Не важно, что православный…

В подмосковном Ногинске разрушили храм. Потому что он украинский

В подмосковном Ногинске — в преддверии Пасхи — власти разрушили единственный храм Православной церкви Украины. Удивляет не столько возрождение практик времен воинствующего атеизма, сколько то, что этот храм простоял до 2024 года.

«Новая» выяснила его историю и изучила личность настоятеля — митрополита Адриана (Старины), на котором более 30 лет держится «украинское присутствие» в Ногинске.

Сначала рабочие методично разбирали остатки иконостаса, сдирали со стен кивоты и деревянную обшивку, снимали с потолка массивные паникадила. Затем — демонтировали небольшой купол с крестом. В заключение дошли до стен храма — ковш экскаватора снес боковую, не тронув при этом алтарь и трехэтажную колокольню. Лишившись опорной стены, частично обвалилась кровля… По окончании работ отдельные фрагменты покидали в металлический контейнер, а часть оставили валяться во дворе.

11 апреля на улице Жарова, 18А, в подмосковном Ногинске «исполнили решение суда» 2016 года о демонтаже Свято-Троицкого храма Православной церкви Украины (ПЦУ) — единственного храма этой конфессии в «старых» границах РФ.

Снаружи этот храм — трехэтажный кирпичный коттедж, на религиозное назначение которого намекал лишь маленький купол с крестом над крыльцом (купол рабочие разобрали в первую очередь) и две иконы под куполом. Более 10 лет назад этот храм на своем частном участке построил митрополит Адриан (Старина) — тогда еще управлявший Днепропетровской епархией Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП). В 2018‒2019 гг. он поддержал вхождение Киевского патриархата в объединенную ПЦУ, которая получила Томос об автокефалии (полной церковной независимости) от Константинопольского патриархата.

После увольнения от управления Днепропетровской епархией он стал управляющим приходами ПЦУ на российских территориях, никогда не входивших в состав Украины. К 2024-му на них остался единственный храм ПЦУ — Троицкий в Ногинске. «Последней баррикадой украинского духа на московской земле» назвал эту церковь никопольский благочинный ПЦУ игумен Меркурий (Скороход).

Православие — «наше» и «вражеское»

«В соответствии с нормами законодательства, — заявили изданию «Подъем» в администрации Богородского городского округа Московской области, в состав которого входит Ногинск, — это не храм, а незаконное строение, самовольная постройка. На данном земельном участке собственник имел право возводить жилые, производственные, бытовые и иные здания в соответствии с целевым назначением участка… — не для религиозно-культовых мероприятий».

Если верить администрации, снос храм в духовно возрожденной России — обыденный сюжет: «Случаи, когда на своем земельном участке его владелец устраивает своего рода молельный дом, — не так уж редки. В таких случаях всегда должны быть законные основания и соответствие определенным требованиям. В частности, зона индивидуальной жилой застройки не предполагает размещение в ней культовых объектов».

Однако мне известен только один случай из новейшей истории России, когда бульдозерами и экскаваторами сносили православный храм — тоже «неправильной» канонической принадлежности. В июне 2015 года в Пензенской области с подчеркнутым вандализмом разрушили Михаило-Архангельский монастырь Истинно-православной церкви.

Обычно храмы, отбираемые у «альтернативных» юрисдикций, передаются РПЦ или просто оставляются на произвол судьбы — как, например, в Суздале после кампании 2008‒2009 гг. по изъятию церквей у Российской православной автономной церкви.

Еще до начала СВО «незалежна» ПЦУ была одним из дежурных объектов антиукраинской пропаганды в РФ. Патриарх Кирилл пошел на разрыв общения с Константинопольским и Александрийским патриархатами из-за признания ими ПЦУ, а министр Сергей Лавров официально называл ее «раскольнической».

Даже Путин в своем обращении от 21 февраля 2022 года упоминал о межцерковном конфликте в Украине как об одном из (как вскоре выяснилось) оснований для начала спецоперации. Российская пропаганда на третьем году СВО не отделяет ПЦУ от «киевского режима» в целом, наделяя ее прямо демоническими характеристиками. Патриарх в своей воскресной проповеди 31 марта пообещал от лица Бога «страшного наказания» всем священникам ПЦУ, назвав эту церковь «безблагодатным расколом» и «компанией ряженых».

Член Межсоборного присутствия РПЦ и обозреватель православно-патриотического канала «Царьград» Михаил Тюренков применил риторику своего святейшего шефа к кощунственному акту в отношении храма ПЦУ в Ногинск. Тюренков уподобил общину ПЦУ «секте, прославляющей гитлеровцев в Подмосковье в 1944 году». Деятельность зарегистрированной органами юстиции РФ местной религиозной организации «Приход Свято-Троицкого храма г. Ногинск» пропагандист назвал «камланиями укронацистской псевдоправославной секты», а настоятеля прихода обвинил в «тяжких уголовных преступлениях, хотя и формально не доказанных». Вообще российские СМИ, сообщавшие о сносе храма в 50 км от Москвы, не увидели в случившемся проблемы — «все по закону», так и должно быть на Руси православной.

Оскорбляя религиозные чувства служителей и прихожан ПЦУ, официальная пропаганда и РПЦ одновременно возмущаются «притеснениями верующих Московского патриархата на Украине». Хотя само присутствие этого патриархата в Украине сегодня вопрос неочевидный. Каждый случай перехода украинской общины из бывшей УПЦ Московского патриархата в ПЦУ трактуется в Москве как «вероломство» и «гонения».

По данным украинских властей, после 24 февраля 2022 года в ПЦУ перешло около 1600 украинских православных общин. Некоторые из этих переходов сопровождались эмоциональными спорами и даже драками, но ни одного случая разрушения храмов при этом зафиксировано не было. Храмы и монастыри в Украине сейчас разрушаются, но совсем по другой причине…

РПЦ на страже градостроительных норм

Решение суда о сносе Троицкого храма вступило в силу еще 3 октября 2016 года, когда соответствующий вердикт вынес суд второй инстанции — Московский областной. За считаные минуты он утвердил решение Ногинского городского суда от 23 июня того же года о признании храма «самовольной постройкой» и о сносе его в четырехмесячный срок за счет ответчика — митрополита Адриана. По словам которого,

незадолго до решающего заседания неизвестные напали на адвоката Татьяну Горюткину: в ее сторону несколько раз выстрелили, а затем прислали угрозы на ее телефон.

Истцом по делу выступала администрация Ногинского муниципального района, но реальным, хотя теневым инициатором процесса выступило в сентябре 2015 года Ногинское благочиние Московской епархии РПЦ, глава которого, протоиерей Михаил Ялов, обратился к главе администрации района В.Н. Лаптеву с призывом подать исковое заявление о сносе «еретического» храма.

Сначала администрация отказала: Лаптев направил протоиерею письмо, где в почтительных выражениях доказывал, что район не имеет полномочий запрещать строительство на участке, занятом храмом. Позже новый глава администрации района В.К. Рейтер посоветовал Адриану и его общине «внести изменения в градостроительную документацию» и согласовать размещение храма в зоне жилой застройки с министерством строительного комплекса Московской области, которое обладает соответствующими полномочиями. Затем на администрацию нажали из Москвы — и иск был подан.

Когда по российской традиции прихожане Троицкого храма обратились с письмом-прошением к Путину, они получили ответ от и.о. начальника главного управления социальных коммуникаций Московской области В.Н. Шуткина. Чиновник сосредоточился на «неканоничности» Украинской церкви, назвал ее таинства «недействительными» и наставил прихожан: «На расстоянии около 700 метров от мест Вашего проживания… расположен действующий православный [РПЦ] Тихвинский храм. Рекомендую Вам для совершения православных таинств посещать его или другие православные храмы».

Украинская культурная автономия, которая еще действовала в Москве, сумела привлечь к проблеме внимание украинских дипломатов и чиновников. Тогдашний спикер Верховной Рады Андрей Парубий сравнил решение Ногинского суда с практиками сталинских времен. В заявлении патриарха Киевского Филарета говорилось:

ЦИТАТА
«Митрополит Адриан вместе с общиной не раз обращался к местным властям с просьбой предоставить земельный участок для строительства храма, в чем им власти отказывали под разными надуманными предлогами. Тогда владыка приобрел для общины на свое имя, как частное лицо, участок, на котором построен дом с помещением, обустроенным и освященным как храм… Во время судебных заседаний выяснилось, что дом не нарушает архитектурных или санитарных норм, не создает каких-либо неудобств, а «жалобы соседей» поданы от имени несуществующих лиц. Но суды первой и второй инстанций не приняли во внимание эти обстоятельства».

Это чудо, что в течение почти восьми лет Адриану удавалось отсрочить исполнение решения суда. Он и его прихожане написали за это время сотни жалоб во все мыслимые и немыслимые российские и международные институции. По словам митрополита, все эти годы их пытались «взять измором» — повышали коммунальные платежи, накладывали штрафы, по городу расклеивали листовки о «бандеровско-нацистской секте», периодически приходили с обысками. Но община не распалась.

Наконец, 25 марта этого года замглавы администрации Богородского городского округа Московской области направил Адриану «Уведомление о сносе объекта». Снос назначили на 27 марта, но чиновники столкнулись с тихим саботажем рядовых рабочих-коммунальщиков, большинство из которых не хотело связываться с осквернением религиозного объекта — «чтобы чего не вышло». Как говорят прихожане, рабочих в спецовках с логотипом МБУ «Сфера» в итоге привезли из другого района.

Жизнь как гонение

Главный герой ногинской истории — 80-летний митрополит Адриан, в миру Валентин Егорович Старина, уроженец украинского Днепропетровска, кандидат богословия Московской духовной академии. Как любой религиозный деятель такого масштаба и такой эпохи, фигура противоречивая и эпическая, вызывающая споры и осуждение, гораздо реже — поддержку и сочувствие.

Он родился через полтора месяца после освобождения родного города от фашистских захватчиков, отслужил в советской армии и окончил музыкально-педагогическое училище в родном городе, а затем — Киевский пединститут по хоровой специальности. По благословению митрополита Киевского и Галицкого Филарета (Денисенко; ныне патриарх Киевского патриархата) пытался в 1974 году поступить в Московскую семинарию, где ему покровительствовал ректор, также украинец, Владимир (Сабодан; позже предстоятель УПЦ Московского патриархата, умер в 2014 г.). Но абитуриентам с высшим светским образованием доступ в семинарию тогда был практически закрыт, и несостоявшегося семинариста рукоположил епископ Смоленский и Вяземский Феодосий (Процюк).

30-летний о. Валентин Старина получил свой первый приход в селе Николо-Яровня, где успешно отреставрировал храм, стоявший полуразрушенным еще с войны. Став священником, поступил наконец на заочное отделение семинарии, одновременно преподавал там же, на регентском отделении. Окончив семинарию, перешел в Московскую епархию, служил в Коломне, под Каширой и в Железнодорожном. В 1987-м принял монашеский постриг, в 1988-м окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия за работу о церковном пении. К тому времени получил репутацию талантливого организатора реставрационно-строительных работ, поэтому в начале 1989 года стал настоятелем разрушенного Богоявленского собора Ногинска — храма, где начинал свой церковный путь тогдашний патриарх Пимен.

За быстрое восстановление собора и строительство вокруг него целого комплекса зданий, в которых разместились гимназия, лицей, здравпункт, библиотека, благотворительная столовая и подсобное хозяйство, был возведен в сан игумена, а потом и архимандрита. Стал депутатом Ногинского городского и Московского областного советов. Патриархия и епархия не выделяли средств на реставрацию, зато, видя успешный рост ногинского прихода, требовали отчисления 50% выручки в «общецерковный бюджет».

Осенью 1992 года, пока Адриан находился в зарубежной поездке, управляющий подмосковными приходами РПЦ митрополит Ювеналий уволил его со всех должностей, передав собор и обширное хозяйство своему приближенному — священнику Василию Извекову. Увольнение сопровождалось пиар-кампанией, в ходе которой Адриана обвиняли то ли в разворовывании средств, то ли в домогательствах к учащимся.

Но Адриан решил не сдаваться. В январе 1993-го вместе с приходом перешел в Суздальскую епархию Русской зарубежной церкви, где неожиданно оказался объектом внутрицерковной борьбы.

В конце того же года перешел в УПЦ Киевского патриархата, которую тогда возглавлял патриарх Владимир (Романюк) — диссидент и узник сталинских лагерей. 6 февраля 1994 года во Владимирском соборе Киева состоялась хиротония Адриана во епископа Днепропетровского и Запорожского УПЦ КП с правом управления российскими приходами.

Богоявленский собор Адриану удалось удерживать до сентября 1997 года, когда храм взял штурмом ОМОН, «вернув» его РПЦ. Адриан с клиром и паствой переместился в комплекс зданий на улице Советской Конституции в Ногинске, где ранее открыл семинарию и женский монастырь. Оттуда его вытеснили в 2014-м, после чего жизнь украинского прихода в Ногинске сконцентрировалась на частном участке на улице Жарова — последнем его пристанище. За это время иерарх был возведен в сан митрополита и даже получил от Виктора Ющенко орден «За заслуги» III степени.

…На территории РФ в границах 2013 года действовало несколько зарегистрированных приходов УПЦ Киевского патриархата — шесть в Белгородской области (в 2020 г. они покинули ПЦУ), по одному — в Москве, Ногинске и Кургане. Зарегистрировать приход в Петербурге не удалось, несмотря на все усилия инициативной группы.

На территориях Украины, которые теперь оказались присоединенными к России, имелись сложившиеся епархии Киевского патриархата — Луганская, Донецкая, Запорожская, Херсонская и Крымская. Например, в Крыму к марту 2014 года действовало 44 прихода Киевского патриархата, из которых к 2022 году уцелело только девять. После нескольких лет борьбы за права своей епархии, накануне СВО, полуостров был вынужден покинуть митрополит Климент (Кущ), и на сегодня достоверно неизвестно, остались ли в Крыму украинские приходы. Приходы Луганской и Донецкой епархий боролись за свое существование, пока «ДНР» и «ЛНР» декларировали свою независимость, но после включения регионов в состав РФ не смогли продолжить свою деятельность. Священники ПЦУ в подконтрольных РФ частях Запорожской и Херсонской областей подвергались арестам — кому-то из них удалось выбраться в Украину, судьба некоторых остается неизвестной.

Случившееся с храмом в Ногинске — показатель того, что идеологи СВО лишь поверхностно используют религиозные лозунги, на самом же деле никакой религиозной составляющей у всего этого нет. «Битва за православие», оплотом которого якобы является РФ, оборачивается разрушенными православными храмами — теперь уже и на территориях, весьма далеких от зоны боевых действий.

Связь с митрополитом Адрианом сейчас затруднена — он находится в соседнем с разрушенным храмом доме в довольно тяжелом состоянии. Несмотря на все испытания, выпавшие на его долю, он не покинул ни Россию, ни Ногинск,

и намерен, насколько это будет возможно, продолжать богослужения в своей столовой, где ежедневно получали горячие обеды малоимущие пенсионеры. За годы СВО ему удалось посетить родную Украину и митрополию своей ПЦУ — сложным и кружным путем. Но он вернулся служить в Россию, несмотря на все опасности…