Оригинал материала
Кошачий десант
На острове в Южной Азии сломали пищевую цепочку. Чтобы все исправить, с самолета сбросили 23 кошки
В 1950-х Всемирная организация здравоохранения распылила на острове Борнео яд от насекомых, чтобы остановить малярию. Это помогло избавиться от комаров, которые переносили болезни, но на острове началось нашествие грызунов. Тогда ВОЗ решили сбросить на остров необычный «десант» — кошек- и котов-парашютистов. «Холод» рассказывает, к чему это привело.
Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.
В 1945 году на конференции в Сан-Франциско представители 50 стран основали ООН — организацию, которая должна была не допустить новой мировой войны и обеспечить мир и безопасность на Земле. В тот же день они обсуждали и другую инициативу — создание международной организации, которая бы отвечала за здравоохранение. Через три года появилась ВОЗ — Всемирная организация здравоохранения.
Одной из целей ВОЗ провозгласила «искоренение малярии во всем мире». Человечество боролось с ней уже несколько сотен лет. Только в XX веке от малярии погибли около 300 миллионов человек — больше чем из-за Первой и Второй мировых войн вместе взятых.
Яд в каждый дом
В 1955 году ВОЗ запустила Глобальную программу ликвидации малярии (GMEP). Главные переносчики малярии — комары. Чтобы избавиться от них, ВОЗ решила использовать химическое соединение, открытое в 1939 году — дихлордифенилтрихлорэтан (ДДТ). Средство стало популярным после того, как во времена Второй мировой войны обнаружили его эффективность против паразитов, тем самым остановив тиф, малярию и чуму среди солдат. После войны ДДТ стали продавать в США — в рекламе улыбающиеся домохозяйки распыляли «чудесное» средство дома, чтобы избавиться от вредителей.
Программу ВОЗ использовали в Европе, Южной Америке, Азии, некоторых регионах Африки, а также на островах Тихого океана. Пестицид распыляли с неба и на стены внутри домов.
Комаров действительно стало меньше: они умирали от контактов с обработанной химикатом поверхностями. Однако проявились и другие последствия. Например, в Малайзии местные жители пожаловались на разрушение соломенных крыш своих домов после обработки. В ходе расследования ВОЗ обнаружила, что к ДДТ оказались восприимчивы не только комары, но и осы, которые убивают личинок моли, живущих в крышах. При этом личинки смогли выжить, увеличив популяцию настолько, что крыша переставала выдерживать и это приводило к обрушению. Вскоре проявилась и другая проблема — нашествие крыс. Из-за распыления ДДТ погибли естественные враги грызунов — кошки.
Гибель кошек после обработки домов зафиксировали сразу в нескольких регионах: они слизывали пестицид с лап и шерсти, после чего, по словам местных жителей, «тряслись и через несколько дней умирали». В статье Time 1977 года говорилось, что дезинфекторов в Мексике называют los matagatos — «кошачьи убийцы». По рассказу одной семьи, они обработали участок ДДТ, а через некоторое время увидели своего кота в тяжелом состоянии. Животное двигалось так, будто каждый шаг причинял ему боль, глаза были налиты кровью, а у рта была пена.
В Боливии гибель кошек привела к распространению геморрагической лихорадки — группы вирусных заболеваний, поражающих сосуды и почки, которые переносят грызуны (иногда ее называют «мышиной лихорадкой»).
Операция «Кошачий десант»
Борнео — остров в Южной Азии, один из самых больших в мире — тоже столкнулся с нашествием грызунов. Представители малого народа келабит, проживающего в высокогорье на северо-западе острова, пожаловались, что расплодившиеся полевые крысы уничтожают посевы. Чтобы избежать вспышек чумы, тифа и сохранить посевы, ВОЗ объявили о поиске 30 кошек.
На запрос ответили жители Кучинга, одного из крупнейших городов на острове, который, по одной из версий, [назвали](https://biblioasia.nlb.gov.sg/history/2024/4/cats-rats-parachute-malaya/#:~:text=Kuching%20(which%20means%20%E2%80%98cat%E2%80%99%20in%20Malay%20and%20is%20also%20known%20as%20the%20City%20of%20Cats) «городом кошек» (kucing — «кошка» по-малайски). Для ловли кошек задействовали пожарную бригаду. Путешественник Том Харрисон, который, по его словам, участвовал в поимке, писал, что для операции ВОЗ смогли найти 23 кошки разных возрастов и с разными характерами.
Доставить животных было нелегкой задачей. Келабиты жили изолированно в высокогорной местности, где было сложно посадить самолет. Тогда ВОЗ решились на операцию «Кошачий десант» (Cat drop). Британские Королевские военно-воздушные силы (большая часть острова была колонией Великобритании) сделали пять тестовых полетов, чтобы убедиться, что это безопасно. В марте 1960 года кошек из Кучинга погрузили на борт самолета B-101 Beverley. Когда самолет добрался до места назначения, животных посадили в плетеные корзины с парашютами и по одному сбросили вниз с высоты 120 метров. Операция заняла около часа, снизу за медленно опускающимися корзинами наблюдали келабиты.
В газетах это событие назвали «кошачьим дождем». Вместе с животными келабитам сбросили больше трех тонн припасов. Через несколько недель после операции келабиты сообщили, что количество грызунов уменьшилось, и передали жителям Кучинга сообщение: «Спасибо за кошек, больше никаких проблем с крысами и мышами».
«ДДТ разрушает мою жизнь»
Биолог Рэйчел Карсон в книге «Тихая весна», опубликованной через два года после «кошачьего десанта» в Борнео, впервые предположила, что ДДТ опасен не только при прямом проглатывании: «Одной из самых зловещих особенностей ДДТ и родственных ему химикатов является то, как они передаются от одного организма к другому через все звенья пищевой цепи». Накопление в организме называется биомагнификацией — если насекомое, убитое ДДТ, съест грызун или ящерица, а его — кошка, то в ее организм тоже попадет пестицид.
После войны многие называли ДДТ «чудом». В разное время в США им опрыскивали не только поля и виноградники, но и муниципальные свалки, молочные заводы, скотобойни, заводы по производству морозильных камер, предприятия по производству колбасных изделий. Защищенные от насекомых коровы давали больше молока, а быки — больше мяса. Тараканы и муравьи исчезли из кухонь, клопы из матрасов, а моль — из шкафов. Начатая в 1947 году кампания по использованию ДДТ в США за четыре года помогла практически победить малярию. Швейцарский химик Пауль Герман Мюллер, открывший свойства ДДТ, получил Нобелевскую премию в 1948 году за спасение «жизней и здоровья сотен тысяч людей» от болезней, передающихся насекомыми.
Но некоторые СМИ уже тогда предупреждали о его способности нарушать «сложный баланс природы». ДДТ назвали оружием, которое избавляло дом от комаров, мух и паразитов, но одновременно с этим могло навредить здоровью человека и жизни животных.
Некоторые американцы, например фермер из Джорджии Дороти Колсон, пытались организовать движение против ДДТ. В начале 1949 года она написала в Национальный совет здравоохранения Нью-Йорка, что ДДТ «разрушает жизнь ее семьи»: заболели коровы, погибли цыплята и медоносные пчелы, а у ее дочери не проходила боль в горле, которую Колсон тоже связывала с химикатом.
Колсон писала государственным ведомствам, производителям химикатов и организациям здравоохранения по всему миру. Она не нашла прямых доказательств того, что вещество может быть опасно для человека, но обнаружила, что ДДТ действительно вреден для других живых существ: мелких млекопитающих, птиц, рыб, рептилий, пчел, бабочек и других насекомых.
«Любой яд, достаточно сильный, чтобы убить медоносных пчел, наверняка достаточно силен, чтобы подействовать на людей», — писала Колсон в одном из писем.
Дороти Колсон была не единственной, кто выступал против ДДТ. В конце 1960-х Чарльз Вурстер, биолог из Государственного университета Нью-Йорка, объединился с юристом Виктором Яннаконе и несколькими защитниками окружающей среды, чтобы создать движение, которое остановит использование ДДТ. Они предъявили иск Комиссии по борьбе с комарами округа Саффолк в Нью-Йорке с требованием прекратить распыление ДДТ с воздуха над местными болотами. Иск был удовлетворен — это был первый запрет на использование ДДТ в Соединенных Штатах.
Международный договор о прекращении использования производства ДДТ был подписан только в 2001 году в Швеции. Стокгольмская конвенция определила, что ДДТ способен накапливаться в организмах и отнесла пестицид к 12 стойким органическим загрязнителям, подлежащих постепенному отказу и окончательной ликвидации, однако его использование до сих пор допускается для борьбы с переносчиками болезней.
В сентябре 2006 года в ВОЗ заявили, что поддерживают использование ДДТ внутри помещений в странах, где малярия остается серьезной проблемой и польза от пестицида перевешивает риски для здоровья и окружающей среды. Тем не менее организация сообщила, что выступает за отказ от ДДТ и поиск альтернативных средств.