестане к теракту в "Крокусе" сопровождает отсутствие логики, считает политолог из республики (редакция не называет его имя из соображений безопасности. – Прим.).
"Если подозреваемые лично переводили деньги на поддержку террористической деятельности, перевозили оружие, то они, понимая, как развиваются оперативно-розыскные мероприятия, вероятно, должны были после первых задержаний куда-то спрятаться, скрыться, уехать. Но они [по версии ФСБ] спокойно ждут почти неделю, никуда не уходят, живут на съемных квартирах, хранят при себе оружие, взрывчатые вещества. И при этом их потом спокойно приезжают и задерживают. Это все вызывает большие сомнения", – считает собеседник.
По его словам, сомнения также вызывают кадры оперативной съемки, опубликованные в качестве отчета об операции.
"Мы видим, как сотрудник спецслужбы вручную разламывает [предполагаемое] взрывное устройство. Это надо быть или очень смелым, или безрассудным, чтобы незнакомое себе взрывное устройство так разбирать. Или они знали, что оно не взорвется?" – продолжает политолог.
Вопросы у него вызывает и то, как мигрантам, которые подвергаются давлению в России в том числе в связи с войной в Украине, удалось беспрепятственно приобрести оружие в Дагестане и без излишнего внимания со стороны правоохранительных органов провезти автоматы в подмосковные Мытищи – почти за две тысячи километров от республики.
Очевидные последствия
После того как российские власти оправдали пытки над задержанными после теракта в "Крокусе" гражданами Таджикистана, в стране участились массовые облавы на мигрантов. В Махачкале из-за этого резко обострилась проблема с вывозом мусора: иностранных рабочих местного оператора задерживают "до выяснения личности".
Граждане Таджикистана составляют значительную часть рабочей силы в Дагестане
Проблемы с мусором возникли и во Владикавказе. Одним из возможных путей выхода из сложившегося положения директор регионального оператора Александр Гокоев назвал привлечение рабочей силы из числа местного населения. Но местные жители неохотно идут на эти работы, посетовал он: "Мы с трудом укомплектовали штат водителей и грузчиков. Эта ситуация наблюдается сейчас по всей России. Нужно признать, насколько важную роль в поддержании чистоты и порядка играют мигранты".
Политолог из Дагестана назвал облавы на мигрантов "показательными мероприятиями". По его словам, задерживают тех, кого не смогли защитить бизнесмены или чиновники, использующие труд мигрантов.
"Граждане Таджикистана составляют значительную часть рабочей силы в Дагестане. Это строители, это уборщики улиц, это сфера услуг. Поэтому их, скажем так, извлечение из рабочих процессов сильно сказывается", – подтвердил собеседник.
Задержанные во время контртеррористической операции в Махачкале и Каспийске работали на стройках кафельщиками, сообщил "Коммерсантъ". По данным издания, ходатайства об избрании меры пресечения для подозреваемых, скорее всего, будут рассмотрены в Басманном суде Москвы, который арестовал уже десятерых обвиняемых по делу теракте в "Крокусе".
- Ответственность за массовое убийство в "Крокусе" взяла на себя афганская ячейка группировки "Исламское государство". Кремль в марте был предупрежден об угрозе террористических атак, но в итоге российские власти использовали трагедию для бездоказательных обвинений в адрес Украины и Запада – там их категорически отвергли и заявили о провале российских спецслужб. По одной из версий, к этому могла привести имитация борьбы с терроризмом, в том числе на Северном Кавказе.
- О растущей угрозе со стороны афганской ячейки ИГИЛ, взявшей на себя ответственность за атаку в "Крокусе", осенью 2023 года заявляли в Антитеррористическом центре СНГ, штаб-квартира которого находится в Москве.
- Последние годы преследованиям по обвинениям в причастности к терроризму на Кавказе чаще всего подвергаются люди, которые уехали или якобы собирались уехать к боевикам, или переводили им деньги; в некоторых случаях ФСБ заявляет о предотвращении терактов. Кроме того, по обвинениям в причастности к ИГИЛ нередко судят тех, кто уже отбывает срок в колонии. Расследование таких дел проходит непрозрачно, из-за чего они могут быть сфабрикованы, указывали правозащитники.
- Один из самых известных осужденных по "террористической статье" в Дагестане – журналист Абдулмумин Гаджиев. Правозащитники считают его преследование политическим.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить