Почему британские консерваторы проиграли выборы впервые за 14 лет, лейбористы — победили, а популисты все-таки прорвались в парламент?

Рост бедности, плохая медицина, Брекзит — и это далеко не полный список причин

Лейбористы одержали победу на парламентских выборах, прошедших в этот четверг, 4 июля, в Соединенном Королевстве. Они вдвое увеличили свое представительство в парламенте — теперь у них 390 депутатских мандатов из 650. Консерваторы, 14 лет находившиеся у власти, получили всего 100 мест и теперь перейдут в оппозицию. Их поражение называют «катастрофическим». «Медуза» объясняет, чем вызван успех лейбористов и как в британский парламент смогла прорваться правопопулистская партия «Реформировать Соединенное Королевство», ставшая третьей по числу голосов.

Как начиналась предвыборная кампания

22 мая 2024 года премьер-министр и глава Консервативной партии Великобритании Риши Сунак вышел из своей резиденции на Даунинг-стрит, 10, — и заявил, что получил от короля Карла III согласие на роспуск парламента и назначение новых выборов. Речь Сунака состояла из стандартных формулировок политиков, которые находятся у власти и не хотят ее терять: многое уже сделано, но многое еще предстоит сделать; нельзя рисковать стабильностью; только наша партия обеспечит надежное будущее страны.

Торжественность выступления подпортил дождь. Кроме того, речь Сунака заглушала включенная кем-то мелодия «Things Can Only Get Better» («Дальше будет только лучше») — предвыборная песня лейбористов во время победной для них кампании 1997-го.

Это не первая неловкая ситуация, в которую попал Сунак. Например, в марте 2022 года, когда политик еще был канцлером казначейства, выяснилось, что он не умеет пользоваться кредитной картой для оплаты покупок. При состоянии, которое составляет 651 миллион фунтов стерлингов (больше, чем у английского короля), ему, очевидно, приходится делать это нечасто.

Уже во время предвыборной кампании он, к удивлению британских СМИ, уехал с торжеств по случаю 80-летия высадки союзников в Нормандии, пропустив важную встречу с участием Джо Байдена, Олафа Шольца, Дэвида Кэмерона, Эммануэля Макрона и Владимира Зеленского. Оказалось, что Сунак торопился в Лондон для записи предвыборного интервью, в котором он, в частности, рассказал о своем «тяжелом» детстве: у него не было спутниковой тарелки, потому что родители экономили, чтобы он мог ходить в престижную частную (и очень дорогую) школу.

Что у консерваторов пошло не так

Конечно, проигрыш консерваторов объясняется не только публичными ошибками Сунака и его предшественников. За 14 лет у британцев накопились к партии серьезные претензии.

Когда консерваторы выиграли выборы 2010 года и премьером стал Дэвид Кэмерон, Великобритания переживала последствия глобального финансового кризиса. Как и власти других крупных европейских стран, Кэмерон предпочел неолиберальные меры: сокращение социальных расходов, заморозку зарплат госслужащим и сокращение инвестиций в инфраструктуру. Одновременно сокращалась налоговая нагрузка на бизнес — налог на прибыль компаний, составлявший 28% в 2010 году, снизили до 19% к 2017-му.

Эти меры не привели к резкому росту экономики— она росла темпами, сравнимыми со средними по ЕС. Зато социальные последствия оказались серьезными. Так, в стране усилился разрыв между богатыми и бедными. По данным Организации экономического сотрудничества и развития за 2022 год, по такому показателю, как неравенство в доходах, Великобритания обогнала крупнейшие европейские страны вроде Германии, Франции, Италии и Испании.

Рост бедности отражает статистика продовольственных банков, в которых малоимущие британцы могут бесплатно получать еду. Если в 2008 году ими пользовалось около 26 тысяч человек, то пятнадцать лет спустя их число приблизилось к трем миллионам. Кроме того, в последние годы у тех, кто берет ипотеку, все большую долю доходов съедают платежи по ней — из-за ипотечных ставок, которые с декабря 2021-го быстро растут вслед за повышением ставки рефинансирования Банком Англии.

Тяжелая ситуация сложилась в системе здравоохранения, где заметно выросло время ожидания медицинского обслуживания — причиной стали увольнения медиков и сокращение финансирования, проводившиеся консерваторами. Финансовая нестабильность затронула и английские города. Некоторые, в том числе Бирмингем, второй по величине город Великобритании, уже объявили о банкротстве, около 20% могут последовать их примеру в течение ближайшего года.

Важным достижением консерваторов считался Брекзит. Дэвид Кэмерон, решивший в 2016 году провести референдум о выходе из ЕС, хотел перетянуть на свою сторону электорат Партии независимости Соединенного Королевства и евроскептиков из числа самих консерваторов. Однако на победу идеи Брекзита Камерон не рассчитывал и через две недели после голосования подал в отставку. Позже он говорил, что очень сожалеет о результатах референдума.

Сторонники Брекзита утверждали, что финансовое положение страны улучшится, когда она перестанет выплачивать многомиллиардные суммы Евросоюзу. Но этого не произошло. Возникшие барьеры в торговле с континентальной Европой замедлили рост британской экономики (по оценкам лондонской мэрии, ВВП Великобритании мог бы быть на 140 миллиардов фунтов больше, если бы она оставалась в составе ЕС) и примерно на треть усилили продовольственную инфляцию.

Помимо этого, стабильно растет поток нелегальной миграции, хотя каждый премьер от консерваторов обещает с ней разобраться. С марта 2023 по апрель 2024 года в страну незаконно въехало около сорока тысяч человек. А общее число тех, кто находится в Великобритании без документов, составляет от 800 тысяч до 1,2 миллиона человек.

Что Сунак обещал избирателям

Все эти проблемы привели к падению популярности тори. В 2019 году их тогдашний лидер Борис Джонсон сумел мобилизовать электорат обещаниями довести Брекзит до конца (Get Brexit Done), но после подписания соответствующих договоров с ЕС у консерваторов не осталось в программе столь же масштабных целей.

Когда в октябре 2022 года в особняк на Даунинг-стрит въехал Риши Сунак, он пообещал снизить инфляцию в два раза, добиться экономического роста, сократить госдолг, уменьшить время ожидания в больницах и положить конец неконтролируемому притоку мигрантов по морю.

Но к 22 мая 2024-го, когда премьер объявил о роспуске парламента, госдолг оставался примерно на том же уровне, что и раньше, ситуация в больницах не изменилась, а число лодок с мигрантами, прибывающих к британским берегам, продолжало оставаться рекордным.

Зато у премьера появились аргументы, которые, с его точки зрения, могли повлиять на настроения избирателей. Во-первых, после рецессии во втором полугодии 2023 года экономика снова стала расти, а инфляция приблизилась к установленному Банком Англии целевому показателю 2%.

Во-вторых, обе палаты парламента одобрили закон, позволяющий британским властям отправлять нелегальных мигрантов в лагеря в Руанде на то время, пока рассматриваются их заявки на предоставление убежища. Первый такой рейс должен был вылететь из Лондона как раз в начале июля, но потом его перенесли на конец месяца.

Все это могло создать хоть сколько-нибудь благоприятный фон для старта предвыборной кампании, чем Сунак и решил воспользоваться (а еще эффектом неожиданности), чтобы объявить досрочные выборы. Времени у него почти не оставалось — по закону выборы в любом случае должны были состояться до января 2025 года.

Какой была программа лейбористов — и почему она понравилась избирателям

Поражение консерваторов во многом объясняется накопившейся усталостью от их многолетнего — и не всегда компетентного — пребывания у власти. Но к успеху лейбористов привела в том числе работа, которую партия проделала в последние годы.

На предыдущих выборах, в 2019 году, она показала худший результат за последние девяносто лет, получив всего 202 места в парламенте. У провала было много причин. Это и непопулярность тогдашнего лидера партии Джереми Корбина, который не сумел сохранить поддержку традиционного электората лейбористов и был заподозрен в том, что игнорировал проявления антисемитизма среди членов партии. И неправдоподобность предвыборной программы, содержавшей лозунги вроде «бесплатного широкополосного интернета» для всех. И невнятная позиция по Брекзиту — сделку по нему лейбористы собирались заново обсудить с ЕС, а потом повторно вынести на референдум.

Из-за критики Корбин подал в отставку в 2020-м, а должность председателя партии занял Кир Стармер. Выходец из небогатой многодетной семьи, он был назван в честь основателя Лейбористской партии Кира Харди. Выучившись на адвоката, Стармер занялся правозащитой и даже удостоился звания сэра за свою профессиональную деятельность, но до сих пор играет в футбол и пьет пиво в баре с друзьями — хорошие исходные данные, чтобы привлечь среднестатистического избирателя.

Возглавив лейбористов, Стармер взялся за реформы — очистил партию от подозрений в антисемитизме и скорректировал лейбористскую повестку по целому ряду вопросов.

В частности, он стал открыто говорить о своем патриотизме, которому раньше партийные лидеры не придавали большого значения, и необходимости укреплять безопасность страны — например, Стармер выступает за увеличение расходов на оборону и отстаивает право Великобритании на обладание ядерным оружием. Во внешней политике он среди прочего считает необходимым помогать Украине в войне с Россией, а также добиваться международного военного трибунала над Владимиром Путиным и «его дружками», как их назвал Стармер, за развязывание агрессивной войны.

Такие идеи были скорее характерны для консерваторов, а не для лейбористов — тот же Джереми Корбин в 2022-м призывал Запад прекратить поставки оружия Украине. Но в ходе предвыборной кампании выяснилось, что и по другим пунктам лейбористы оказались ближе к своим главным конкурентам, чем можно было ожидать. Например, они планируют справиться с нелегальной миграцией — правда, без лагерей в Руанде — и не собираются немедленно возвращать Великобританию в ЕС, хотя и намерены улучшить с ним отношения.

Есть в лейбористском предвыборном манифесте и более привычные для левой партии обещания. Среди прочего Стармер и его сторонники планируют повысить налоги для самых обеспеченных категорий налогоплательщиков, от частных школ до нефтяных компаний, построить полтора миллиона новых квартир и нарастить объемы производства зеленой энергии. Разумеется, в планах и наведение порядка в системе здравоохранения.

Скорее центристская, чем левая программа понравилась избирателям — скоро им предстоит узнать, насколько она реалистична. Но многие элементы, характерные для правых партий, лейбористы включили в нее не только чтобы привлечь электорат консерваторов. А еще и благодаря появлению нового опасного противника — правопопулистской партии «Реформировать Соединенное Королевство».

Как правопопулистам удалось попасть в парламент

Лидер партии «Реформировать Соединенное Королевство» Найджел Фарадж — один из самых скандальных политиков страны. Он борется с идеей Евросоюза больше 30 лет — с момента подписания Маастрихтского договора в 1992-м.

Недовольный этим соглашением, Фарадж стал одним из основателей Партии независимости Соединенного Королевства (ПНСК), а в 2006 году возглавил ее. В течение двадцати лет он резко критиковал ЕС с трибуны Европарламента и среди прочего запомнился оскорбительной речью 2010-го, в которой заявил, что у тогдашнего председателя Европейского совета Хермана ван Ромпея «харизма мокрой тряпки» и «внешность мелкого клерка» — и что тот станет «тихим убийцей европейской демократии».

Делая упор на популистскую риторику и лозунги вроде выхода Великобритании из ЕС и ужесточения миграционного законодательства, он сумел привлечь протестный электорат. На парламентских выборах 2015 года ПНСК стала третьей партией, набрав 12,6% голосов. После объявления результатов референдума по Брекзиту Фарадж публично заявил, что считает свою задачу выполненной и подал в отставку с поста лидера партии, два года спустя и вовсе покинув ее.

В 2019 году Фарадж запустил новый проект с говорящим названием — «Партия Брекзита». Когда через пару лет стало ясно, что консервативный кабинет Бориса Джонсона активно продвигает идею о выходе Великобритании из ЕС, Фарадж решил оставить собственную партию, которая получило новое название, более созвучное моменту, — «Реформировать Соединенное Королевство» (РСК).

Изменилась и программа партии, которая теперь выступает за снижение налогов, борьбу с мигрантами, реформу здравоохранения, укрепление национальной обороны, отказ от движения к углеродной нейтральности и выход страны из Европейской комиссии по правам человека. Эти идеи, сближающие РСК с большинством других европейских правопопулистских сил, легли в основу манифеста «Наш контракт с вами». С ним партия и пошла на выборы, пообещав в случае прихода к власти выполнить основные пункты документа за 100 дней.

В ходе предвыборной кампании Фарадж был активнее всех ключевых политиков в соцсетях. И разумеется, не обошелся без скандальных заявлений: в одном из интервью он сказал, что к вторжению в Украину Путина подтолкнула экспансия ЕС и НАТО на восток. Победить Фарадж всерьез не рассчитывал, но говорил, что его партия станет «реальной оппозицией» лейбористам в палате общин.

Результат партии на выборах оказался впечатляющим — и показал, как велика доля протестного электората: РСК заняла третье место с 14,4% избирателей. Сам Фарадж после семи безуспешных попыток сумел-таки получить депутатский мандат. И пусть депутатов у партии всего четыре (в силу особенностей мажоритарной системы), лейбористы получили гарантированного громкого критика в парламенте.

Александр Дунаев