Дети участвуют в 9 мая и парадах: почему это плохо

Как в детсадах и школах готовят детей к 9 мая и почему родители против этого

Анастасия*

Мой сын учится в общеобразовательной школе. Там в преддверии 9 мая детей заставляют петь патриотические песни на уроках математики – для этого учительница отнимает несколько минут от занятия. Я сразу вспоминаю фразу из «Собачьего сердца»: «Если я, вместо того чтобы оперировать, каждый вечер начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет разруха!»

На прошлое 9 мая родители собирали деньги на пилотки и георгиевские ленточки, чтобы нарядить в них детей на праздничной линейке. Мне это не понравилось, я еле сдержалась, чтобы не возмутиться в родительском чате, но решила просто выйти оттуда. Тогда же моего сына с одноклассниками заставили разыгрывать сценку, как они приходят в военкомат, чтобы записаться на военную службу. Я до сих пор не понимаю, почему учитель выбрал именно такой сюжет.

Несколько лет назад сына уже хотели одеть в военную форму – это было в детском саду. Но я привела его на утренник в обычной одежде. В итоге только половина детей была в форме. Я не понимаю, зачем родители так наряжают своих детей. Какое отношение их дети имеют к Великой Отечественной войне?

Но если раньше, когда сын ходил в садик, я могла высказать свое мнение прямо, то после 2022 года уже боюсь сопротивляться. Вдруг учителя и руководство школы будут относиться к нашей семье с предубеждением? Ведь теперь, если ты против этих нарядов, ты враг народа. Если сын не в форме – значит, мы против политики страны, а против быть нельзя.

Периодически сын пропускает уроки, на которых дети поют патриотические песни. Конечно, классная руководительница уже обратила на это внимание и периодически интересуется, что происходит. Обычно мы придумываем, что его не было по каким-то семейным обстоятельствам. По каким именно – ее касаться не должно. Дома стараемся разговаривать с сыном о происходящем в школе. Он и сам скептически относится к провоенным мероприятиям.

Меня коробит от вида детей в военной форме. Родители наряжают их ради реакции окружающих? Это какой-то маскарад – и ради чего? Чтобы показать, что ты помнишь войну и гордишься победой? Но это же можно показать другими способами. Моя бабушка участвовала в войне – мы помним ее всегда, а не только 9 мая.

Я считаю, что День Победы должен стать менее военизированным днем. В нем должно быть больше мирной атрибутики – цветов, например. Но государственная политика направлена на милитаризацию этого дня – постоянное клацанье оружием. Раньше говорили «Лишь бы не было войны», а теперь уже и этого нет. Из-за такого военного ажиотажа мы даже праздновать этот день не хотим.

Сергей*

Сын однажды пришел из садика и сказал мне: «Пап, как только всех наших военных убьют, мы пойдем воевать?» Оказалось, воспитательница опрашивала ребят, кто из них пойдет защищать девочек на фронте. Я попросил заведующую избавиться от милитаристской риторики – кажется, она отнеслась к этому с пониманием.

Но на одном из утренников детей все-таки нарядили в военную форму. Я не смог противостоять этому, потому что бывшая жена, с которой мы воспитываем сына, была не против. Я просил не приводить ребенка в садик в этот день и предлагал альтернативы: например, сводить его с друзьями в парк развлечений. Но бывшая жена отказалась.

Не понимаю, зачем одевать детей в форму. Что они хотят передать ребенку, наряжая его? Только чувство героизма, но оно ложное: герои нужны там, где не хватает профессионалов.

Я боюсь с сыном обсуждать эту тему откровенно и открыто, но стараюсь прививать ему гуманизм и понимание ценности человеческой жизни. Порой очень трудно подбирать слова, чтобы объяснить ребенку, что белое – это белое.

Когда я думаю о Дне Победы, я вспоминаю свою бабушку – участницу войны. Она рассказывала о диком страхе в моменты, когда фашисты сбрасывали бомбы. И я считаю, что 9 мая нужно рассказывать об этом и скорбеть. Нужно задаваться вопросами о войне, размышлять и анализировать, какой ценой далась победа, как тяжело потомбыло стране и людям.

Ольга*

Когда мой старший сын ходил в детский сад, его хотели нарядить в военную форму на утренник в преддверии 9 мая. Тогда мальчиков делили на группы: летчики, танкисты и стрелки. Как раз перед Днем Победы сын заболел, поэтому ни в подготовке, ни в самом утреннике не участвовал – нам в этом плане повезло. Со временем мы стали намеренно пропускать такие мероприятия.

В форме, касках ходили реальные люди, это не было чем-то крутым – это было страшно. В этой одежде люди погибали, поэтому желание надеть ее на ребенка – просто ненормальное.

Периодически объясняю сыновьям, что они не обязаны участвовать в провоенных мероприятиях или фотографироваться в целях «поддержки военных». Я стараюсь рассказывать детям, что человеческая жизнь важнее всего. Недавно сын сказал: «Мама, ты знаешь, что самое дорогое – это жизнь, а не деньги или что-то еще?» Для меня немыслимо, что школы и детсады пропагандируют детям смерть на войне как норму.

Пока не сильно беспокоюсь об отношениях с учителями из-за своей позиции – кажется, они нейтрально настроены. Родители других учеников тоже не осуждают меня за взгляды, но мне не хватает поддержки и единомышленников среди них. Я боюсь бороться с военизацией в одиночку.

Раньше наша семья проводила 9 мая у прадедушки. Никогда не видели, чтобы он пел военные песни. Он даже говорить о войне не хотел – обычно мы просто пили чай вместе. Прадедушки уже нет в живых – теперь на 9 мая мы вспоминаем его, приносим цветы на могилу. Мне кажется, правильнее всего этот день проводить с бабушками и дедушками, которых коснулись военные действия, и объяснять детям, что война – это бесчеловечно.

Можно ли отказаться от военных мероприятиях

Юрист по семейным делам и образовательному праву, основательница компании «Мамино право» Анастасия Попова говорит, что праздники и концерты обычно не входят в образовательную программу. Эта программа регулирует проведение уроков и внеурочной деятельности. Соответственно, все, что в ней не прописано, посещать необязательно. Тот же принцип действует и в детских садах: только родители решают, будет ли ребенок приходить на утренники, праздники и прочие мероприятия.

Чтобы убедиться, что мероприятие не входит в образовательную программу, юрист рекомендует найти ее на сайте учреждения или запросить у администрации, написать заявление на имя руководителя или завуча по учебной части: «Прошу предоставить возможность ознакомиться с образовательной программой такого-то класса такой-то школы».

Если мероприятий в программе нет, их можно пропускать – просто не приводить ребенка. Никаких заявлений для этого писать не нужно, и сотрудники школы не имеют права применять санкции или ставить оценки за пропуск.

«Конечно, на вас могут морально давить и осуждающе комментировать отсутствие ребенка. Главное помнить: осуждение – это максимум, что руководство школы может себе позволить в отношении вас», – подчеркивает Анастасия Попова.

Что делать, когда ребенка принуждают к милитаризму

Подростковый психолог Марина Новицкая рекомендует обговорить с ребенком, почему вы против его присутствия на милитаристском празднике, и договориться с ним о неучастии. Не стоит пытаться ему запрещать или вызывать в нем чувство вины, также не нужно использовать фразы: «Я сказал нет, потому что нет», «Мы не идем, потому что там одни дураки, а мы не дураки». Оптимальная фраза – «Мы не идем, потому что…» с адекватным аргументом, без перехода на личности. Психологическое давление сделает только хуже – у ребенка возникнет недоверие к родителям, непонимание и неприятие запретов. Следовательно, начнут рушиться детско-родительские отношения.

Родители, которым пришлось отвести ребенка на праздник, должны постараться объяснить ему свою антимилитаристскую позицию, сказать: «Я с этим не согласен, потому что… Я считаю верным вот это и вот это». Главное – вести диалог с ребенком и быть готовым обсуждать с ним происходящее, интересоваться его мнением и транслировать свое с помощью логических доводов. При этом у ребенка тоже может быть своя обоснованная позиция – нужно уметь принимать ее. Но все же не бояться доносить до него свое мнение, так как до 14-16 лет именно родители формируют ценности ребенка, считает Новицкая.

Если все же родители отказались, чтобы их ребенок участвовал в провоенном празднике, крайне важно объяснить ему их поступок. Существуют опасения, что ребенок может стать «белой вороной», если не надел военную форму, как все одноклассники, или вообще не пошел на мероприятие. Марина Новицкая отмечает, что отношения в коллективе обычно не зависят от таких факторов, если они адекватные изначально.

Также на отношения со сверстниками влияет внутренняя уверенность ребенка в себе: если ее нет, то он будет нуждаться в социальном одобрении и воспринимать свое отличие от других болезненно. Чтобы ребенок был уверен в себе, он должен расти в здоровом семейном климате, где к его мыслям и идеям прислушиваются, а не общаются с ним только с позиции «Я взрослый – а ты ребенок, ты глупый, я лучше знаю, что тебе надо, не спорь с матерью». Благодаря таким факторам у детей развивается критическое мышление – оно позволяет им не реагировать слишком остро на возможную критику извне, говорит Марина Новицкая.

Если в школе ребенку навязывают провоенные ценности, а дома транслируют противоположные, у него в голове может возникнуть диссонанс. Психолог подчеркивает, что родители – это обычно более значимые фигуры для ребенка, нежели учителя, поэтому их позиция ему ближе. Закономерно, что он будет придерживаться именно ее.

Стоит обсудить с ребенком, что у педагогов в школе могут быть другие взгляды на мир по разным причинам. «Лучше не вдаваться в размышления о том, что учитель не прав и думает какую-то чушь. Просто объяснить, что у людей может быть разное мнение, и сказать: “Ты можешь так, как он, не считать – и это не плохо”», – говорит Марина Новицкая. Важно донести до детей, что их учитель не врет, а всего лишь имеет другое мнение. Можно сделать это на примере: «Ты, моя дочь, считаешь, что синие и зеленые волосы – это очень уместно, а мне вот нравится стрижка каре и не ирокез, а ровные красивые волосы твоего натурального цвета. Но разные мнения не означают, что кто-то врет друг другу».

Также немаловажно донести до ребенка, что профессиональные компетенции педагога могут не всегда соотноситься с его мнением. Детям необходимо понимать это, чтобы продолжать успешно учиться. «Если условная Мария Петровна, учительница литературы, считает, что насилие в определенных случаях – это хорошо, а ребенок так не считает, это вовсе не означает, что она плохой учитель литературы», – отмечает психолог.

Некоторые дети могут иногда соглашаться с мнением учителей и вставать в оппозицию к родителям. В таком случае, по словам Марины Новицкой, дело совсем не в педагогах, а в том, что в семье вряд ли сложились доверительные отношения. Нужно пытаться наладить взаимодействие с ребенком, чтобы он в первую очередь ориентировался на мнение родителей при формировании своего мировоззрения.

*Имена героев материала изменены по их просьбе