[c n'est pas] Agence Nationale des Titres Sécurisés

[Klänge der Wassermusik von Händel]

Someone said once, if you know where to begin, start where the joke* waits:

"Und wenn strenge Monogamie der Gipfel aller Tugend ist, so gebührt die Palme dem Bandwurm, der in jedem seiner 50-200 Proglottiden oder Leibesabschnitte einen vollständigen weiblichen und männlichen Geschlechtsapparat besitzt und seine ganze Lebenszeit damit zubringt, in jedem dieser Abschnitte sich mit sich selbst zu begatten"

— and someone will never repeat this advice to no one, yet still:

Кто-то обязательно [кому-нибудь] при первой возможности [и невзначай] указывает на то, что неуважением ведь к самим [каким-то] себе есть это [наше] неуклонное смирение перед принудительно-добровольным образом5 жизни, каковой мы [старательно делаем вид, что не] ведём в [унизительно-относительно] закрытых границах стресс_публики.

Чего ради?

"Чегорадение" видимости можно слегка отодвинуть в сторону (так на поминках в сторону отодвигается тёплая бутылка водки, и при догорающих свечах свежепогрызенные ноготки впиваются в прохладную бутылку вина), а для настоящего рассмотрения взять сугубо "чегорадение" указания*; каковое продуцирует два измерения:

песочно-колбасное (Чего ради терпеть?)

стекло-табачное (Чего ради указывать?)

Ответы исторически детерминированы излишнестью, и при их расмотрении в патриотически-казуистических тонах конандойлевских этюдов, и в доброй компании корабликов папье-маше, под отголоски отстоловавшегося "Интернационала", прорезывающие толщу флегмы по ту сторону Бикини Боттом, нисходя на самое дно Индийского океана, усыпанное цветными осколками пуналуальных семей, циклопическими молодильными, ан перезревшими, яблочками, австралийскими огнеупорными неграми, немногословными нейтрино трансстоичных евнухов, благочестиво фабрикуемых на острове Хиос в Эти Блаженные Либерал-Социалистические Времена, ТОЩО5

Власть per se отражение массы [всенепременно критической]. Масса per se власть* — однако при этой формулировке критичность массы представляется растворимой и ароматизированной ирландскими сливками, собранными из-под бутц отблиставшего своё Робби Кина; критичность ассимилируема закономерностью преобладания её в отношениях с тем, чему ещё только предстоит стать массой (без учёта потенциала). Именно [человеческий] ресурс можно квалифицировать в качестве предшествующей стадии массы, безвластным её прототипом, анархией в кубе5, недовластием_как_недомыслием при столкновении с логикой использования одними, живо-разумными — других, разумно-живых. Главным правилом любого неприятия несправедливости и эксплуатации было и остаётся: ни в коем случае не прекращать эксплуатировать тех, кто всё ещё недостаточно ясно узрел неприемлемость эксплуатации per se!

(- Ма, я не слишком персекаю часто?

— Нет, дорогуша, самое то, самое то.

— Как-то часто вы стали самоетокать, маман.

— Ты что-то сказал, драгоценный мой?

— Ничего, мамуль, перлы!

— Как бы твои перлы после полуночи в бисер не превратились.

— Мам, я в наушниках!

— Ничего, милый, пиши, я пойду деньги сниму.

— Откуда?

— Не твоего ума дело, родненький, откуда мамочка деньги снимает!

— На антресоли же держит до сих пор.)

Любая женщина может прекратить войну, если только признает за собой исходное право на рассторжение затянувшегося (в межклеточной монолитности его) брака, для признания возможности чего не нужен был [мелкотравчатый, хоть и дерзновенный] Фридрих фон Бармен Энгельс — и одной Клитемнестры достало бы*. Широта кругозора и картографический масштаб, умозрительная неисчислимость, "свобода совести" даже, понимаемые под "любой" живой и здравомыслящей — становятся единственным [необоримым] препятствием для исполнения предначертанного [и напророченного]. Реализация универсальной внеисторической необходимости заключена в преодолении равно и обетованной возможности выбора и гетерического конфуцианства.

Проще [и бессвязней] говоря:

когда хочется, но кажется — потому и кажется, что хочется

.

Принципиальный недочёт в программном коде "Любой женщины-XXI" (и "Луны-25") — концентрация на (само)реализации от противного и вопреки; схождение с орбиты, инфантилизация вписаны в [постколониальную, а по сути ту же] "любую" систему отношений, подобно преступлению, наследующему закону, таковое призванному не предупреждать, но исполнять равноценные функции в [в здравом уме и твёрдой памяти разрабатываемом по долгу службы старателями юриспруденции] преступном мире, среди плодов ограниченных дисплеем фантазий ходячих триггеров общественного неповиновения.

Возвращаясь к нашим пуфикам5: не трудно понять [даже непокорному Вашему пьюсателю], что рядовому человеку с великим трудом даётся [парализующее в одних контекстах, канонизируемое в других] неверие. Речь, повторю, о человеке, а не о самодискредитировавшемся рядовом рядовом. Прежде чем углубиться в оставшиеся полтысячи знаков, важно провести различение аналогичное представленному выше:

недоверие (Чего ради верить?)

недоверие (Чего ради верить?)

— то бишь: в неверии центральным является посыл деятельный (неужели не попытается хоть кто-нибудь спорить с утверждением действенности испытуемой веры?!), в недоверии активное начало отсутствует*.

В одно и то же время, на одном и том же месте, из одного и того же тела глядя на один и тот же вид в одно и то же окно, покрываемое всё новыми словями песков_из_Сахары, можно себя считать верующим, при этом относясь недоверчиво к теории эволюции, технократии, сексуальному "раскрепощению" и наследующей гендерно-пищевой флюидности, филантропической порнографии и выводу опиумных войск из Афганистана. Надо помнить, что недоверчивое отношение и состояние [перманентного, увы, как тушь] недоверия столь же несоразмерны, как, скажем, пирожное с каннабиоидами из Kyiv (2024) и печенька (с чем-то полюбопытнее) в одной из серий [Капиталом же на свет произведённого, как и Dallas (1978), но таки с юморком поизысканнее] Atlanta (2016).

Both Kyiv and Atlanta are hyper2ealistic5.

Сложность неверия не отменяет её необходимости в практике социальной трансформации. Симптомы и признаки [всё ещё модных среди воображал-оппонентов] клаассовых несправедливости, эксплуатации не "исчезают", как это осмеливаются утверждать в протянувшемся [подобно сувенирным подвязкам] к одному апрельскому вечеру [освещаемому столичными огнями на горизонте] через 140 лет [комендантского беззакония] трактате, по достижении более совершенного общественного строя. Симптомы и признаки* либо стимулируются до предельного уровня напряжения с последующим вулканированием (после чего реинтегрируются ресурсы, "выпадающие в осадок") либо трансформируются поэтапно (по рисовому зёрнышку, что есть человек, как и 'тростник мыслящий') — оба процесса не столь трудоёмки, сколь длительны, не столь непредсказуемы, сколь неконтролируемы.

Предвкушение исчезновения равносильно убеждению, что неудобная идея лишается жизни вместе с телом, лишающимся головы. Каждый [и самый пробирочный] становится присяжным, свидетелем и [единственным_второстепенным] героем этой [не требующей ни заповеди, ни теории] притчи не только в течение жизни, за счёт самоотверженного выслюнявливания уголков страниц Общепитной Энциклобли — но в изумительном галактичностью влияния своего высвобождении из свеженьких младенческих пелёнок, с первым плевком, отправляющим всё Величие Сосательной Реликвии на постанатальную орбиту. "А на орбите, на орбите", как зудится в неизвестной мне наднародной просодии начала конца минувшего века, десятками тысяч лет пребывают, ожидая не чьего-то — собственного внеочередного пришествия, миллиардные флотилии подобных ей в Величии Сосательности инвестиций в "спасение" лишённой осмысленности державной независимости на этнических и национальных началах посреди и на самой окраине этой Обнадёживающе Поликультурной Планеты.

Людина — єдине явище, яке щезає безслідно

.

===

*Sophies Kleiner Deutscher Frühling, 1891

5"образ" як нагадування, органайзер своєчасності та спрямованності сприйняття, нарис шляху

*развенчания мифа, божественного откровения, исповеди экономического убийцы, раскрытия всех карт — выбор широк до неразличимости

5Тлумачення Обмежене Щирістю Оцінки

*дяденька Элиас, только, чур, не щекотаться!

5Plato Solids 2:6 Schläfli Symbas

*one doesn’t need a sign from angels to identify the petty demon in the mirror

5предпринимателям, учёным, философам, историкам и карловым марксам в одном лице

*стоит заметить, отсутствие в недоверии равно характерно и для скепсиса (до того как тот перерождается в сепсисе) — но отсутствие и того и другого не лишает недоверие конструктивности (!)

5или спекулятивны, елейной словесностью если — рафинированы

*за необхідності і для страдників посилаюсь на подружжя Грофів

[Klänge der letzten Kaffee Schlucke]