Игра с огнём

Кто сформировал у президента ошибочное представление, будто сообщение спецслужб США ничтожнее звонка хулигана

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ МИНКИНЫМ АЛЕКСАНДРОМ ВИКТОРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА МИНКИНА АЛЕКСАНДРА ВИКТОРОВИЧА

«Играть с огнём — действовать слишком рискованно; заниматься чем-либо сопряжённым с большой опасностью» (Толковый словарь).

С 22 марта прошло две недели, прошёл национальный траур, прошли похороны, прошло «9 дней», но теракт не закончен. Перефразируя известное выражение «Война не кончена, пока не похоронен последний солдат», можно сказать: теракт не кончен, пока мы не знаем точных ответов на важнейшие вопросы: кто заказчик? кто организатор? все ли убийцы пойманы? почему «Крокус» оказался беззащитным? Как сработала или не сработала система пожаротушения?..

Вопросов очень много. Один из них называется «Предупреждение».

В ночь с 7 на 8 марта появилась новость.

Посольство США в Москве предупредило своих граждан в России об угрозе терактов:

• «Посольство отслеживает сообщения о том, что у экстремистов есть планы атаковать большие собрания в Москве, включая концерты, и гражданам США следует рекомендовать избегать больших собраний в ближайшие 48 часов».

Новость эту можно было назвать сенсационной, но интерес к ней сразу остудили с самого верху.

Вот официальное сообщение:

• МОСКВА, 19 марта. /ТАСС/. Президент России Владимир Путин назвал откровенным шантажом используемые на Западе заявления о возможности терактов в РФ. На коллегии ФСБ глава государства напомнил «о недавних провокационных заявлениях ряда официальных западных структур о возможности терактов в России». «Все это напоминает откровенный шантаж и намерение запугать, дестабилизировать наше общество», — уверен Путин.

ФСБ — это именно та структура, которую в таких случаях стоило активизировать, а не расхолаживать. Президент назвал предупреждение провокацией и шантажом (то есть враньём) не на встрече с депутатами или артистами, а именно с теми, кто должен максимально серьёзно воспринимать сообщения об угрозе. Ведь даже на звонок дурака-хулигана о заминированной школе немедленно выезжает группа спецназа, школьников эвакуируют, собаки обнюхивают… Таковы правила. Вдруг это не хулиган? Вдруг правда?

Тем более, что на этот раз звонок был точно не от анонима.

Через три дня после коллегии ФСБ предупреждение, увы, оправдалось.

А 26 марта «Директор ФСБ Бортников раскрыл характер переданной США информации об угрозе теракта» — это заголовок сообщения ещё более официального агентства РФ.

МОСКВА, 26 марта — РИА Новости. Информация о подготовке теракта в России, переданная Вашингтоном, носила общий характер, спецслужбы РФ на нее реагировали, сообщил директор ФСБ Александр Бортников.

«Эта информация общий характер носила о подготовке террористических актов в местах массового скопления граждан. Мы реагировали на эту информацию и, конечно, принимали меры соответствующие для того, чтобы не допустить такого рода проявлений», — сказал он журналистам.

Отличие радикальное. Президент сказал о «провокации» — то есть назвал предупреждение ложью. А директор ФСБ сказал про «общий характер» — то есть американское предупреждение было правдой, но недостаточно точной: без конкретного времени и места.

Схожие формулировки применил директор Службы внешней разведки РФ Нарышкин. Он (цитируем ТАСС) «сообщил журналистам, что она (СВР) получила определенные сведения от американской стороны о возможных угрозах теракта в «Крокус сити холле», но информация была слишком общей».

Вот это — настоящая и крайне неприятная сенсация. Значит, и место было указано? Тогда как понять характеристику «слишком общая»?

Мы того американского сообщения, которое не посольство открыто опубликовало, а того, которое из спецслужб США поступило спецслужбам РФ, — не видели, была ли там конкретика — не знали и не знаем.

На этой стадии США и РФ могли бы опубликовать свою переписку (разумеется, без имён; только что, где, когда) — вот все и увидели бы, насколько общим или конкретным было сообщение. Но что оно не было провокацией, теперь совершенно ясно. Не ясно только, кто сформировал такое ошибочное представление у президента, что сообщение спецслужб США сочли более ничтожным, чем звонок хулигана.