Война за сорокинское «Наследие»

Официальным поводом для блокировки сайтов Freedom Letters и Babook стало «нарушение авторского права», но фактически никакого нарушения не было. Рассказываем почему

30 июня в России были заблокированы сайты независимого издательства Freedom Letters и проекта BAbook Бориса Акунина, которого правительство РФ считает «иноагентом», экстремистом и террористом. В самой по себе этой новости ничего нового для российской аудитории не было: проще пересчитать то немногое, что в нашей стране еще осталось незаблокированным, чем то, к чему доступа уже нет. Да и на «Наследие» Владимира Сорокина — роман, издание которого официально послужило поводом для блокировки обоих сайтов, — охота идет уже давно (про эпопею с запретами романа «Новая» подробно писала здесь). В общем, новость для российских читателей была бы печальной, но рядовой, если бы не одно «но»: в этот раз вместо стандартного объяснения — вроде того, что книга и сайты пропагандируют нечто нетрадиционное, — официальная причина блокировки была совсем другой: нарушение авторских прав.

Дело в том, что до 22 апреля 2024 года роман «Наследие» печатался в издательстве АСТ (конкретно — во входящем в его состав Corpus’е). Но 22 апреля после долгой борьбы Z-активистов за запрет романа издательство изъяло его из продажи. А в мае — под девизом «Кремль запрещает — Freedom Letters разрешает» — роман был напечатан в издательстве Георгия Урушадзе и начал распространяться в том числе через BAbook. Это и стало причиной претензий к нему со стороны Роскомнадзора — а перед этим издательства АСТ.

Издательство подало заявление в суд, требуя восстановить справедливость и обеспечить защиту авторских прав. Вот только фактически все выглядело менее благородно.

На самом деле автор многострадального «Наследия» Владимир Сорокин подал заявление о расторжении договора с АСТ еще 15 мая 2024 года (и оно имеется в распоряжении редакции). Это заявление — именно в такой форме, именно в ту дату и именно на то имя, на которое оно написано, — АСТ само попросило Сорокина написать после переписки, в которой писатель пытался выяснить, как оформить свой разрыв с издательством юридически (переписка у редакции тоже есть).

Написав это заявление, писатель был уверен, что с АСТ его больше ничего не связывает — и АСТ это мнение не опровергало и других бумаг оформлять не просило. Только после этого, по словам Георгия Урушадзе, Сорокин заключил договор с Freedom Letters, только тогда Урушадзе анонсировал выпуск романа — и только когда книга была уже напечатана, выяснилось, что сорокинского заявления в АСТ было недостаточно.

Дождавшись, пока «Наследие» выйдет, АСТ подало заявление в суд, и 17 июня оно было удовлетворено. Согласно определению Мосгорсуда (и этот документ в редакции тоже есть), в связи с Федеральным законом № 364-ФЗ было решено «прекратить создание технических условий, обеспечивающих размещение, распространение и иное использование произведения литературы «Наследие», — что Роскомнадзор и сделал.

Сайт BAbook тоже был заблокирован из-за «Наследия» — но уже не из-за его печати, а из-за его распространения (причем, что характерно, за распространение романа только акунинский проект и пострадал). Об этом в своих соцсетях подробно писала редакция Babook’а — и, конечно, сам Григорий Шалвович. Именно эти посты обильно цитировались во всех новостных заметках, поэтому пересказывать их здесь подробно не будем. Суть же сводилась к тому, что Роскомнадзор потребовал убрать книгу с виртуальной полки, Акунин принципиально отказался, и сайт заблокировали.

«Нам дорога российская аудитория, но мы сочли невозможным уступать давлению со стороны организации, которая в демократическом мире имеет репутацию преступной», — так объяснил свое и общередакционное решение Акунин.

В чем ценность всей этой истории для будущего учебника по истории российской книжной цензуры в XXI веке?

• Во-первых, это первый случай, когда был заблокирован сайт книжного издательства (в случае Freedom Letters) и чисто книжный ресурс (в случае BAbook).

• Во-вторых, это первый случай, когда блокировка по очевидно цензурным соображениям решила вдруг попытаться себя легитимизировать — и прикрылась исполнением закона.

Ясно, что специалисты по авторскому праву найдут множество объяснений, почему четкое и ясное волеизъявление Сорокина от 15 мая не является таким уж четким и ясным и вообще ничего не значит. Но любой человек, умеющий читать, определит, что его намерения были абсолютно прозрачны, а те, кто знает, как все было, скажут, что Сорокин действовал абсолютно открыто и последовательно и был готов выполнить требования АСТ, если бы они были предъявлены. Но куда умеющим читать против юристов.

• Наконец, в-третьих, случай блокировки издательств — первый, когда инициатором стало не государство, а коллеги по цеху. Сложно сказать, что потеряли в этой странной войне FL и Babook, но легко предположить, какие масштабные репутационные потери понесло АСТ.

Не говоря уж о том, что этот случай показал:

цеховой солидарности — как и любой другой — в РФ тоже не осталось, а за книгами теперь гоняются по принципу: «Да как вы смеете разрешать то, что мы запретили!»

Здесь должна бы быть мораль, но очевидно, что мораль из этой истории каждая сторона извлечет слишком разную. Поэтому в качестве коды приведу окончание нашего разговора с Георгием Урушадзе.

Я: Мне, конечно, жаль, что все это причинило вам неудобства, но вообще-то вас стоит поздравить: в долгосрочной перспективе вы выиграли.

Урушадзе: В долгосрочной перспективе мы все уже выиграли. Вопрос только в том, насколько долгосрочной она будет.

ОТ РЕДАКЦИИ
Издательство АСТ оказалось недоступно для комментариев (мы использовали все виды связи). В итоге был направлен официальный запрос. Если ответ придет, мы его обязательно опубликуем. Но общественный интерес к ситуации таков, что задерживать информирование читателя мы не будем. Тем более что издательство — все-таки не силовое ведомство, в котором бумагооборот жестко регламентирован, как и возможность сотрудников давать комментарии.