Машкову и Богомолову передали в управление еще по одному театру в Москве

Зачем властям такая «оптимизация»?

7 июня московский департамент культуры назначил трех новых театральных руководителей: Владимир Машков стал директором «Современника», Константин Богомолов — художественным руководителем Театра Романа Виктюка, а Евгений Герасимов — худруком Театра сатиры. Кроме того, бывший Центр им. Мейерхольда, который до недавних пор оставался филиалом Школы драматического искусства, передали Московскому еврейскому театру «Шалом», а Московский открытый театр кукол присоединили к Московскому театру кукол. Рассказываем, как власть оптимизирует театры — и каким руководителям доверяет их.

Централизация — главный тренд российской культурной политики в отношении театра. Власть оптимизирует театральные площадки с начала 2010-х — ради экономии и лучшей управляемости. Маленькие театры становятся филиалами больших, региональные — столичных. За последние три года таких случаев было по меньшей мере десять.

Театры объединяют по разным признакам. Самый очевидный — профильный: к Московскому театру кукол, например, присоединили уже две площадки с похожими названиями — Московский детский камерный театр кукол и Московский открытый театр кукол.

Менее понятный — географический: скажем, несколько городских площадок переходят под управление единой дирекции, как это было в Тюмени и в Пскове, или два театра, расположенных по соседству, превращаются в один — как столичные «Эрмитаж» и «Сфера», объединенные два года назад, несмотря на протесты последней. Иногда логику таких объединений вообще трудно понять: например, в 2022 году московский Центр им. Мейерхольда, лишившись прежнего руководства, стал филиалом Школы драматического искусства — театра с совершенно другой эстетикой.

Театральное сообщество не поддерживает оптимизацию, причем ее критикуют как художники (в том числе Евгений Миронов и Александр Калягин), так и менеджеры (скажем, директор Вахтанговского театра Кирилл Крок). Иногда театры сопротивляются объединению — и его удается остановить. В 2015 году петербургский Театр на Литейном едва не присоединили к Театру на Васильевском, а в 2020-м Мирнинский театр чуть не стал филиалом Русского драматического театра Якутска, расположенного в тысяче километров от него, но коллективы смогли этого избежать.

Однажды случилось и так: работники театра поддерживали слияние, но общественность выступила против — и инициативу пришлось свернуть. Это было в 2019 году, когда режиссеры Евгений Марчелли и Валерий Фокин, руководители старейших российских театров — Волковского в Ярославле и Александринского в Петербурге, — договорились объединить свои площадки. Однако проект не понравился ни директору Волковского театра, ни властям Ярославской области, ни председателю Союза театральных деятелей (СТД) Калягину.

В последнее время российские власти практикуют еще один метод: ставить во главе театра человека, который уже руководит другой площадкой. В декабре 2023 года глава правительства Михаил Мишустин назначил дирижера Валерия Гергиева генеральным директором Большого театра. Его предшественник Владимир Урин, занимавший эту должность десять лет, покинул ее, как сообщило правительство, по собственному желанию. Гергиев с 1988 года возглавляет Мариинский театр в Петербурге, причем занимает два поста: директора и художественного руководителя (в Большом театре позиции худрука нет).

Гергиев — идейный лидер театральных слияний: еще с середины 1990-х он предлагал правительству объединить Большой и Мариинку под управлением единой дирекции. Такая институция существовала до революции 1917 года — она называлась Дирекцией императорских театров. В 2022-м Владимир Путин публично обсуждал с Гергиевым возможность ее возрождения.

Под руководством Гергиева к Мариинскому театру присоединили на правах филиалов две региональные площадки: в 2016 году — Приморский краевой театр оперы и балета во Владивостоке, а в 2017-м — Северо-Осетинский театр оперы и балета во Владикавказе. Став филиалами Мариинки, оба театра начали гастролировать: например, владикавказская труппа ездила в Петербург, а владивостокская — в Сеул и китайский Харбин.

Случай Гергиева не уникален. На прошлой неделе московский департамент культуры назначил актера Владимира Машкова директором «Современника», его коллегу Евгения Герасимова — худруком Театра сатиры, а режиссера Константина Богомолова — худруком Театра Романа Виктюка. Машков уже шесть лет работает художественным руководителем Театра Олега Табакова, а с декабря 2023 года возглавляет Союз театральных деятелей РФ. Богомолов с 2019-го — лидер Театра на Бронной. Герасимова в 2022 году поставили во главе Театра Луны (теперь — Театр на Малой Ордынке).

Общий художественный руководитель у двух театров — большая редкость, но так бывает. Римас Туминас в 2007–2022 годах возглавлял и Вахтанговский театр в Москве, и Малый театр в Вильнюсе. Олег Табаков с 2000-го и до самой своей смерти в 2018 году совмещал руководство МХТ им. Чехова и Театром Олега Табакова. Его преемник, Сергей Женовач, проработал в МХТ три года — и при этом сохранял свою должность в Студии театрального искусства. А создатель «Театра.doc» Михаил Угаров два года — с 2010-го по 2012-й — руководил Центром драматургии и режиссуры.

Все четверо, возглавив более или менее крупные государственные площадки, оставили за собой посты в тех театрах, которые сами когда-то основали (а не получили там должности от департамента культуры, как, скажем, Константин Богомолов в Театре на Бронной). Трудно было представить «Театр.doc» без Михаила Угарова, а Театр Олега Табакова — без Олега Табакова, поэтому неудивительно, что они предпочли совмещать новую работу со старой.

С другой стороны, из перечисленных только Табаков был одинаково успешен на обеих должностях — и то не всегда: в 2010-х лучшие спектакли Театра Табакова шли на сцене МХТ им. Чехова. Угаров покинул ЦДР из-за конфликта с командой. Женовача критиковали как руководителя, чуждого «табаковскому» МХТ. А Туминас сосредоточился на работе в Москве и приезжал в Вильнюс раз в три-четыре месяца.

Две непохожие институции, в принципе, могут существовать под началом одного директора, ответственного за экономические вопросы — как фестиваль «Золотая маска» и Театр наций, у которых с 2012 по 2023 год был один руководитель, Мария Ревякина. Но нет причин считать, что с художественным лидерством эта схема тоже будет работать.

Трех руководителей, получивших на прошлой неделе по новому театру в нагрузку к уже имевшимся, почти ничего не объединяет. Константин Богомолов — один из известнейших российских режиссеров и сильный руководитель со своим видением, который за пять лет вернул Театр на Бронной в число самых интересных московских площадок. Кинозвезда Владимир Машков — совсем другое дело: его заметные театральные достижения — актерские и режиссерские — остались в прошлом. А шестилетнее правление Машкова в Театре Табакова и вовсе ничем выдающимся не запомнилось.

Что касается Евгения Герасимова, то пиком его творческой карьеры по сей день остается роль робота Вертера в фильме 1984 года «Гостья из будущего». Герасимов возглавляет Театр на Малой Ордынке — бывший Театр Луны — всего два года, и самый заметный спектакль, вышедший за время его руководства — «В поисках автора» Марата Гацалова, — судя по сайту, уже исчез из репертуара.

Почему столь разные руководители пользуются таким доверием у столичного департамента культуры? На самом деле кое-что общее у них все-таки есть: все трое поддерживают власть. Герасимов — буквально часть этой власти: он работает депутатом Мосгордумы от «Единой России» с 2001 года. Машков участвует в избирательных кампаниях провластных кандидатов, в том числе Владимира Путина, он один из самых заметных сторонников войны среди работников культуры. Богомолов организовал несколько проектов на выставке «Россия» — фактически предвыборном мероприятии Путина, которое курировал заместитель главы администрации президента Сергей Кириенко. Бывший сторонник Алексея Навального, сегодня режиссер активно критикует политэмигрантов в интервью и статьях, сотрудничает с пропагандистами и делает им публичные комплименты.

Если должности в московских театрах достаются людям, уже занимающим аналогичные посты где-то еще, значит, у власти осталось мало культурных руководителей, которым она может доверять. А залог этого доверия — прежде всего лояльность режиму.

Антон Хитров