Оригинал материала
«А почему нас не обменять на кого-нибудь?»
Письма российских политзэков в редакцию «Новой газеты»
Фото: Сергей Фадеичев / ТАСС
В декабре 2023 года «Новая газета» в своей регулярной рассылке для политзаключенных отправила письмо Дмитрия Муратова*, в котором он задает важные вопросы о политике, жизни, вере.
Мы публикуем это письмо и ответы на него политзаключенных. Нам кажется, что это важные свидетельства о жизни в неволе. Писем пришло много, все они написаны от руки, и их расшифровка оказалась непростой задачей, поэтому мы смогли подготовить эту публикацию позже, чем рассчитывали изначально. К сожалению, некоторые ответы наших собеседников о выборах российского президента несколько устарели, однако они весьма показательны даже постфактум. Мы понимаем, что наши друзья по переписке писали нам, не имея возможности редактировать свои письма, переписывать или дописывать их. Поэтому мы провели минимальное редактирование писем, для того чтобы читателям стал более понятен их смысл. Часть написанного мы вынуждены скрыть по цензурным соображениям — чтобы не усугубить положение авторов. Смайлики, нарисованные заключенными от руки, а также некоторые знаки, имеющие семантический смысл в письменной речи, но отсутствующие на клавиатуре компьютера, мы заменили на наиболее подходящие по смыслу слова или пунктуацию.
«Лисе неизвестна траектория зайца»
Письмо Дмитрия Муратова политзаключенным
«Добрый день, дорогие товарищи в неволе!
Извините, письмо без всяких «Вы там держитесь!». Мы тут верим, что вы — держитесь. Поэтому тон, считайте, деловой. Накопились вопросы.
Недавно, 13–15 декабря, мы завершили Telegram-опрос. 64% пользователей Telegram на нашем канале проголосовали за то, что «СВО надо прекратить. Нужен мир». Только 34% — за то, что «СВО надо продолжить, нужна победа».
Интересно, что наши инженеры среди 34%, голосовавших за продолжение СВО, обнаружили 50% ботов. То есть голоса распределились так:
64% — прекратить;
17% — продолжить.
Выходит, по этому опросу, что никакого большинства, от имени которого нам что-то говорит телевизор, нет! А там, где вы сейчас, какое настроение? Многие ли готовы обменять срок на контракт?
Мы заручились поддержкой и постараемся сделать доступными в СИЗО и в зонах электронные книги. Понятно, планшеты должны быть без выхода в Интернет, и вряд ли ФСИН пропустит какие-то современные книги о наших днях, тем более если авторы — «иноагенты».
Но мне очень нужны ваши рекомендации. Напишите 10 названий книг, которые точно надо закачать в планшет. И книги, которые вы прочитали за последнее время и которые произвели на вас сильное впечатление. Можете даже пояснить, если есть возможность, чем они вас задели. Мы очень внимательно изучим ваши рекомендации — для читателей «Новой» и для электронного сборника (планшета).
Очень хочется издать еще одну книжку: с рассказами о современных судебных процессах, в том числе ваших, конечно. И напечатать отрывки из последних слов подсудимых и выступлений в прениях адвокатов. Что скажете? Буду считать ваши предложения коллективным предисловием. Все ваши письма в ответ на мое письмо будут в редакции внимательно изучены, и мы постараемся выполнить ваши просьбы, чего бы они ни касались.
Я отлично понимаю, что письма — мое и ваши — подцензурны. И точно не хочу неприятностей для вас. Но если вы найдете деликатную возможность рассказать, как вы оцениваете предстоящие выборы президента России в 2024 году, мы тут сделаем свои выводы. И поймем, эта тема вообще интересна или, как кто-то заметил, «Родину и президента мы не выбираем».
Про религию. Извините, если влезаю во что-то личное. Можно, естественно, не отвечать. Мы замечаем, что идея жизни за Родину сменилась идеей смерти за Родину. Помогают ли вам религии сейчас? Различаете ли вы в своем нынешнем положении церковь и Бога? Как вы посмотрите на то, если священники, изгнанные за молитвы о мире, начнут проповедовать вне храмов?
Какие люди и книги, поступки, слова и сюжеты, песни, воспоминания и образы вас поддерживают в самые мрачные минуты? Мы постараемся об этом писать, мы попробуем об этом снимать кино. Нам важно, что чувствуете именно вы. Мы хотим полезно со-чувствовать с вами.
Напоследок.
Профессор Аузан недавно заметил, что искусственный интеллект отличается от человеческого только одним: ИИ не несет ответственности за то, что сделал!..
Он добавил, что ИИ — это «левое полушарие» (анализ, расчет, логика). А прорывы, талант, эмпатия — это правое полушарие. Пример он привел из лекции своего коллеги. Почему лисы не съели всех зайцев? Потому что лисе неизвестна траектория зайца — по той причине, что и сам заяц ее не знает. Он действует по таланту, интуиции, прозрению.
Будем надеяться на это и друг на друга. Жму руки.
Ваш Д.М.».
ПИСЬМО
«Главные выборы превращены в балаган»
Неустроев Василий Петрович 1995 г.р.
Студент Герценовского университета, преподаватель латыни, член партии «Яблоко». Фигурант дела «Весны». Обвиняется по ст. 207.3 ч. 2 пп. «б» и «д» (военные «фейки» группой лиц по мотивам политической ненависти), ст. 212 ч. 1.1 (склонение к массовым беспорядкам), ст. 239 ч. 2 (создание организации, побуждающей к отказу от исполнения гражданских обязанностей или к иным противоправным деяниям), ст. 280.4 ч. 3 (призывы к деятельности против безопасности государства), ст. 282.1 ч. 1 (создание экстремистского сообщества), ст. 354.1 ч. 4 УК РФ (распространение негативных сведений о днях воинской славы и памятных датах). Лишен свободы 6 июня 2023 года.
Находится в ФКУ СИЗО-7 УФСИН России по г. Москве.
«Обменять срок на контракт, по моим наблюдениям, готовы далеко не все. В основном об этом заявляют люди, которым грозит реально долгий срок, или те, кто и в обычной жизни отличается явным отсутствием терпения.
Про книги.
А. и Б. Стругацкие. «Трудно быть Богом», «Обитаемый остров», «Пикник на обочине», «Хромая судьба», «Понедельник начинается в субботу», «Сказка о Тройке».
В. Франкл. «Скажи жизни «Да!». Эту книгу очень рекомендуют психологи, она помогает обрести бодрость духа в сложных обстоятельствах.
А.С. Пушкин. «Евгений Онегин». Неоригинально, но надо.
Э.М. Ремарк. По большому счету — любая.
С.Д. Довлатов. Можно всё, включая «Зону». Но если выбирать, то «Заповедник», «Компромисс» и «Чемодан».
Булгаков. Всё, в том числе «Мастер и Маргарита», «Морфий», «Записки юного врача», «Собачье сердце».
И. Бродский. Стихи.
Б. Акунин*. Уж не знаю, допустят ли его теперь, но его цикл романов об Эрасте Фандорине очень популярен в СИЗО, где я сижу. Да и мне тоже нравится.
И. Ильф и Е. Петров. «12 стульев», «Золотой теленок».
Я бы еще посоветовал Вудхауза и Джерома Джерома, но там все же специфический английский юмор.
Сам же я недавно прочел книгу Аджемоглу и Робинсона «Почему одни страны богатые, а другие бедные». И хотя она посвящена экономике, там почти все — разбор примеров из мировой истории. Очень интересно. Также прочел Г.Г. Маркеса «Осень патриарха» и «Сто лет одиночества». Тяжело, но интересно и очень точно про власть. Бунин. «Окаянные дни». И еще читал давно, но тоже рекомендую, чтобы разбавить художественную литературу: М.Л. Гаспаров. «Занимательная Греция» и «Капитолийская волчица». Про Древнюю Грецию и Древний Рим.
Про книгу о судебных процессах. Я думаю, эта книга, будучи изданной, могла бы стать хорошей характеристикой нашего времени. И могла бы сохранить память об этих делах для следующих поколений. Думаю, это важная и полезная идея. Надеюсь, у вас все получится.
Про выборы. Как можно оценивать авторитарные выборы? Самое главное свойство авторитарных выборов — оппозиция их выиграть не может. В этом плане грядущие президентские выборы в РФ — отличный пример для учебника политологии, разве что очень скучный. Еще важно, что эти выборы не будут признаны половиной мира как легитимные, потому что они будут проводиться в том числе и на * территориях. Это, пожалуй, самое важное. Я же с 2016 года являюсь членом избирательных комиссий, довольно много наблюдал на разных выборах. И для меня эти выборы — большая трагедия и очередной шаг к выхолащиванию избирательной системы. Я воспринимаю это довольно близко к сердцу — что в моей стране самые главные выборы превращены в балаган, что народ, то есть электорат, администрация президента почитает за идиотов, что именно АП, а не ЦИК фактически регулирует ход кампании. Все это мерзко. Но это совершенно не уникально в мировой истории. Это обычные выборы в условиях авторитарного режима. Следить я за ними, конечно, слежу, но все это весьма скучно. Тем не менее считаю, что освещать эту тему нужно».
ПИСЬМО
«Я не верю в чудеса, но верю в добрые поступки»
Иванов Дмитрий Александрович 1999 г.р.
Программист, студент МГУ. Осужден на 8,6 года в колонии общего режима по ст. 207.3 ч. 2 п. «д» (военные «фейки»). Лишен свободы 28 апреля 2022 года.
Отбывает срок в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Тамбовской области
«Позапрошлой весной, когда я попал за решетку, а до выборов оставалось два года, на них еще были какие-то надежды. Но чем ближе назначенная дата, тем крепче уверенность, что переназначение пройдет без сюрпризов. Альтернативными кандидатами будут невзрачные статисты, Путин триумфально обновит свой рекорд (не удивлюсь, если наберет больше 80%).
Я вырос в нерелигиозной семье, всегда был агностиком, так что за процессами, происходящими в церкви, наблюдаю со стороны и вижу их частью общего роста напряженности в обществе или, если хотите, напряженности в отношениях между властью и обществом. Патриарх называет уехавших грешниками и призывает их просить прощения и каяться, священников запрещают в служении за молитвы о мире, а тех, кого РПЦ считает сектантами, и вовсе сажают в тюрьмы как экстремистов.
Я знаю многих очень честных и порядочных священников, которые и словом, и делом помогают людям в этой катастрофе, случившейся с нами. Отец <Григорий> Михнов-Войтенко приехал из Санкт-Петербурга, чтобы выступить в мою защиту в суде, а его община оказывает помощь беженцам из зоны боевых действий. Но лично для меня это история не про Бога, а про людей. Я не верю в чудеса, но верю в добрые поступки, которые делают люди, и во многом именно эта вера в людей дает мне силы и уверенность в позитивном исходе».
ПИСЬМО
«Могу быть их голосом»
Смирнова Ольга Борисовна 1968 г.р.
Архитектор, художник, гражданская активистка, участница движения «Мирное сопротивление».
Приговорена к 6 годам лишения свободы в колонии общего режима по ст. 207.3 ч. 2 УК РФ (военные «фейки»). В неволе с 5 мая 2022 года.
Находится в ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
«По настроениям «спецконтингента» сложно делать выводы о состоянии общества, но могу сказать, что в 2022 году, по моим наблюдениям, пропорции тех, кто активно «Zа», пассивно против и совершенно нейтрален, совпадали по обе стороны тюремной решетки. Первые две категории составляли меньшинство (примерно 10%), а убежденные пофигисты «вне политики» доминировали. После урожайного на доносы минувшего года здесь предпочитают не говорить на темы, связанные с , хотя возможность «обменять срок на контракт» обсуждается.
Читаю я в СИЗО мало. Не хватает времени. Больше пишу. Сейчас в основном письма, но пока шли суды, прописывала тексты своих выступлений и позицию по делу. Из сильных впечатлений прошлого года — «Осень патриарха» Маркеса и мемуары Д.С. Лихачева. Попалась на глаза не читанная ранее книга о. Александра Меня «Любить Бога — любить человека» (возможно, название я не точно воспроизвела). Думаю, что все книги этих авторов можно спокойно внести в набор для электронных книг политзаключеннных. Увлеклась я в последние месяцы и Стругацкими. Здесь в библиотеке нашлись «Обитаемый остров», «Хищные вещи века», «Хромая судьба», «Град обреченный». Последняя книга произвела наиболее сильное впечатление, оставив ощущение сбывшегося пророчества. Да, так не писали даже «в стол» в 60-х. Полагаю, что все поздние романы Стругацких тоже стоило бы включить в электронные книги. Из современной иностранной литературы — Фредерик Бакман. Прочла «Тревожные люди». Понравилась какая-то особая светлая ирония этого автора. Ну а остальное я здесь перечитывала: русская классика из старой школьной программы, Оруэлл. Бориса Акунина успела перечитать до запрета на него. Оруэлла, полагаю, не запретят.
Выборы, на мой взгляд, украдены у нас более 10 лет назад — любые, не только президентские. Вернуть их можно было, продолжив заявлять требования протестов 2011–2012 годов в любом формате, когда массовый протест исчерпал свой потенциал. Но для этого не хватило выдержки. Оппозиция пошла на уступку и продолжила участие в «постановочных боях», оправдывая это просветительскими целями. И на тот момент это было роковой ошибкой, так как гражданские права и свободы еще не были полностью упразднены, у нас были возможности навязать свою повестку власти и без этих «боев». А вот сейчас их нет. Кроме судебной трибуны, для критики власти, возможно, осталась лишь та, которая обеспечивается «игрой в выборы». И если кто-то, отлично понимая, что это игра, опасная игра, рискнет заявить свою кандидатуру и озвучит антивоенные требования в качестве основы своей программы, это будет достойная освещения тема.
Про религию. Сразу замечу, что мне проще, так как я избавлена от внутреннего конфликта между личным выбором и принадлежностью к церкви. Я католичка. Ватикан не вписывался в оправдание . А вот своим православным единомышленникам я искренне сочувствую. С некоторыми из них я знакома лично, с другими познакомилась по переписке в СИЗО. Эти люди, без преувеличения, живут в условиях ежедневной моральной пытки из-за не имеющей никаких оправданий с позиции христианской этики бурной деятельности иерархов РПЦ по втягиванию страны в . И то самое чувство сопричастности, которое и может дать церковная жизнь, становится для совестливых и глубоко верующих противников , не занимающихся самообманом, недоступным. Потому если отстраненные от церковного служения за осуждение каинова греха православные священники начнут не только проповедовать, но и служить за пределами церковных стен, это будет доброе и достойное дело. Они многих от этой пытки избавят.
Уже во времена нашей с мужем работы на Валааме с 1996 по 2000 год я видела зарождение опасной тенденции, которая в следующие десятилетия оформилась в теорию «особой духовности» и обоснование самого грубого шовинизма. Но я не придавала этому значения, считая «болезнью роста», которая пройдет сама. В марте 2022-го я уже ни на что не надеялась, а в апреле стояла с плакатом, где на одной половине были фотографии разрушений в украинских храмах, пострадавших от обстрелов, а на другой — вопрос, не оскорбляет ли это «чувства верующих» или их могут «оскорбить» лишь фотографии голых ягодиц. К слову, суд по административному правонарушению в виде все той же «дискредитации ВС РФ» завершился в августе 2022 года, когда я уже была в СИЗО. И в этом апрельском пикете судья Всеволожского райсуда Воинова не усмотрела состава административного правонарушения и вынесла оправдательное решение.
Это тоже к вопросу «что поддерживает?» (кроме уверенности в своей правоте). Вот такие неожиданные отклики, даже носящие порой чисто символический характер. Они напоминают мне, что я не имею понятия, о чем молчат замолчавшие и как они себя поведут, если у них будет выбор, не связанный с предельными рисками.
Я чувствую себя представителем тех, кто хотел бы сказать то же самое, но по объективным причинам не мог это сделать. И впервые я это ощутила 24 августа 2014 года. В этот день на Невском проспекте проходила акция, посвященная Дню независимости Украины: цепочка одиночных пикетов вдоль всего Невского через 50 метров друг от друга. Я чувствовала себя, мягко говоря, неуверенно, особенно когда начались нападения на пикетчиков бригады провокаторов. И тут около меня появился подросток 14 лет с рекламными проспектами. Он сказал, что бабушка его очень расстроилась из-за невозможности прийти — у нее отнялись ноги из-за осложнения хронического заболевания. Вот тут я и почувствовала неизвестную прежде радость оттого, что я могу быть вместо этого подростка, вместо его бабушки, могу быть их голосом».
Подготовила Ольга Алленова